– Ну привет, Ленусь. Не ждала?
Лена замерла с ножом над разделочной доской. Запах жарящейся картошки с луком, который пять секунд назад казался таким уютным, вдруг стал душным и тошнотворным. Она медленно повернулась.
На пороге ее кухни, прислонившись к косяку, стоял Костя. Ее бывший муж. Пропавший без вести год и три месяца назад. Тот самый, которого она разыскивала с полицией, обзванивала морги и которого, в конце концов, с огромным трудом развела через суд в одностороннем порядке. Он выглядел похудевшим, загорелым, как с курорта, и в глазах его плясали наглые чертенята.
– Костя? – выдохнула она, и нож со стуком упал на доску.
– Он самый. Собственной персоной, – ухмыльнулся он, делая шаг в квартиру. – Ничего у тебя тут не изменилось. Только диван потерся.
Из комнаты вышел Андрей – мужчина, с которым Лена жила последние полгода. Спокойный, надежный, основательный. Он удивленно посмотрел на незваного гостя.
– Лен, кто это?
Костя смерил его пренебрежительным взглядом с ног до головы и демонстративно проигнорировал.
– Ленусь, а что, есть нечего? Картоха только? Я бы сейчас супчику навернул. Горяченького.
– Вон пошел, – тихо, но внятно сказала Лена, подбирая с доски нож. Не для угрозы, а просто чтобы занять руки.
– Э-э, ты чего? – Костя изобразил обиду. – Я домой пришел, а ты меня с порога гонишь? Не по-людски как-то.
– Твой дом был в прошлом году. До того, как ты испарился, – отрезала она. – Адресом не ошибся?
– Ну хватит дуться. Обстоятельства так сложились, – он развел руками, будто объяснял пустяк. – Надо было уехать. По делам. Зато смотри, какой я загорелый!
– По делам? – Лена почувствовала, как внутри закипает ледяная ярость. – Ты это называешь «по делам»? Я тебя, Костя, по всей стране искала! Я в отряды поисковиков обращалась! Я заявление в полицию написала! Мы с твоей матерью думали, что тебя либо в лесу закопали, либо в рабство продали!
– Ой, ну не преувеличивай, – отмахнулся он. – Мать-то где? В деревне своей?
– А ты думал, она здесь будет? Ждать, пока ее любимый сыночек соизволит вернуться из своего «по делам»? – голос Лены начал дрожать.
Из детской высунулся восьмилетний Кирюша. Он с любопытством смотрел на незнакомого дядю.
– Мам, а кто это?
Костя расплылся в широченной улыбке.
– Сынок! Иди к папе! Ну, что стоишь? Соскучился?
Кирюша растерянно переводил взгляд с матери на отца. Лена шагнула вперед, загораживая собой сына.
– Кирилл, иди к себе в комнату. Быстро.
– Да ладно тебе, Лен, – Костя попытался обойти ее. – Дай с сыном поздороваться. Папку-то, небось, забыл уже.
– Да, – чеканя каждое слово, подтвердила Лена. – Забыл. И слава богу. Он знает, что его папа уехал очень далеко и очень надолго. Как космонавт.
– Ха, остроумно, – хмыкнул Костя. – Только я уже вернулся с орбиты. И, кстати, голодный, как черт. Андрей, ты же Андрей? – он все-таки удостоил соперника вниманием. – Сгоняй в магаз, а? Купи пельменей, колбаски, хлебушка. А то тут, я смотрю, спартанские условия.
Андрей молча стоял, сжимая кулаки. Он посмотрел на Лену, ожидая ее реакции.
– Слушай сюда, «космонавт», – прошипела Лена. – Пельмени в магазине. Колбаса там же. Деньги, надеюсь, у тебя есть. Марш отсюда.
– Да ты что, серьезно? – Костя перестал улыбаться. – Ты меня выгоняешь? Из моей квартиры?
– Она не твоя. Я с тобой развелась три месяца назад. Официально.
– Как это развелась? – он нахмурился. – Без меня?
– А как, по-твоему, надо было? Ждать еще год? Или три? Ты был признан пропавшим без вести, дорогой. Этого достаточно для расторжения брака.
