Данный рассказ является художественным вымыслом. Любые совпадения случайны. Приступы жестокости и трагических происшествий, добавлены лишь для атмосферности рассказа. При написании рассказа, ни один сталкер и мутант не пострадал! Всем добра! Мы осуждаем жестокость во всех ее проявлениях и формах! В те времена, когда Зона ещё только начинала свои коварные игры с людьми, а Свалка кишела слепыми собаками и была нашпигована первыми аномалиями, случился один из тех случаев, что сталкеры передают шепотом у костра — с кружкой чая из бергамота и дрожью в голосе. Это была история о трёх упрямцах, что полезли в пасть старого тоннеля, и о том, как Зона проглотила их целиком, не оставив даже следа. Но давайте по порядку, без спешки, как положено в байке — с ветром в лицо, туманом в глазах и эхом выстрелов в ушах. Свалка в тот день была как всегда: серое небо, пропитанное радиацией, и воздух, тяжёлый, с привкусом металла. Заморосил дождь — мелкий, колючий, тот самый, что проникает под костюм и холо
Данный рассказ является художественным вымыслом. Любые совпадения случайны. Приступы жестокости и трагических происшествий, добавлены лишь для атмосферности рассказа. При написании рассказа, ни один сталкер и мутант не пострадал! Всем добра! Мы осуждаем жестокость во всех ее проявлениях и формах!
В те времена, когда Зона ещё только начинала свои коварные игры с людьми, а Свалка кишела слепыми собаками и была нашпигована первыми аномалиями, случился один из тех случаев, что сталкеры передают шепотом у костра — с кружкой чая из бергамота и дрожью в голосе. Это была история о трёх упрямцах, что полезли в пасть старого тоннеля, и о том, как Зона проглотила их целиком, не оставив даже следа. Но давайте по порядку, без спешки, как положено в байке — с ветром в лицо, туманом в глазах и эхом выстрелов в ушах.
Свалка в тот день была как всегда: серое небо, пропитанное радиацией, и воздух, тяжёлый, с привкусом металла. Заморосил дождь — мелкий, колючий, тот самый, что проникает под костюм и холодит кости, напоминая: Зона не любит гостей. Группа из трёх сталкеров, мокрых и настороженных, нырнула в старый тоннель на северо-востоке, у главного выхода из заброшенного депо. Тоннель этот слыл проклятым местом: узкий, заваленный обломками, с торчащим из стены остовом вагона — ржавого и искорёженного, будто Зона его жевала и выплюнула. Все знали, что там тупик — стена обвала, за которой ничего, кроме тьмы. Но сталкеры, оккупировавшие Депо, жаловались: почти каждую ночь оттуда лезла нечисть. Снорки, кровососы, даже парочка псевдогигантов — все как на подбор, злые и голодные. Аномалии в тоннеле кишели: жарки, что жгли воздух, электры, искрящие синим, и студни, где нога не ступит без танца. "Болту негде упасть", — так говорили в Депо. И вот трое решились на разведку: разобраться, откуда эта дрянь прёт, и, может, подчистить.
Старшим был Киборг — матёрый сталкер Зоны, с протезом вместо левой руки, что жужжал тихо, как сердитый шмель, и глазами, видавшими больше, чем у любого ветерана. Он обошёл Зону вдоль и поперёк, от Янтаря до Радара, и знал её секреты лучше, чем свою ладонь. Рядом шагал Кича — бывший бандит, уставший от бандитской романтики. Когда-то он резал глотки за артефакты в подворотнях, но под крылом Киборга нашёл покой: теперь его "романтика" — это тихая охота на мутантов, а не на своих. Третий — Сем, недавно вернувшийся из дальнего похода. Проводник с опытом, что мог бы на ощупь читать аномалии, как книгу. Его лицо, изборождённое шрамами от когтей кровососа, светилось азартом: "Давно не был в такой дыре".
Если Вас не затруднит, можете прямо сейчас подписаться на канал🔔.Оставляйте комментарии, для меня важно видеть обратную связь! Оцените новую рубрику - Короткие рассказы из Зоны. Пальцы вверх, так же приветствуются. Спасибо всем моим людям!
Они вошли в тоннель осторожно, с детекторами в руках, что пищали, как рассержённые птицы. Дождь снаружи стих, но внутри эхо капель с потолка звучало зловеще, будто Зона плакала кровью. Фонари выхватывали из тьмы ржавые рельсы, обвитые паутиной, и тот самый вагон — полупогребённый в земле, с разбитыми окнами, где мог скрываться кто угодно.
— Эй, Киборг, — буркнул Кича, переступая через лужу, что подозрительно искрилась. — А помнишь анекдот про сталкера и вагон? Идёт сталкер по Свалке, видит вагон. Заходит внутрь, а там — артефакт. Хватает его, и вдруг вагон оживает: "Эй, брат, не трогай, это мой дом!" Сталкер ржёт: "Да ладно, я только погреюсь". А вагон: "Погрейся, но плати артефактом". Сталкер платит, а вагон: "Спасибо, теперь я — твой дом!" И утащил его в Зону навсегда.
