Снег тихо ложился на подоконник, рисуя на стекле причудливые узоры. Анна стояла у окна, обхватив себя руками, и смотрела, как снежинки, кружась, опускаются на землю, устилая подоконник плотным покрывалом. В комнате пахло воском от догорающих свечей и едва уловимо - мелиссой из остывшего чая. Часы на стене отсчитывали секунды, будто напоминая: еще один год уходит в прошлое, а ее жизнь по-прежнему остается такой же, как прежде.
Уже много лет она встречала Рождество Христово без мужа, который всегда шел на службу, и в кромешной тишине. Не в той благоговейной тишине храма, где каждый звук наполнен смыслом, а в глухой, одинокой тишине собственного дома. Врачи давно сказали: «Больше никаких шансов». После нескольких беременностей, оборвавшихся так внезапно, после операции, оставившей лишь шрамы и горькое осознание - все кончено.
Муж, родные советовали Анне молиться. Все это время она плевала на все советы. Но однажды поняла, что придется сдаться, и молилась непрестанно. Каждое утро приходила в маленький храм на окраине города. Ставила свечу перед иконой Богородицы, опускалась на колени и шептала одно и то же: «Матерь Божия, умоли Бога, чтобы дал мне ребенка. Хоть одного. Я буду любить его так, как никто никогда не любил».
Она не просила чуда. Она просто верила, что ее где-то там, в этой холодной вселенной слышат.
Время ожидания
Годы шли. Подруги рожали детей, знакомые поздравляли с праздниками, присылали фотографии улыбающихся малышей. Анна улыбалась в ответ, но по вечерам, уединившись от мужа, снова шла к иконе, зажигала свечу и молчала. Иногда слезы катились по щекам, но она не вытирала их - пусть. Главное, чтобы молитва дошла.
Однажды зимой, накануне Рождества, они с мужем задержались в храме дольше обычного. Служба закончилась, прихожане разошлись, муж уже тянул за рукав, а жена все сидела на деревянной скамье, глядя на мерцающий огонек лампады. В полумраке Богородица на иконе казалась живой. Ее глаза, казалось, смотрели прямо в душу.
«Если Ты можешь… если Тебе угодно… Умоли-и-и..» - снова шептала Анна, и в этот момент почувствовала странное тепло в груди, будто кто-то невидимый положил руку на сердце и сказал: «Жди».
Чудо
Все началось с едва уловимых перемен, и таких тонких, что Анна поначалу списывала их на усталость или смену погоды. Но день за днем признаки становились все очевиднее.
Сначала было легкое головокружение по утрам. Она останавливалась на полпути к работе, прислонялась к стене, глубоко вдыхала морозный воздух. «Наверное, давление», - думала она, поправляя шарф. Но головокружение возвращалось снова и снова.
Потом появилась утренняя тошнота. Сначала едва заметная, словно легкий спазм в желудке, потом настойчивая, заставляющая бежать в уборную прямо с рабочего места. Анна пряталась в кабинке, прижимала ладони к горячему лицу и шептала: «Только не опять… только не обман…»
Она купила тест почти случайно. Просто увидела его на кассе аптеки, когда покупала витамины. Руки дрожали так сильно, что она едва смогла открыть упаковку. Полоски показались ей насмешкой судьбы: две четкие, яркие линии, словно нарисованные чьей-то уверенной рукой.
«Это ошибка?!», - твердила она, разглядывая тест под разными углами. Потом купила еще три в разных аптеках, разных фирм. И все - с теми же двумя полосками.
Визит к врачу
В кабинете гинеколога она сидела, сжимая в руках пакет с анализами, и боялась поднять глаза.
- Вы давно не можете забеременеть? - спросила врач, просматривая ее историю.
Анна покачала головой:
- Да. И… даже не надеялась. Мне сказали, что это невозможно.
Врач внимательно изучила результаты анализов, потом кивнула на кушетку:
- Давайте сделаем УЗИ. Просто чтобы убедиться.
Монитор засветился сероватыми разводами, потом появилась темная полость, а в ней - крошечное пятнышко. И вдруг - удар. Четкий, ритмичный, живой.
- Слышите? - улыбнулась врач. - Это сердце вашего малыша.
Анна впилась пальцами в край кушетки. Звук заполнил все пространство - громкий, уверенный, невозможный.
- Это… правда? - прошептала она, не веря своим глазам. - Вы уверены?
- Абсолютно, - ответила врач, увеличивая изображение. - У вас все в порядке. Ребеночек здоров. Срок - шесть недель.
Момент истины
Она вышла из кабинета, прижимая к груди снимок УЗИ. Протянула мужу бумагу с размытым пятном и подписью: «Сердцебиение +». Анна остановилась у окна в коридоре, прислонилась к прохладному стеклу, потом посмотрела на счастливого супруга и заплакала.
Это были не слезы отчаяния, не горькие слезы многолетних разочарований. Это было счастье - такое огромное, что оно не помещалось внутри. Оно рвалось наружу: через слезы, через дрожащие губы, через тихий смех, который она не могла сдержать.
«Он жив. Он есть. Он бьется», - повторяла она про себя, глядя на снимок.
Беременность: время благодарности
С этого дня их с мужем жизнь наполнилась новым смыслом. Каждое утро начиналось с молитвы. А потом она шла в храм еще до службы, ставила свечу перед иконой Богородицы и шептала:
- Спасибо. Просто спасибо.
Она чувствовала, как внутри растет новая жизнь, и это ощущение было одновременно пугающим и восхитительным. Первые шевеления - легкие, словно пузырьки воздуха, поднимающиеся к поверхности воды. Потом - уверенные толчки, от которых она невольно улыбалась на людях.
- Ты там как? - шептала она, прикладывая ладони к животу. - Ты мой маленький чудо-человек.
Она и одна продолжала ходить в храм каждую неделю, и с мужем – в выходные. Ставила свечи, просила защиты, благодарила. А по вечерам, лежа в кровати, слушала тишину и знала: там, внутри, бьется еще одно сердце.
Рождество: рождение чуда
Когда начались схватки, Анна посмотрела на календарь и не поверила своим глазам: 6 января. Сочельник.
- Может, он подождет до завтра? - с улыбкой спросил муж у акушерки.
- Да нет уж, похоже, он сам выбирает время, - рассмеялась та.
И вот, в ночь на 7 января, в Рождество Христово, на свет появился мальчик.
Анна увидела его - крошечного, сморщенного, кричащего - и все внутри оборвалось от нежности. Она протянула руки, и когда его положили ей на грудь, почувствовала тепло, которого не знала никогда прежде. Потом держала его на руках и не могла насмотреться. Крошечные пальчики, сморщенный носик, темные ресницы. Он спал, а она боялась дышать, чтобы не потревожить его.
- Ты пришел, - прошептала она, гладя его влажные волосы. - Ты настоящий мой рождественский подарок. Подарок от Богородицы…
Малышок прижался к ней, будто знал, что здесь его дом. А за окном падал снег, покрывая землю белым покрывалом, словно сама природа украшала мир к этому чуду.
С тех пор каждое Рождество они с мужем, а потом и с сыночком зажигают две свечи: одну в благодарность за то, что мамина и папина молитва была услышана, вторую - в надежде, что где-то еще есть те, кто ждет своего чуда. И знает: если верить - оно обязательно придет. Даже если кажется, что уже слишком поздно.