Начало истории здесь.
Был рассвет. Докурив, я вернулся в номер, допил остатки коктейля и снова лёг спать. В те времена у меня ещё работала схема: похмелиться рано утром, поспать пару часов — и проснуться бодрым и почти свежим. Молодость…
Заметил одну любопытную особенность отеля: днём отопление работало нормально, а на ночь его отключали.
После повторного пробуждения мы с подругой задумались о завтраке. В путёвку он не входил, но в отеле можно было заплатить 10 € с человека и пройти в столовую на первом этаже. Не став усложнять задачу, мы достали наличные и отправились завтракать.
Завтрак представлял собой обычный шведский стол. Набрав яичницу с сосисками, прихватив чайничек американо и молочник, мы устроились во внутреннем дворике отеля. Тут меня снова накрыла эйфория: спокойная солнечная погода, на улице около +12 °C, а я пью кофе во дворе в Берлине. Кстати, часть персонала столовой тоже говорила по‑русски.
После завтрака мы решили съездить к Берлинской стене — мне хотелось увидеть и сфотографировать знаменитую картину с поцелуем Брежнева и Эриха Хонеккера. Мы отправились в восточную часть города на метро. На этот раз билеты купили. В дорогу я прихватил небольшой бутылёк Jägermeister — этот ликёр сопровождал меня до конца поездки.
У стены царил типичный туристический ажиотаж. Мы, конечно, купили магниты, якобы сделанные из фрагментов стены. Впрочем, сомневаюсь в их подлинности — иначе стену давно растащили бы на сувениры. Ещё я приобрёл «визу» в ГДР у актёра, изображавшего советского солдата. На деле это был немец, немного говоривший по‑русски. Он выписал мне документ на однодневный проход в Восточный Берлин и предложил поставить печать в загранпаспорт, но я отказался — мало ли, вдруг потом его аннулируют :)
Остатки стены находятся рядом с рекой Шпрее. На траве у воды сидели туристы и местные, потягивая пиво в пятничный полдень. Я не мог пропустить такой «аттракцион»: объявив перерыв в нашем туристическом маршруте, мы расположились у самой воды. Подруга пила колу, я — пиво, периодически прикладываясь к бутылке ликёра.
Мы просидели около часа. Для меня время измерялось стаканами пива. По моим подсчётам, за это время я употребил литр пива и допил чекушку ликёра. На солнышке я изрядно захмелел, а время уже подходило к обеду — захотелось есть.
Я предложил съездить в бургерную, которую видел в передаче «Орёл и решка». Она располагалась в каменном здании бывшего общественного туалета и всегда привлекала огромную очередь — там готовили весьма неплохие бургеры.
На месте мы убедились: очередь действительно растянулась метров на 20. В общей сложности простояли около 40 минут. К тому моменту у меня уже не осталось «дозаправки», поэтому, пока подруга стояла в очереди, я отлучился в магазин и купил ещё чекушку ликёра.
Наконец бургеры, картошка и напитки оказались у нас — мы устроились обедать на парапете. Бургеры и вправду оказались весьма неплохими. Хорошо, что я плотно поел: от выпитого алкоголя уже начинал «улетать».
После обеда до вечера мы бродили по дворам и улочкам Берлина, подмечая любопытные детали:
- множество бездомных, спящих в спальных мешках прямо на пешеходных улицах;
- небольшие ухоженные кладбища посреди жилых дворов;
- заметное присутствие представителей ЛГБТ*‑сообщества, о Европе в этом плане, говорят правду. (* - Деятельность сообщества запрещена в Российской Федерации)
- ближе к вечеру все магазины закрываются и город будто замирает.
Во время прогулки и фотосессий в одном из дворов мы познакомились с местными жителями. Они готовили барбекю прямо у подъезда. Общение вышло тёплым: им было интересно узнать о нас и о России, нам — об их быте. Никакого негатива.
Кроме того, мы наконец отыскали торговый центр и купили зарядный провод — в городе оказалось не так много мест, где можно было его найти.
День подошёл к вечеру. С обеда я не пил алкоголь: существовала большая вероятность, что иначе я захочу спать и вернусь в отель раньше времени. В те годы я ещё мог на несколько часов воздержаться от выпивки, не испытывая сильной тяги.
