часть седьмая, последняя
Общий восторг по поводу снова работающих часов довольно быстро сменился безразличием, а иногда даже и ворчанием. Кого-то раздражал постоянный бой часов, кто-то говорил, что они отстают или спешат. Кому-то просто было всё равно. Те, кто слышал про легенду, поначалу приходили и смотрели — не начнут ли открываться дверцы, не поскачет ли игрушечный король на своей красивой лошадке прямо там, под циферблатом часов.
Но дни сменялись днями, а ничего больше не происходило. И даже сторож, как показалось, охладел к этой затее. Он по-прежнему каждое утро желал уважаемым горожанам доброго утра, а вечером — спокойной ночи, но теперь он никуда не выходил из своей будки, и только смотрел в маленькое оконце, если на улице была плохая погода, или сидел на шатком стульчике у открытой двери в будку, если на улице была погода хорошая.
Мальчик же каждый вечер бежал к часам, поднимался на самый верх и аккуратно заводил часовой механизм. В плохие дни ему приходилось пробираться по задворкам, чтобы его не схватил патруль. Однажды он сильно заболел, но обливаясь потом поднялся на дрожащих ногах наверх башни и сделал свою работу. После завода он некоторое время стоял и вслушивался в голос часового механизма, пытаясь уловить малейшие отклонения от обычного хода. Но часы работали, как им и полагается — ровно и уверенно.
Но ничего не происходило. Тот самый король, который должен был подъехать к мосту верхом на красивом коне, так и не появлялся. То ли потому, что часы не звонили необычным боем, а только отбивали положенное время, то ли потому, что королей больше уже не водилось ни в их городе, нигде вокруг, ни по всему миру.
Сначала прошла весна, за ней наступило лето, которое сменилось осенью, а потом насыпало очень много снега. И Мальчик приходил каждый день и заводил механизм. И больше ничего не ждал, и глаза его не показывали тоски. И только внутри него был выключатель, который однажды должен был быть перещёлкнут.
Над Мальчиком привычно подшучивали, а он так и не вернулся в свою мальчишескую команду, а так же старался подзаработать денег и сделать побыстрее уроки. Потому что милее его часов и его башни для него теперь ничего не было.
И вот как-то в новую весну, когда все деревья вперёд листьев выпускали чудесные и нежные цветы, вокруг которых усердно жужжали пчёлы, Мальчик завёл механизм, послушал его работу, подумал, как же прекрасно жить на белом свете, спустился вниз и запер дверь башни. Он смотрел на окружавшие его деревья с их нежно-розовыми цветами и улыбался. Воздух был напоён весенним счастьем восстания от сна.
Мальчик сел на свой видавший виды велик и неспешно поехал домой. Он уже отъехал на приличное расстояние, как вдруг за его спиной раздался очень странный перезвон. Он резко остановился, развернул велик и посмотрел на циферблат, возвышавшийся над цветущими деревьями.
Время там показывалось самое обычное — семь часов и двадцать минут вечера, было довольно ещё светло, и стрелки можно было разглядеть даже отсюда. И вот в это самое время, когда ничто не должно было звонить, вдруг часы начали отбивать изумительный мотив.
Мальчик что есть сил нажал на педали и помчался обратно к башне. Люди выглядывали из окон, присматривались и, спешно подхватив какую-нибудь одежду на прохладный весенний вечер, выбегали из домов, торопясь к башне и мосту рядом с ней.
Старик сторож вдруг вышел из своей охранной будки в полном обмундировании, которое хотя и было потрёпано временем, но зато на груди у него блестела медаль, а военная выправка делала старика бравым солдатом, а не стариком-инвалидом.
Через минуту после начала мелодии створки под циферблатом отворились, и на сцену выехала игрушечная кавалькада во главе с королём, гордо восседавшем на красивой лошадке. Лошадка цокала своими игрушечными копытами, король поднимал и опускал правую руку, в которой был блестящий меч, а за ним шагали человечки в латах, держа кто знамёна, кто пики, кто щиты.
Мальчик смотрел на это представление, и по щекам его текли слёзы. Он не мог произнести ни единого слова, потому что дыхание у него перехватило. К нему подбежали со всех сторон люди, они обнимали его, смеялись, толкались, а он стоял и плакал, утирая слёзы рукавом, отчего его лицо очень быстро стало чумазым.
Мелодия прекратилась. Игрушечные фигурки спрятались обратно за закрытые дверцы, и все немного успокоились. Но тут послышался странный шум. Так цокают копыта лошадей по мощёным улицам, но откуда в этом городке мостовая, и откуда тут лошади? Но странно, из-за дальнего поворота действительно выехала целая группа всадников, и что это были за всадники!
Во главе ехал сам, конечно, Король, ведь только настоящий король может так гордо и уверенно восседать на таком роскошном скакуне с длинной белой гривой. Он был одет в блестящие доспехи, а на голове у него был красивый шлем с плюмажем. К доспехам был прикреплён и развевался по ветру красивый алый плащ с белой подбивкой. Следом за королём ехали верхом его верные подданные, тоже одетые по военному времени в доспехи и вооружённые. Над ними всеми реяли стяги и хоругви. Следом шла ровным шагом пехота, и не какие-то новобранцы, а сплочённые в боях воины.
Они подъехали к мосту, и Король остановил своего коня. Все жители города смотрели на эту процессию открыв рты. Король посмотрел на часы, потом посмотрел на старика охранника.
- Они снова идут, - сказал ему тот.
- Ты их запустил?
- Я-то запустил, а вот поддерживал их вон тот малец.
Король повернул голову в сторону Мальчика.
- Я только заводил их каждый вечер, - сказал тот.
- Этого достаточно, - сказал ему король. — Спасибо!
Он тронул поводья, и конь послушно пошёл шагом через мост. А за ними через мост проследовала и вся армия. Через некоторое время они скрылись за поворотом на другом берегу, и ещё спустя какое-то время даже и звук копыт перестал доноситься до ушей оторопевших горожан.
Через неделю уже никто не верил, что это событие произошло на самом деле, а через несколько лет его записали в местные легенды.
Потом мальчик вырос, а старик сторож умер, и Мальчик стал новым сторожем у моста и часовых дел мастером в свободное время. Он женился, у него родились дети, потом и у них родились дети. Старые яблони, которые так красиво цвели в тот день, понемногу заменялись новыми, более продуктивными сортами. А потом настал день, когда этот Мальчик стал стариком. И он однажды сидел на шатком стульчике у своей будки охранника и курил, молча глядя куда-то вдаль.
Как вдруг проезжавший мимо него мальчишка со всего маху налетел на камень и грохнулся о землю.
- Э-хе-хе! — подумал Мальчик и поспешил тому на помощь.
- Не сильно расшибся? — спросил он мальчишку и протянул ему руку.