Конец декабря, город уже в гирляндах, пробки 10 баллов, народ носится за подарками как ошпаренный. А есть места, где время словно застыло в янтаре. Или в холодце, если точнее. Заходишь в типичную рабочую общагу на окраине Москвы или где-нибудь под Сургутом — и всё. Внешний мир выключили. Здесь свой микроклимат: вечный запах жареной картошки вперемешку с дешёвым табаком, гул стиральной машинки, которая, кажется, стирает без остановки с девяносто восьмого года, и длинные коридоры с рядами одинаковых дверей. За этими дверями — не просто люди. Там целые судьбы, спрессованные до размеров койко-места. Я по молодости сам так кантовался, пока на машину скреб. Думал: «Ну, это временно, сейчас рывок сделаю и на волю». А потом зашел недавно к приятелю и понял: временное тут страшнее постоянного. Это болото, брат. Тёплое, привычное, засасывающее.
Зацепило меня это сильно. Смотрю на мужиков — здоровые, рукастые, «соль земли». А живут годами в режиме «на паузе». Решил я разобраться, что это за зверь такой — «синдром отложенной жизни», и почему наши «добытчики» добровольно меняют уютный диван дома на скрипучую шконку в хостеле. Позвонил старым знакомым вахтовикам, договорился о встрече. Они скрывать не стали: «Заходи, чай заварим, всё по чесноку разложим».
От «закрыть кредит» до «ещё годок»: как захлопывается мышеловка
Вахта — она как казино, только вместо фишек ты ставишь своё время. Правило железное: первый раз едут все по нужде. Кредит прижал, крышу перекрыть надо, машину обновить.
Серёга — мужик мощный, сварщик от бога, сейчас на стройке в столице вкалывает. Рассказывает: «Братан, я когда первый раз в 2018-м приехал, план был простой как три копейки. Поработать три месяца, закрыть долг за свадьбу дочери и домой, в Саратов. Зарплата тут — космос по сравнению с нашими краями. Дома я дай бог 40 тысяч наскребу, а тут, если без выходных и с переработками — 120–150 тысяч на руки. И это чистыми, жилье контора даёт, робу дают. Прикинь, получаешь смску от банка, а там сумма шестизначная. У тебя эндорфин в голову бьет! Ты чувствуешь себя Рокфеллером».
Ты думаешь, он через три месяца уехал? Ага, щас. Аппетит приходит во время еды. Сначала долг закрыл. Потом решил: «Ну, надо же и ремонт сделать». Потом машину поменять. Потом баню поставить. И вот Серёга уже пятый год живет в комнате на восьмерых. Смена — от забора и до заката. В 6 утра подъём, в 8 вечера в общагу вползаешь. Поел пельменей, жене по видеосвязи позвонил, отчитался, денег перевел — и спать. Ты вроде и герой, семью содержишь, а по факту — тебя в семье уже нет. Ты функция. Ты банкомат. Но мужики терпят. Потому что знают: вернутся домой — и снова копейки считать. А тут они — короли вахты.
Хостел или Квартира: где свобода слаще?
Дядя Миша, ветеран северных трасс, помотался по стране знатно. Сейчас осел в Подмосковье, водит фуру на складах. Он мне всю арифметику этого бытия разрисовал.
«Понимаешь, — говорит Миша, затягиваясь дешевой сигареткой, — дома ты кто? Муж, отец, сосед, зять. Там проблемы: кран течет, тёща пилит, уроки с сыном учи. А здесь я — вольная птица. Моя зона ответственности — моя койка и моя баранка. Общага — это, конечно, не «Хилтон». Тараканы бывают такие, что хоть седло на них надевай. Но зато никакой бытовухи. Пришел, упал, забыл. Здесь мы с пацанами — банда. Вместе поели, вместе поржали, вместе начальство обматерили. Это затягивает».
А вот молодой Димон, ему 25 всего, пока еще дергается. «Я, — говорит, — на первый взнос коплю. Живу в хостеле за 15 тысяч в месяц. Условия спартанские: душ один на этаж, очередь утром как в мавзолей. Зато в центре! Я за год уже миллион отложил. Но, блин, жизни нет. Девушка бросила, говорит: «Я с телефоном встречаться не нанималась». А я не могу остановиться. Страшно возвращаться в провинцию на двадцатку. Это ловушка, реально».
