— Твоя мама? — переспросила Лена.
— Ну да, — кивнул Игорь, не отрываясь от телефона. — Её уволили с работы по старости, она переживает, продала квартиру и решила переехать к нам. Удобно же: и она не одна, и нам с детьми поможет.
Ложка со звоном упала на стол.
— Игорь, ты это серьёзно? Без обсуждения? Просто взял и решил?
— Лен, это же моя мама, — он наконец оторвался от экрана. — Что тут обсуждать? Она всю жизнь мне посвятила, теперь моя очередь о ней позаботиться.
Лена задумалась. В голове проносились тысячи аргументов, но произнести их вслух означало прослыть плохой невесткой. А она не была плохой невесткой. Она просто держалась на расстоянии от своей свекрови Валентины Петровны.
Через неделю в их трёхкомнатную квартиру въехал не только свекровь, но и три чемодана, два огромных баула, коробки с посудой и клетка с попугаем по имени Кеша.
— Кеша? — изумлённо спросила Лена.
— А что такого? — Валентина Петровна расставляла на кухне свои кастрюли. — Я его двадцать лет растила, не брошу же теперь.
— Д..рак! Д..рак! — радостно прокричал Кеша, и Лена почему-то не удивилась.
Первые дни прошли относительно спокойно. Валентина Петровна осваивалась, перемывала всю посуду (хотя та была чистой), переставляла всё и давала советы по воспитанию внуков.
— Петя, ты неправильно держишь ложку, — говорила она восьмилетнему внуку. — Вот так надо.
— Машенька, такие юбки носят только плохие девочки, — комментировала она наряд двенадцатилетней внучки.
— Леночка, ты опять готовишь этот суп? Мой Игорёк его не любит.
"Мой Игорёк" ел этот суп последние пятнадцать лет и никогда не жаловался.
Настоящий переворот начался в выходные. Лена проснулась от грохота на кухне.
— Валентина Петровна, что случилось?
— Ой, не обращай внимания, — свекровь весело махнула рукой. — Просто готовлю пирожки. Игорёк любит с утра горяченькие.
Было шесть утра. Субботы. Игорёк храпел в спальне, и разбудить его до десяти было задачей для смельчаков.
— Может, попозже? — осторожно предложила Лена.
— Нет-нет, сейчас самое время. Тесто должно подойти, понимаешь?
К десяти, когда наконец проснулся Игорь, пирожков было три противня.
— Мам, ну зачем столько? — удивился он.
— Как зачем? Ты же любишь! — Валентина Петровна сияла. — Ешь, сынок, не стесняйся.
Игорь мужественно съел два пирожка, дети — ещё три, Лена один, а остальные были торжественно упакованы в пакеты и отправлены соседям, дальним родственникам и случайным прохожим.
Через две недели Лена поняла: так жить нельзя. Валентина Петровна реорганизовала весь быт. Её халат висел на крючке в ванной, её тапочки стояли у порога, её передачи гремели с утра до вечера по телевизору в гостиной.
— Игорь, нам надо поговорить, — решилась она однажды вечером.
— О чём? — он листал какой-то отчёт.
— О твоей маме. Понимаешь, она...
— Она что? — в его голосе появились стальные нотки. — Плохо себя ведёт? Грубит? Не помогает?
— Нет, просто...
— Тогда я не понимаю проблемы.
Проблема появилась через месяц, когда Валентина Петровна решила взять ситуацию с ремонтом в свои руки.
— Балкон просто ужасен, — объявила она за завтраком. — Я уже договорилась с мастерами, завтра начинают.
— С какими мастерами? — Лена поперхнулась кофе.
— С хорошими, Серёжа посоветовал. Помнишь Серёжу, соседа с третьего этажа? Его сват занимается ремонтами.
— Валентина Петровна, но мы не планировали...
— Вот именно, что не планировали! А надо было. Игорёк, скажи жене, что балкон действительно требует внимания.
Игорь согласно кивнул.