Костя побарабанил пальцами по кухонному столу. Осмотрел свежий ремонт, который Лена делала своими силами, новую микроволновку.
– Так. Хорошо. Развелась, так развелась. Мне, если честно, по барабану. Но квартира-то у нас общая. В ипотеку брали, помнишь? Половина – моя.
Лена рассмеялась. Сухо, безрадостно.
– Серьезно? Половина твоя? А ипотеку последний год кто платил, напомни? А долги твои микрофинансовым организациям, которые мне названивали днем и ночью, кто закрывал? А ремонт кто делал после того, как ты в пьяном угаре стену проломил? Санта-Клаус?
– Ну, ты же тут жила, ты и платила, – пожал плечами Костя с невозмутимой логикой. – Все честно. А теперь я вернулся. И мне нужна моя доля. Деньгами.
– Какая доля? – встрял Андрей. – Ты хоть понимаешь, что говоришь? Человек год платил за тебя ипотеку, а ты заявляешься и требуешь половину?
– А ты вообще молчи, – огрызнулся Костя. – Приживала. Нашел себе теплую квартирку с хозяйкой, и рад. Я с женой разговариваю. Бывшей.
– Денег нет, – отрезала Лена. – И не будет. Никакой твоей доли здесь нет. Можешь посчитать все мои платежи по ипотеке за год, вычесть из твоей «доли», и окажется, что это ты мне еще должен.
– Это мы еще в суде посмотрим, – набычился Костя. – Я не собираюсь тебе ничего дарить. Мне деньги нужны. Срочно.
– А мне нужна была помощь год назад! Срочно! – взвилась Лена. – Мне нужно было, чтобы кто-то с Кирюшей посидел, пока я на второй работе вкалывала! Мне нужно было, чтобы кто-то починил этот чертов кран на кухне! Где ты был, а, Костя?! Зарабатывал?
– Пытался! – вдруг крикнул он. – Не получилось! Все прогорело! Все! Думал, сейчас приеду, по-человечески поговорим, решим вопрос. А ты тут уже хахаля привела и сына против меня настраиваешь!
– А как ты хотел? – не унималась Лена. – Чтобы я венок на дверь повесила и траур носила? Чтобы сын каждый день спрашивал, где его папа-неудачник, который сбежал в неизвестном направлении?
– Я не неудачник! – рявкнул Костя так, что Кирюша в комнате вздрогнул. – Я просто… ошибся. С кем не бывает. Короче. Мне нужны деньги. Много. Продаем квартиру и делим пополам.
– Ничего мы продавать не будем, – ледяным тоном ответила Лена. – Мне и моему сыну есть где жить. А тебе, уж извини, нет.
Костя вдруг замолчал. Взгляд его стал жестким и холодным. В нем больше не было притворной веселости.
– Хорошо. Не хочешь по-хорошему – будет по-плохому.
– И что ты сделаешь? – усмехнулась Лена. – Натравишь на меня своих коллекторов? Так я их уже всех знаю по именам.
– Нет, – медленно произнес он, обводя взглядом кухню. – По-плохому – это значит, что я буду здесь жить.
Лена с Андреем переглянулись.
– В смысле? – не понял Андрей.
– В прямом, – Костя кивнул на старое кресло в углу. – Вон, спальное место есть. Диван ваш потертый тоже сойдет. Я – собственник половины этой жилплощади. И имею полное право здесь находиться. Вещи свои завтра привезу. Пару сумок всего. Ты же не против, Ленусь?
Лена смотрела на него, и ей казалось, что это какой-то дурной сон. Человек, которого она почти похоронила, теперь собирался жить с ней и ее новым мужчиной в одной квартире.
– Ты… ты не посмеешь, – прошептала она.
– Еще как посмею, – Костя снова ухмыльнулся, почувствовав ее страх. – Мне все равно деваться некуда. Так что либо продажа и деньги, либо я твой новый сосед. Ну, или сосед твоего хахаля. Решай. Даю тебе подумать до завтрашнего утра.