Чуешь разницу? Старики уже привыкли, им эта «общажная» свобода от обязательств даже нравится. А молодые еще барахтаются, но система их ломает. Психология меняется: ты начинаешь думать, что настоящая жизнь — она там, в будущем. Вот дострою дом, вот накоплю 5 миллионов — и тогда заживу! А пока — черновик пишем. Только черновик этот затягивается на десятилетия.
Быт, который засасывает: не всё так страшно (или страшно?)
Не думай, что они там в грязи живут и сухари грызут. Современный вахтовик — он упакован. Тут мужики начинают говорить с особой гордостью, показывают свои «берлоги». Если раньше общага ассоциировалась с бомжатником, то сейчас ситуация меняется. Рынок жилья для рабочих подтянулся.
Сегодня нормальный хостел для работяг — это уже не подвал с крысами. В числе «люксовых» условий — скоростной Wi-Fi (это главное, без интернета бунт будет через час), плазмы на кухне, микроволновки, мультиварки у каждого второго. Димон хвастается: «Я себе ноутбук игровой взял за сотку, в «Танки» рублюсь по вечерам. У нас тут свой клан, сосед с верхней полки — командир».
Особого внимания заслуживает кулинария. Это вам не доширак заваривать (хотя и он — святое). Мужики кооперируются, скидываются на мясо, варят плов в казанах прямо на общей кухне, жарят картоху с салом. Запах стоит такой, что слюной захлебнуться можно. Некоторые умудряются даже уют навести на своих двух квадратных метрах: шторку повесят, фото семьи прилепят, полочку для мелочей прибьют.
Получается парадокс. Вроде бы временное жилье, а обрастает вещами, привычками, ритуалами. Человек ко всему привыкает. И вот эта «шконка» становится роднее, чем ортопедический матрас дома. Потому что здесь ты среди своих. Здесь не надо притворяться. Здесь всё просто: работал — получил, накосячил — огреб. Простая мужская логика.
Так что в сухом остатке? Считаем потери
Давай подведём черту, чтобы ты понимал весь трагизм и кайф этого положения. В среднем нормальный вахтовик или «постоянный жилец» общаги поднимает от 100 до 200 тысяч рублей в месяц. Плюс он не тратится на коммуналку (койка стоит копейки или фирма платит), не тратится на бензин, на рестораны, на «выгулять жену».
За 5 лет такой жизни можно реально купить квартиру, машину и дачу построить. Финансово — это победа.
Но есть другая сторона медали, о которой в отчетах не пишут. Семья привыкает жить без папы. Дети растут, видят отца раз в три месяца с подарками. Он для них — праздник, Дед Мороз, но не воспитатель. Жена учится сама забивать гвозди и решать проблемы. И когда такой «капитан дальнего плавания» наконец решает вернуться насовсем... выясняется, что места ему в доме уже нет. Он там лишний элемент. Он нарушает отлаженный быт.
И мужик помаячит дома месяц-другой, почешет затылок, и... «Слышь, Марин, там объект новый открывается, деньги хорошие, я, наверное, поеду ещё на полгодика». И уезжает. Обратно в свою общагу, к пацанам, к жареной картошке и понятной жизни.
А ты как думаешь: стоит оно того?
Гробить здоровье, спать в комнате с храпящим соседом, годами видеть семью через экран смартфона?
Или лучше дома, пусть беднее, но каждый вечер целовать детей перед сном и спать в своей постели?
Я вот смотрю на Серегу, на дядю Мишу — у них руки золотые, карманы полные, а в глазах — пустота какая-то. Они всё ждут, когда начнут жить. А жизнь-то уже прошла, пока они были на смене.
Если ты сам мотался по вахтам или жил в таких общагах — напиши в комментариях, как оно? Реально ли соскочить с этой иглы или это билет в один конец? Подпишись, если зацепило, в следующий раз расскажу про таксистов-ночлежников — там вообще отдельный мир со своими законами.