Андрей вскочил и заорал. До того страшным было это явление, страшным и неожиданным. Чувствуя себя так, как будто время вдруг замедлилось, а под ногами образовалась тягучая трясина, в которой крепко увязли ноги, он, завершив крик на выдохе, порывисто вдохнул и замер.
Начало:
Сердце стучало неровно, в ушах отзываясь противным звуком, будто хлюпающим, влажным стуком. А эти жуткие, мутноватые и, показалось на миг, бессмысленные глаза, никак не отреагировали. Они продолжали смотреть на него с тем же самым выражением. А вернее, безо всякого выражения. То ли прямо на него, то ли сквозь него, абсолютно невозмутимо. Это напугало Андрея еще больше, попятившись, он уперся спиной в каминную полку и снова замер.
Несколько мгновений он рассматривал мертвенно-бледное, покрытое морщинами лицо, на котором плясали тени. Поджатые, бледные губы, с опущенными вниз уголками, приплюснутый нос и кустистые седые брови. Затем старуха молча развернулась и ушла в темноту, которая уже стала непроглядной за кругом света от камина. Шаркающие шаги, сопровождаемые глухими шлепками задников тапок, еще какое-то время доносились оттуда, удаляясь. Затем все стихло.
Андрей продолжал стоять на трясущихся ногах и прислушиваться. Ему казалось, что оттуда из темноты, за ним продолжают внимательно наблюдать эти страшные глаза и стоит ему только потерять бдительность, как…
Что как, он точно не понимал, но от этого было страшно ничуть не меньше. Никаких сомнений в том, что она не живая, у него не было. Никогда ему не забыть этот леденящий душу взгляд, смотрящий сквозь него.
А не могло ли ему просто показаться? Ведь он сильно перенервничал, оставшись в такой ситуации. И после вчерашнего не отошел… Страшно очень одному в пустом здании, на верхней станции, под штормом. Когда все эвакуировались в безопасность. Отопления нет, страшно замерзнуть. Все одно к одному.
Объяснение страшной и необъяснимой ситуации прорисовывалось все четче, по мере того, как он успокаивался и приходил в себя. Наконец, он нашел в себе силы, сдвинуться с места и снова сесть на пол, спиной к камину. Не переставая ни на секунду озираться по сторонам. Несмотря на тепло, исходящее от очага, его била крупная дрожь.
Смотря в одну сторону, Андрею мерещилось, что в круге света медленно и тихо появляется это лицо, с другой. И смотрит на него своими безжизненными глазами. Он резко поворачивался и видел только темноту. И снова казалось, что краем глаза он уловил едва заметное движение в другой стороне.
Через три часа он, вымотавшись, но, все же немало успокоившись и поверив, что стал жертвой галлюцинации, Андрей, наконец, стал ходить не только около камина, чтобы размять совершенно закостеневшие ноги, но отходить и в темноту. Было ужасно холодно, если не сидеть прямо у огня. Топлива почти не осталось, все стулья до которых можно было дотянуться из круга света уже были поломаны и сожжены. Теперь нужно было дойти до самой темной части зала кафе. И, кое-как собравшись с силами, Андрей, обмирая, пошел вперед. Темнота, как оказалось, виделась здесь такой густой только от огня, пройдя дальше, он вполне различал обстановку в пляшущих красных отсветах.
Увидев пару стульев, за столиком в самом углу, он подскочил к ним, схватил в обе руки и бросился обратно, неосторожно налетев на третий. Тот упал на пол со страшным, как показалось Андрею, грохотом. Похолодев, он быстрее метнулся к камину и, подбежав к нему вплотную, остановился и прислушался. В здании стояла полнейшая тишина.
Да чего я боюсь собственной галлюцинации? С раздражением и усталостью подумал он и стал нарочито громко ломать стулья. Справившись с этим, он снова уселся на полу у самого огня и стал подбрасывать обломки ножек в затухающий огонь.
Сначала ему показалось, что он слышит приближающееся шарканье. А через миг он вскочил, поняв, что ему не кажется и снова прижавшись к каминной полке спиной и сжимая в руке длинный обломок резной ножки, замер. Из темноты явственно приближались уже знакомые шарканье и приглушенные шлепки. Андрей похолодел, до боли в пальцах сжимая в кулаке свое оружие.
В круге света мелькнуло движение и из темноты прорисовалось страшное лицо. Те же бледные, поджатые губы, лохматые седые брови и эти страшные, безжизненные глаза.
Они смотрели прямо на Андрея, но не видели его. В этих глазах не было жизни.
Почувствовав, что сердце сейчас выпрыгнет из груди, Андрей, медленно поднял левую руку и схватил себя за шею. Готовый вырваться из горла вопль, остался там. Старуха медленно поворачивая голову, посмотрела сначала в одну сторону, потом в другую. Затем снова вперила невидящий взор в Андрея, глядя будто сквозь него куда-то в бесконечность.
Не может подойти к огню, мелькнуло в мыслях у Андрея.
Постояв еще немного, старуха снова развернулась и также молча, побрела обратно в темноту.
Андрей еще долго, около пятнадцати минут простоял, не шевелясь, у камина, продолжая сжимать в руке обломок ножки. Затем медленно осел на пол.
Она не галлюцинация. Она существует. И он заперт с ней в пустом здании. Кто же она такая?
