Людмила Прокофьевна
Где-то внутри — хрупкая, живая, ранимая. Снаружи — броня, маска, психические защиты в виде безэмоциональности, сухости и черствости (как говорил Новосельцев)
Простая внутренняя логика:
если я не буду показывать себя настоящую — ко мне не смогут приблизиться, а значит, не смогут ранить ту уязвимую часть внутри меня. Нельзя показывать слабость. Нельзя зависеть.
Оставаться в одиночестве для Людмилы Прокофьевны невыносимо.
В одиночестве она неизбежно сталкивается со всеми теми чувствами, которые годами подавляла. Поэтому она заполняет всё своё время работой — как анестезией 🧠
Она живёт так, как «должно» и как «надо». Свои «хочу» — так же, как и чувства — аккуратно прячет куда-то поглубже.
Что ещё важно?
За бронёй Людмилы Прокофьевны — хрупкая самооценка. У неё нет устойчивого чувства «со мной всё в порядке». Она не знает, какая она, и потому болезненно зависит от внешней оценки.
Стоит Новосельцеву назвать её сухой — и она рассыпается.
«Со мной что-то не так».
Она плачет сразу, без защиты.
Любая критика очень болезненна. Именно поэтому ей нужны маски. Иначе не выжить 🥲
Новосельцев.
Хочет повышения, хочет власти, но как только речь заходит о реальной ответственности — пугается и отступает. Внутри он ощущает себя плохим специалистом, неспособным, недостаточным, не имеющим право.
Безынициативный, нерешительный, мягкий.
И при этом — переполненный подавленной злостью. Эту злость он не может выражать напрямую. Она прорывается либо в состоянии опьянения, либо за спиной — в обесценивании начальницы, в слове «мымра».
Это не просто слабость — это пассивная агрессия.
Показательна сцена с цветами.
Он дарит их тайно, потому что напрямую выражать свои чувства и желания не способен. И при этом не признаётся, что это он.
Как ни странно, в этом жесте больше издевательства, чем заботы. Форма скрытого контроля и пассивной агрессии.
Почему Людмила Прокофьевна влюбляется в Новосельцева?
Кажется, что она наконец увидела человека, который может её понять. С которым она может быть живой, настоящей.
И это ощущается как безопасность — впервые за долгое время.
Иногда мы влюбляемся не в человека, а в ощущение, что рядом с ним можно хоть ненадолго не прятаться.
Но на самом деле это иллюзия. Почему? Вспомните сцену, когда она впервые заплакала.
Как он её «успокаивает»:
«Прекратите! Вам по должности не положено! Я вам не нянька!»
А затем великодушно добавляет:
«Если вам снова захочется поплакать — вызовите меня к себе в кабинет».
Ну офигеть, спасибо, конечно, Новосельцев 😆
Он и сам не способен выдерживать чужие эмоции. Он пугается чувств, обесценивает их, пытается «заткнуть», рационализировать, убрать.
Но правда в том, что Новосельцев никогда не сможет заполнить эту дыру ненужности — он просто не тот, кто ей нужен.
Людмила Прокофьевна выбирает не лучшего, а единственного:
за пределами работы она закрыта, везде в маске, социально изолирована.
И он оказывается тем, кто увидел её без маски и хоть немного принял — и этого оказалось достаточно, чтобы она «поплыла».
А что вы думаете о фильме?
Как вам разбор?
Интересно ли разобрать других героев? 👀✨