Он развернулся и, насвистывая какую-то мелодию, пошел к выходу. Задержался в дверях.
– Картошку не пережарь. И сыну привет. Скажи, папка вернулся. Насовсем.
Дверь захлопнулась.
В кухне повисла звенящая тишина. Было слышно, как шкворчит на сковороде остывающая картошка и как в детской тихонько всхлипывает Кирилл.
– М-да, – протянул Андрей, проводя рукой по волосам. – Я, конечно, всякое видел, но такого…
– Что делать будем? – Лена без сил опустилась на табуретку. Руки у нее тряслись. – Он ведь и правда придет. Я его знаю. Он назло сделает. Будет тут ходить в трусах, пить пиво и смотреть футбол. И каждый день капать на мозги про продажу.
– Участкового вызвать? – предложил Андрей.
– А что мы ему скажем? – горько усмехнулась Лена. – «Здравствуйте, ко мне пришел бывший муж, собственник половины квартиры, и хочет здесь жить»? Участковый только плечами пожмет. Это гражданско-правовые отношения. Скажет, идите в суд.
– Но он же… год! Его не было год!
– И что? Он скажет, в командировке был. Или в санатории. Кто докажет обратное?
Они сидели в тишине. Андрей подошел и обнял Лену за плечи.
– Не бойся. Что-нибудь придумаем. Не оставит же он тебя и Кирилла на улице.
– Ты его не знаешь, – прошептала Лена. – Он не просто оставит. Он еще и посмеется вслед. Для него главное – деньги. И чтобы ему было хорошо. Все остальное – пыль.
Следующее утро началось не с кофе, а со звонка в дверь. Настойчивого, требовательного. Лена посмотрела в глазок. На площадке стоял Костя с двумя огромными баулами.
– Открывай, хозяйка! – весело крикнул он. – Сосед приехал!
Лена прислонилась лбом к холодной двери. Сердце колотилось где-то в горле.
– Андрей, – позвала она шепотом. – Он пришел.
Андрей, уже одетый для работы, вышел в коридор. Его лицо было серьезным и решительным.
– Я поговорю с ним.
– Не надо, – остановила его Лена. – Он не понимает слов. Он понимает только силу или хитрость.
Она глубоко вздохнула, открыла замок и распахнула дверь.
– Заходи, «сосед», – сказала она с вызовом.
Костя, не ожидавший такого приема, на секунду опешил, но тут же взял себя в руки.
– Во! Это другой разговор! – он втащил свои сумки в коридор, едва не сбив Андрея. – А то вчера какие-то колючки выпускала. Передумала, значит? Продаем?
– Нет, – ровно ответила Лена. – Я не собираюсь ничего продавать.
– Тогда в чем дело? – Костя нахмурился.
– Ты хотел здесь жить? Живи, – Лена пожала плечами. – Места много. Кресло в твоем распоряжении. Постельное белье найдешь в шкафу. Только учти: холодильник у нас раздельный. Свою еду покупаешь сам. За коммуналку платим пополам. За интернет тоже. Стиральная машинка – по расписанию. Ванная утром с семи до восьми занята. И да, никаких гостей. Особенно женского пола.
Костя слушал ее, и его лицо вытягивалось от удивления. Андрей тоже смотрел на Лену во все глаза.
– Ты… ты это серьезно? – выдавил из себя Костя.
– Абсолютно. Ты – собственник. Живи. Наслаждайся. Только вот, – Лена понизила голос, – Андрей тоже собственник.
– Чего? – хором спросили Костя и Андрей.
– Ну, не квартиры, конечно, – Лена улыбнулась своей самой милой улыбкой. – Но его вещи здесь. Компьютер его, телевизор. Диван он покупал. Так что распоряжаться он здесь будет наравне с тобой. Верно, милый? – она посмотрела на Андрея.
Андрей, наконец сообразив, что к чему, подыграл ей.
– Безусловно, дорогая. Константин, у меня к вам сразу просьба: по коридору в грязной обуви не ходить. И не курить на балконе. Мы с Кириллом не переносим запах дыма.
