В далёкой восточной стране, где искусство каллиграфии почиталось как высшее проявление духа, жил юный ученик по имени Ли. Он с восхищением наблюдал за мастерами, чьи кисти творили на бумаге удивительные узоры иероглифов. Каждый взмах — словно дыхание ветра, каждая линия — как песнь души. Ли усердно тренировался, копируя образцы, стараясь повторить безупречные изгибы и чёткие штрихи. Со временем его работы стали хвалить: «Какой прилежный ученик! Какой чистый почерк! Он — образец воспитанности и усердия». Однажды мастер, заметив гордость в глазах Ли, позвал его к себе и поставил перед ним два инструмента: изящную кисть из ворса соболя и простое тростниковое перо. — Напиши один и тот же иероглиф каждым из них, — велел мастер. Ли взял кисть и с благоговением вывел знак. Линия получилась плавной, выразительной, полной внутреннего ритма. Затем он взял обычное тростниковое перо. Оно было жёстким, неподатливым; стоило лишь слегка нажать — и оно оставляло резкий, неуправляемый след. — Види