Поэтому бутылку виски и напиток я приобрёл лишь в супермаркете рядом с отелем. Теперь я уже не волновался за утро — знал, что в отеле есть чудесный вендинговый автомат. Мы также купили закуски на ужин, выбрали фильм и устроились смотреть. Я тем временем возобновил «дегустацию».
Ближе к концу фильма подруга пожаловалась, что, кажется, заболевает. Я потрогал её лоб и ахнул: «Да ты же горишь!» Действительно, мужчины и женщины переносят температуру по‑разному.
Лекарств с собой у нас не было, но неподалёку от отеля я заметил аптеку. Выпив пятьдесят граммов, я объявил, что пойду за лекарствами, — а ещё меня попросили купить стакан кофе.
С лекарствами проблем не возникло. В аптеке я по‑английски спросил у фармацевта, что у них есть от температуры, — и вновь получил ответ на русском! Видимо, продавец по моему акценту догадалась, откуда я. Она посоветовала пакетики (похожие на наше «Терафлю»), заверив, что это мощное средство — за ночь ставит на ноги. На всякий случай я взял четыре пакетика.
А вот с кофе вышло сложнее. У нас кофейни на каждом шагу, а тогда в Берлине это оказалось настоящим квестом. Сначала я попытался зайти в бар и попросить стакан кофе навынос, но это оказался клуб, куда подъезжали дорогие машины. Охранник не пустил меня внутрь, однако подсказал, где можно взять кофе.
Мне пришлось петлять по немецким улицам, надеясь, что я запомнил дорогу — ни карты, ни навигатора у меня не было. В итоге кофе я купил и с трудом отыскал путь обратно в отель. За время поисков алкоголь почти выветрился.
Подруга принялась лечиться «немецким Терафлю», а я — виски с колой. Допив бутылку, я еще сходил за догоном к венденговому аппарату и снова переписывался с друзьями, смотрел ролики и лёг около двух часов ночи.
Так завершился второй день нашего пребывания в Берлине. Не стану обрывать здесь статью, а выложу уже всё до конца.
Утро третьего дня началось для меня около девяти часов. Я не проснулся раньше и не похмелился, поэтому чувствовал себя откровенно плохо. Зато мою девушку «чудо‑пакетик» немецкого «Терафлю» поставил на ноги: температуры не было, и она готова была продолжать осмотр достопримечательностей.
Моё же главное желание сводилось к тому, чтобы дойти до вендингового автомата с алкоголем в отеле, выпить пару банок коктейля и поспать ещё пару часов. На это предложение я услышал: «Ты что, сюда спать приехал?»
Действительно… Преодолевая внутреннее сопротивление, я отправился в душ. После этого мы снова пошли на платный отельный завтрак. Пол‑литра американо слегка взбодрили меня, но внутренняя дрожь никуда не исчезла.
После завтрака мы решили посетить Музей истории Берлина. Не знаю почему, но я не зашёл в супермаркет за «опохмелом». Возможно, дело было в том, что я плотно поел, и меня подташнивало — казалось, что ничего уже не залезет, лишь бы не вылезло обратно.
Полтора часа мы ходили с экскурсией, и с каждой минутой я чувствовал нарастающую тревогу. Тогда я не связывал эти симптомы с алкоголем, думая, что просто становлюсь тревожным человеком. Честно говоря, я смутно понимал, что со мной происходит.
После музея я без особого воодушевления откликнулся на предложение съездить в турецкие кварталы на окраине города и зайти в кальянную. Я по‑прежнему не похмелился, и меня полностью поглощало ощущение тревоги. Я считал, что алкоголь лишь усугубит состояние.
В таком нервно‑подавленном состоянии мы доехали до нужного района на метро, зашли в первую попавшуюся кафешку, заказали кофе по‑турецки, кальян и взяли нарды. Алкоголя в заведении не продавали.
Кофе оказался крепким, как смола, а кальян не уступал ему в насыщенности. В нормальном состоянии я бы только обрадовался этому, но тогда это лишь усилило моё недомогание. Тревога перерастала в панику. Я начал накручивать себя: «А вдруг я тут в обморок упаду или случится что‑то похуже?»
Когда мы вышли из кальянной, мой взгляд упал на табачный прилавок — прямо на витрине стояли маленькие бутылочки алкоголя. Подруга заметила, что я бледный, и предложила вернуться в отель, чтобы я прилёг.