Костя ошарашенно переводил взгляд с одного на другого. План «закошмарить Ленку и заставить ее продать квартиру» рушился на глазах.
– Вы что, сговорились? – пробормотал он.
– Мы просто хотим жить в чистоте и комфорте, – парировала Лена. – Так, мне на работу. Андрей, проводишь Кирилла в школу? Костя, замок в туалете не работает, почини, будь добр. Инструменты в кладовке. Все, я побежала.
Она схватила сумочку и выскочила за дверь, оставив двух мужчин сверлить друг друга взглядами.
Вечером, когда Лена вернулась, ее ждала картина маслом. Костя, развалившись в кресле, смотрел футбол по телевизору. Вокруг него валялись пустые пивные банки и шелуха от фисташек. Андрей, стиснув зубы, сидел на кухне и пытался работать за ноутбуком.
– Это что такое? – спросила Лена, указывая на мусор.
– Отдыхаю, – не отрываясь от экрана, бросил Костя. – У себя дома. Имею право.
– Имеешь право убрать за собой, – отрезала она. – Андрей, почему ты ему позволил?
– А что я сделаю? – Андрей развел руками. – Он сказал, что это его телевизор. Хотя я точно помню, что мы его вместе с тобой покупали.
– Вот! – подскочил Костя. – Мы с Ленкой его покупали! Он наш, общий! Что хочу, то и смотрю. И пиво пью.
– Ладно, – Лена внезапно успокоилась. Она подошла к телевизору и выдернула шнур из розетки.
– Эй! Ты чего творишь?! – взвыл Костя. – Там же самый интересный момент!
– Если я еще раз увижу здесь мусор, то телевизор отправится на помойку, – холодно сказала Лена. – Моя доля в нем это позволяет. Андрей, ужин готов?
– Да, в холодильнике, – мрачно отозвался тот.
Лена достала тарелку, разогрела еду и села ужинать. Костя злобно смотрел на нее, но промолчал. Через пять минут в комнату заглянул Кирюша.
– Мам, а папа починил замок в туалете?
– Нет, сынок, – вздохнула Лена, бросив выразительный взгляд на Костю. – Папа очень устал. Он сегодня пиво пил и футбол смотрел. Это тяжелая работа.
Костя побагровел.
– Я не обязан тут ничего чинить! Я не сантехник!
– Но ты здесь живешь, – парировал Андрей. – И туалетом пользуешься. Значит, будь добр содержать его в порядке.
– Да пошли вы, – буркнул Костя и ушел в комнату, хлопнув дверью.
Лена посмотрела на Андрея.
– Ну что? Терпим?
– Терпим, – кивнул он. – Сколько надо будет.
Дни превратились в позиционную войну. Костя намеренно оставлял в раковине грязную посуду, Лена демонстративно выставляла ее ему на кресло. Он громко слушал музыку, Андрей в ответ включал на полную мощность перфоратор, «вешая картину». Костя пытался заговорить с Кирюшей, Лена тут же находила сыну срочное дело – погулять с собакой (которой у них не было), вынести мусор или пропылесосить.
Кульминация наступила через неделю. Костя, доведенный до белого каления этой тихой партизанской войной, ворвался на кухню, где Лена и Андрей пили чай.
– Все! Хватит! Я больше не могу!
– Что-то случилось, Константин? – невозмутимо поинтересовался Андрей.
– Случилось! Вы меня изводите! Вы специально это делаете!
– Мы просто живем, – пожала плечами Лена. – Как и ты. Или тебе что-то не нравится?
– Мне все не нравится! – заорал Костя. – Этот твой приживала, который смотрит на меня как на врага народа! Твои дурацкие правила про ванную! И то, что ты не даешь мне с сыном видеться! Я завтра же подаю в суд на раздел имущества и определение порядка проживания!
– Подавай, – спокойно ответила Лена. – Будем судиться. Год. Или два. Все это время будем жить вот так. Все вместе. Втроем.
Костя замер. До него, кажется, только сейчас дошла вся глубина той ямы, в которую он сам себя загнал.
– Ты… ты специально, да? – прохрипел он. – Хочешь, чтобы я сам сбежал?
