Мы сидели на веранде его загородного дома. Перед ним — монитор с графиками нейросетевых активов, а перед нами обоими — крепкий чай с сушеной морошкой, которую я привез из последней экспедиции к своим родным коми-ижемцам.
Я давно хотел задать этот вопрос человеку, чье состояние исчисляется девятью нулями. В мире, где искусственный интеллект пишет код, а корпорации колонизируют виртуальные миры, зачем нам старые песни, оленьи упряжки и диалекты, на которых говорят всего несколько тысяч человек?
— Слушай, — спросил я, — вот ты инвестируешь в будущее. А я — этноблогер, я пытаюсь сохранить прошлое. Тебе не кажется, что я занимаюсь тем, что обречено на исчезновение? Зачем это всё в 2026 году?
Он отставил чашку, внимательно посмотрел на ягоды морошки и ответил так, что я до сих пор прокручиваю его слова в голове.
«Глобализация — это скучно и убыточно»
«Посмотри вокруг. Мы все стали одинаковыми. Мы пьем один и тот же кофе, носим одни бренды, смотрим одни сериалы. В бизнесе это называется "красный океан" — рынок, где все копируют всех.
Культура малых народов — это уникальный код. Это то, что невозможно синтезировать в лаборатории. В мире, где всё можно скопировать, настоящую ценность имеет только аутентичность. Твои коми-ижемцы — это не "прошлое", это редчайший эксклюзив. А эксклюзив всегда стоит дорого».
«Антихрупкость через корни»
«Знаешь, почему большие системы рушатся? Потому что они слишком унифицированы. Если произойдет сбой в глобальной сети, современный горожанин не выживет.
Малые народы веками вырабатывали механизмы выживания в экстремальных условиях. У них есть знания о природе, о психологии сообщества, о внутренней силе, которые мы, люди мегаполисов, растеряли. Сохранять их культуру — это как хранить "бэкап" человечества. Это наш страховой полис на случай, если технологический мир даст трещину».
«Спрос на смыслы, а не на вещи»
«К 2026 году люди окончательно пресытились потреблением. Сейчас все ищут "смысл". Зачем я здесь? Кто мои предки?
Когда ты рассказываешь о культуре ижемцев, ты не просто показываешь красивые костюмы. Ты показываешь связь поколений. Миллиарды тратятся на то, чтобы почувствовать себя частью чего-то большего, чем просто строчка в базе данных. Малые народы сохранили эту связь в чистом виде. Это живая энергия, Генрих. И те, кто её чувствует, всегда будут успешнее тех, кто живет как перекати-поле».
Вместо послесловия
Он допил чай и добавил:
— Не думай, что ты хранитель музея. Ты хранитель технологий духа, которые скоро станут дефицитом. Пока у народа есть свой язык и свои традиции, у него есть суверенитет сознания. А это поважнее, чем счет в швейцарском банке.
Я уходил от него с четким пониманием: то, что мы делаем, продвигая культуру северян — это не просто хобби. Это миссия по сохранению человеческого в человеке.
А как вы считаете, нужно ли тратить силы на сохранение малых культур в век цифровизации? Пишите в комментариях, обсудим!