В тот момент я подумал: «Если помирать, то с музыкой» — и, дрожащими руками, купил 0,25 л крепкого ликёра. Открыл и сразу отпил половину. Ни на что особо не надеясь, я вдруг почувствовал, как паника отступает, нервы успокаиваются, а самочувствие улучшается. Даже подруга отметила, что я порозовел.
«Уххх, я нашёл лекарство от паники!» — пронеслось в голове. Сразу появилось желание двигаться дальше и интерес к происходящему. Перерождение, чёрт возьми!
Возрождаясь, словно феникс, я начал придумывать идеи для дальнейшего досуга. Предложил поехать на одну из центральных площадей и попробовать фирменные берлинские колбаски Карривурст. Какое же это было счастье — снова начать жить!
В тот момент я не осознавал, что именно алкоголь привёл меня к такому состоянию. В моей голове он, напротив, выглядел спасителем, протянувшим руку утопающему в панике человеку. Мне ещё не раз предстояло ошибиться на этот счёт.
Мы добрались до места с колбасками. Честно говоря, они мне не особо понравились, но есть было можно. После мы продолжили прогулку по городу и зашли в парк, где на траве расположились группы молодёжи. Почти все пили пиво и курили самокрутки — видимо, обычные сигареты были дороги даже для местных. Я привёз сигареты из России, но всё же купил в местной табачной лавке пачку простых сигарет за 5 €, грабеж.
После «чудодейственного» ликёра я окончательно расслабился. Сидел на траве, потягивал немецкое пиво и думал о том, как прекрасна жизнь.
К вечеру у меня не было желания брать что‑то крепкое. Перед возвращением в отель я купил 6 бутылок разного пива и чипсы — ведь на следующий день нам предстояло улетать.
На следующий день я проснулся практически без похмелья. Накануне я выпил относительно немного и провёл весь день на ногах. У нас оставалось время перед вылетом — можно было ещё немного погулять и купить сувениры и подарки для родственников.
Позавтракав в отеле, мы сдали номер и с рюкзаками отправились на ещё одну центральную площадь. Там докупили магнитов, зашли в супермаркет и приобрели кусочек сыра, который просили мои родители. Позже этот сыр создаст мне небольшие проблемы в аэропорту.
Перед тем как сесть в автобус до аэропорта, мы решили перекусить. Зашли в кафе, где я выпил первое за день пиво, а следом — второе. Заметил, что в Берлине очень много официантов старше 50 лет.
Настроение улучшилось, правда стало немного грустно что мы приехали всего на несколько дней, даже захотелось задержаться ещё на парочку. Но обратный билет уже был на руках, да и на работе нас ждали. Поэтому мы отправились в аэропорт.
Во время предполётного досмотра, когда мою сумку сканировали, мне сообщили, что сыр нельзя провозить в ручной клади — его придётся оставить. Причина? Сыр, представьте себе, считается жидкостью!
Я долго спорил с таможенником. В конце концов он сдался, попросил подождать и вернулся с зип‑пакетом, в который велел упаковать злополучный сыр. Я с облегчением двинулся дальше, но, видимо, мой спор не понравился следующему таможеннику. Он выделил меня из очереди и отправил на личный досмотр. Пришлось раздеваться — к счастью, без изаглядывания в места которые свет не видывали.
Уже в зоне вылета я вспомнил, что так и не попробовал традиционный немецкий шнапс. В дьюти‑фри купил две пол‑литровые бутылки. Половину одной из них я выпил в туалете аэропорта и в самолёте, а остатки допивал понемногу в течение следующей недели по вечерам.
Мы благополучно долетели домой. Эта поездка осталась в памяти как приятное воспоминание. И вместе с вами я восстановил её более детально в памяти. Я рассказал не всё что было в этой поездке, но думаю смогу записать видео с более подробным рассказом.
Позже я ещё раз побывал в европейской стране — на Кипре. Но к тому моменту моя зависимость уже сделала значительный шаг вперёд. Об этом я тоже обязательно поведаю в своих статьях.
_________________________________
Буду очень признателен за реакции, комментарии, и отдельный респект за подписку! Это мотивирует меня писать дальше.
Если вы хотите поддержать меня, то можете сделать перевод на любую сумму по номеру карты 2200 7006 2776 4383
Буду безумно благодарен!