Наверное она умерла здесь однажды. Он сто раз слышал о таком. Что есть старые здания, в которых живут не упокоенные души. Всегда считал это бредом, но вот, видит во второй раз собственными глазами.
- Господи, спаси и сохрани. – Едва слышно пробормотал Андрей.
Одно ясно, она не может подойти близко к огню. И только это его и спасает во второй раз. Он отошел за дровами достаточно далеко, и она пришла за ним. Больше он от огня не отойдет, ни за что!
Дрова сгорали быстро, пляшущие тени играли на полу и железных каркасах от столиков, сваленных рядом. Он отодрал доски от тех, до которых смог дотянутся. Выйти же дальше он больше не посмел.
Может быть, она погибла здесь, оставшись также, как и он, одна, когда налетел шторм? И теперь, когда возвращается эта буря, она возвращается вместе с ней? А может быть, это горный дух этих мест, та, что забирает заплутавших альпинистов? В голове у Андрея все смешалось, он потерял ясность мысли и остался только животный страх. Глядя на последние догорающие дрова, он чувствовал, как волна паники накрывает его с головой. И он знал, что ни за что больше не выйдет в эту темноту и не попадется в лапы этой неживой старухи. А когда огонь погаснет и она придет за ним…
Он давно заприметил на каминной полке моток веревки. Теперь же решительно встал, взял его и смело взобравшись на полку, перекинул конец через массивную люстру, в виде окованного тележного колеса, висевшую прямо над ним. Закоротив конец, он сделал на другом петлю. Лучше уж так, с ожесточением подумал он.
На пол с грохотом свалилась кочерга, лежавшая на полке, которую он задел ногой. Он замер прислушиваясь. И с содроганием вновь услышал то же самое шарканье. Еще далеко, но, никаких сомнений, приближавшееся к нему. В этот момент тусклый огонь задрожал и погас. Андрей до боли сжал веревку обеими руками и посмотрел в потолок. Из глаз хлынули слезы, ноги дрогнули, но готовы были сделать шаг вперед, в пустоту. В последний миг Андрей понял, что в каминной трубе стоит полнейшая тишина, видимо, шторм на улице прекратился. Это задержало его еще на миг и он успел услышать приглушенный рев мотора. Где-то совсем рядом. Остановившись, он напряженно прислушался. Шарканье ног было уже совсем близко, в нескольких метрах от него. А с улицы явственно донесся чей-то звонкий голос…
В этот момент массивная входная дверь щёлкнула замком и отворилась. Внутрь вошли чьи то тяжелые шаги и раздался крик.
- Фатима, ты где?
- Здесь, Азамат! – Ответил старушечий голос, в нескольких метрах…
Андрей не поверил ушам, похолодев внутри и перестав что-либо понимать.
- Как у тебя тут? Все хорошо?
- Нет! Иди скорее сюда! Всю ночь здесь шайтан куролесит! Иди сюда!
Тяжелые шаги быстрой дробью перескочили через порог кафе и с пугающей быстротой приблизились вплотную. Яркий свет фонарика ослепил Андрея и учиненный им кавардак у камина…
Сидя у теплого обогревателя, укутавшись в плед, Андрей пил чай. Выпить предложенной Азаматом водки, чтобы согреться, он наотрез отказался.
Слепая Фатима, двоюродная бабушка Азамата, закончила рассказывать о том, каких страхов натерпелась ночью. Когда в отеле, как ей казалось, творилась какая-то чертовщина. Она никогда не уезжает из отеля в штормовую тревогу, оставаясь дежурить. Ей, слепой и слабослышащий старухе легче пересидеть в своей каморке у обогревателя, который питается от генератора, стоящего в подвале, чем выходить, садится на канатку, а потом еще и подниматься обратно. Семейную гостиницу ее брат строил на совесть, никакой шторм ей не страшен.
- Ты зачем все стулья пожег? – Очень участливо и как-то сочувственно спросил его Азамат. - Холодно было, да?
- Да, замерзал, честно говоря. Я все оплачу.
- Не переживай дорогой, в подвале есть запас. Главное, что не замерз. Походил бы по зданию, сразу нашел бы, что дверь напротив из коридора ведет в технические помещения, там тепло. Обогревателей есть несколько. Так это тебя там ищут? Всех спасателей на уши поставили двое каких-то приезжих. Я первый поднялся, у меня снегоход есть. Полпятого, готовится пора, как включат канатку, сюда тысяч десять поднимется. Кафе тоже забьют, кормить надо будет. Ты сиди, грейся, такой новый год ты надолго запомнишь…
Нальчик. 1 января 2026г.
Спасибо за прочтение очередной новогодней истории, мой дорогой Читатель!
С Наступившим Новым Годом! Всего самого наилучшего! Пусть все тревоги останутся в прошлом!
Напоминаю, что я, на правах зарегистрированного в РКН российского блогера, завел канал в национальном мессенджере МАКС. Там будут не только анонсы новых историй, но и мои отчеты с гор. Уже завтра стартует новогоднее приключение, где мы с группой, которую я завтра буду встречать в аэропорту Минеральных Вод поднимемся на гору Эльбрус. Побываем в заповедном Чегеме. В средоточии самых высоких вершин России - Безенги. У бездонного Голубого озера и в замке на воде. Постараюсь снимать истории в макс поподробнее. Подписывайтесь: https://max.ru/zapiski_gg