– Нет, – Лена посмотрела ему прямо в глаза. – Я хочу, чтобы ты наконец понял. Ты здесь – чужой. Тебя здесь никто не ждет. У нас своя жизнь. У Кирилла своя жизнь. В ней нет места человеку, который может просто исчезнуть на год, а потом вернуться и требовать денег.
Она достала телефон и открыла какое-то приложение.
– А еще, Костя, я хочу, чтобы ты знал вот что. Ты когда пропал, я не только заявление написала. Я еще и в банке взяла выписку по твоей карте. Просто чтобы понять, где тебя искать.
Костя напрягся.
– И что?
– А то, что последний раз ты картой расплачивался на заправке под Рязанью. В тот же день, когда пропал. Я туда звонила, конечно. Кассирша тебя не помнила. Но… – Лена сделала паузу, – знаешь, что странно? В десяти километрах от этой заправки есть небольшой городок. И в этом городке в тот же день произошла неприятная история. Какой-то курьер, перевозивший очень большую сумму наличных, просто… исчез. Вместе с деньгами. Его до сих пор ищут.
Костя побледнел как полотно. Он смотрел на Лену с ужасом.
– Ты… откуда ты это знаешь?
– Интернет – великая вещь, – пожала плечами Лена. – Местные новостные сайты, паблики в соцсетях. Я просто сложила два и два. Исчез ты. Исчез курьер. В одном месте. В один день. А сегодня ты заявляешься и срочно требуешь денег. Видимо, те, рязанские, закончились? Или отобрали?
Костя молчал, тяжело дыша.
– Так вот, «сосед», – Лена отложила телефон. – Предлагаю тебе сделку. Ты сейчас собираешь свои баулы, съезжаешь из моей квартиры и больше никогда не появляешься ни в моей жизни, ни в жизни моего сына. Забудь про свою долю. Считай это платой за мое молчание.
– Это шантаж, – прошептал Костя.
– Это не шантаж, – отрезала она. – Это предложение. От которого ты не можешь отказаться. Потому что если ты откажешься и пойдешь в суд, я пойду в полицию. И расскажу им про свое маленькое открытие. Про заправку, про городок, про курьера. И про твое внезапное возвращение. Думаю, у следователей возникнет к тебе несколько вопросов. Они очень не любят такие совпадения.
Костя пошатнулся и оперся о стол. Его наглость и самоуверенность испарились без следа. Перед Леной стоял загнанный, испуганный человек.
– Хорошо, – выдавил он. – Я уйду.
– Прямо сейчас, – уточнила Лена.
– Прямо сейчас, – покорно кивнул он.
Он молча поплелся в комнату, покидал в баулы свои немногочисленные вещи, небрежно брошенные на кресло. Андрей стоял в коридоре, молча наблюдая. Лена ждала на кухне.
Через десять минут Костя, сгорбившись под тяжестью сумок, снова появился на пороге кухни.
– Лен, – сказал он тихо. – Можно я с Кирюшей попрощаюсь?
Лена долго смотрела на него. В ее взгляде не было ни жалости, ни злорадства. Только холодная усталость.
– Считай, что он опять в космосе, – ответила она. – Так всем будет проще.
Костя кивнул и, не поднимая глаз, потащился к выходу. Лена дождалась, пока за ним захлопнется дверь, повернула ключ в замке, потом еще один, и в конце – щелкнула цепочкой.
Андрей подошел и обнял ее.
– Ты – гений, – прошептал он ей в волосы. – Про курьера… это правда?
Лена устало покачала головой.
– Не знаю. Может, правда. Может, и нет. Я просто прочитала в новостях за тот день. На всякий случай. Но ему-то откуда знать, блефую я или нет?
Они еще долго стояли обнявшись посреди тихой кухни, из которой, казалось, наконец-то выветрился чужой, неприятный запах.
– Как думаешь, он вернется? – спросил Андрей.
Лена усмехнулась, но в глазах ее смеха не было.
– Если только в сопровождении участкового. А в остальном… для нас он по-прежнему пропал без вести.