Киборг хмыкнул, не отрывая глаз от детектора. Его протез тихо загудел, сканируя воздух.
— Анекдоты твои, Кича, как твоя бывшая романтика — с подвохом. Лучше следи за ногами. Здесь жарка, чую. Сем, что детектор?
Сем, идущий впереди, кивнул, его лицо осветилось зелёным свечением экрана.
— Аномалии на каждом шагу. Болт вон там, слева — танцуй, если не хочешь стать решетом. А впереди… тихо слишком. Как будто Зона затаилась. Помните историю про того новичка в Депо? Зашёл в похожий тоннель, увидел свет в конце. Думал, выход. А это был кровосос с фонариком. "Ищи свет в конце тоннеля? — говорит. — Вот он, иди сюда!" Новичок до сих пор где-то бродит без головы.
Они рассмеялись тихо, но нервно — сталкерский юмор, он как броня: помогает не сойти с ума. Продвигались медленно, обходя аномалии. Тоннель изгибался, стены сочились влагой, а воздух густел, пропитанный запахом плесени и чего-то металлического, как кровь. Вдруг детекторы взвыли — электры впереди, цепочка синих шаров, танцующих в полумраке.
— Стойте, — прошептал Киборг, поднимая руку. — Кича, кинь болт.
Кича метнул болт — тот пролетел, задев шар, и вспыхнул фейерверк искр. Сталкеры прижались к стене, сердца колотились в унисон с эхом.
— Чёртова Зона, — сплюнул Сем. — В моём походе под Припятью было то же: электры, как новогодняя ёлка. Только вместо подарков — снорки. Один прыгнул на меня, а я ему: "Эй, урод, сегодня ты моя добыча!" Отстрелялся, но костюм в дырах.
Они прошли электры, петляя, как лисы. Тоннель сужался, вагон остался позади, а впереди — тьма, густая, как чернила. Нечисть не показывалась, но следы были: когтистые царапины на стенах, клочья шерсти, пропитанные слизью. "Откуда они лезут? — бормотал Кича. — Тупик же!"
Часа через два, когда фонари начали тускнеть, они достигли конца. Обвал — груда бетона и арматуры, как кости великана. Но что-то было не так. Воздух дрожал, как от жара, и в трещинах обвала мерцал странный свет — не синий, не зелёный, а… искажённый, будто смотришь в кривое зеркало.
— Пространственная аномалия, — выдохнул Сем, подходя ближе. Детектор сошёл с ума, стрелка металась. — Вот откуда нечисть. Дыра в ткани Зоны. Через неё лезет всё, что на той стороне. Видел такое в дальних краях — порталы в другие миры, или в никуда.
Киборг кивнул, его протез зафиксировал аномалию: вихрь энергии, пульсирующий, как сердце. Аномалия была небольшой, размером с дверь, но внутри — хаос: вспышки теней, шёпот ветра из ниоткуда, и тени фигур, мелькающих в глубине. Нечисть, наверное, шныряла оттуда, как крысы из норы.
— Разведка увенчалась успехом, — сказал Киборг. — Отходим. Сообщим в Депо — заминировать или обойти. Кича, прикрой тыл.
Они повернулись, но Зона не любит, когда её секреты находят. Внезапно земля задрожала, все детекторы разом сошли с ума — выброс! Глубокий тоннель защитил их от основной волны: пси-давление прошло стороной, лишь эхо в головах, как далёкий гром. Но аномалия… она ожила. Вихрь разгорелся, воздух завыл, засасывая всё вокруг. Камни полетели в неё, как в чёрную дыру, а сталкеры — цепляясь за стены — почувствовали, как ноги отрывает от земли.
— Держитесь! — заорал Киборг, хватаясь за арматуру. Его протез искрил, сопротивляясь.
— Зона, с…а! — выругался Кича, стреляя в пустоту. (Собака женского рода. Прим. автора.)
Сем успел только: "Братья, это конец…" И аномалия сомкнулась. Засосала их — троих, с оружием, детекторами и всем, что было. Исчезла сама, как мираж, оставив лишь обвал и тишину.
Их искали — неделями. До конца тоннеля дошли, но ничего, кроме обвала, не обнаружили. Свалку прочесали, но ни следа. Ни тел, ни артефактов, ни даже эха в счётчиках Гейгера. Нечисть перестала лезть — тоннель опустел, аномалии утихли, будто Зона насытилась. Поговаривают, эти сталкеры стали жертвой — подношением самой Зоне. Она взяла их, чтобы закрыть дыру, и теперь они где-то там, в её паутине, бродят тенями. А иногда… иногда они приходят во снах. Киборг с жужжащим протезом шепчет: "Не лезьте туда". Кича рассказывает анекдоты, от которых мурашки. Сем ведёт по невидимым тропам. И сталкеры просыпаются в холодном поту, зная: Зона помнит, и она всегда голодна.