Мастера приехали на следующий день. Их было трое, вся родня Серёжиного свата, и все они курили на лестничной клетке, громко обсуждали футбол и требовали чай каждые полчаса.
— Работа сложная, — объяснял бригадир, — балкон старый, стенки слабые, вот мы и думаем...
Они думали две недели. За это время балкон превратился в строительную площадку, а квартира — в филиал вокзала. Мастера приходили в семь утра, а уходили в лучшем случае к восьми вечера.
— Мам, может, хватит уже? — осторожно спросил Игорь, спотыкаясь о очередное ведро с раствором в коридоре.
— Сынок, красота требует времени, — Валентина Петровна была невозмутима. — Потом спасибо скажешь.
Кульминация наступила в субботу, когда вся родня решила нанести визит. Приехали сестра Валентины Петровны Зинаида Петровна с мужем, её сын с женой и двумя детьми, сестра Игоря с дочерью и некий дальний родственник дядя Коля, который, как выяснилось, вообще жил в другом городе, но "проезжал мимо".
— Мы ненадолго, — заверила Зинаида Петровна, устраиваясь на диване. — Просто решили заглянуть, проведать.
"Ненадолго" растянулось на весь день. К обеду Лена судорожно резала салаты, пытаясь накормить толпу нежданных гостей. Валентина Петровна командовала на кухне, дети носились по квартире, мужчины обсуждали кредиты и ипотеки в гостиной.
— Знаешь, Ленка, — доверительно начала золовка Ирина, — хорошо, что мама к вам переехала. А то бы пришлось нам брать её к себе, а у нас квартира маленькая, понимаешь?
Лена понимала. Она понимала, что вся родня радостно устранилась от проблемы, взвалив её на их плечи.
— А дачу-то мамину вы продали? — спросил сын Зинаиды Петровны Женя.
— Какую дачу? — насторожилась Лена.
— Ой, не важно, — быстро сменила тему Валентина Петровна. — Кто ещё чаю хочет?
Вечером, когда родня наконец уехала, Лена села напротив мужа.
— У твоей мамы есть дача?
Игорь замялся.
— Ну... есть. Тётка в прошлом году наследство оставила. Домик в деревне. Мама сказала — будет дача.
— Почему же она тогда живёт здесь, а не там?
— Там далеко, одиноко...
— Игорь, — Лена устало потёрла лицо руками, — твоя мама продала квартиру, непонятно зачем, у неё есть дача, есть приличная пенсия, судя по всему. Она не беспомощная старушка.
— Ты что, предлагаешь выгнать мою мать?
— Я предлагаю поговорить с ней честно.
Разговор состоялся на следующий день. Точнее, попытка разговора.
— Валентина Петровна, — начала Лена, — может быть, вам было бы комфортнее на даче? Свежий воздух, тишина, огород...
— На даче? — свекровь округлила глаза. — Одной? Да я там с ума сойду от скуки!
— Но...
— Нет-нет, мне здесь хорошо. С внуками, с сыном. И вообще, ещё на даче холодно.
— А летом?
— Летом посмотрим.
Только вот лето показало, что смотреть там было не на что. Дача оказалась хорошей, отапливаемой, с баней и верандой. Просто Валентине Петровне там было неинтересно.
— Понимаешь, — объясняла она очередной подруге по телефону, — здесь всё кипит, жизнь бурлит, а там — тоска зелёная.
Лена слушала и понимала: что-то нужно менять.
Идея пришла неожиданно. Лена познакомила свекровь с мамой своей подруги Антониной Васильевной, которая тоже любила "кипящую жизнь", обожала сериалы, имела попугая (правда, звали его Гоша) и мечтала найти компанию для совместных поездок хоть куда-нибудь.
— Вы представляете, какая там вишня! — восторгалась Антонина Васильевна. — А черешня! А клубника! Но одной неохота возиться, скучно.
Глаза Валентины Петровны загорелись.
— А у меня на даче яблони! Такие яблоки — пальчики оближешь!
— Может, съездим вместе посмотрим? — предложила Антонина Васильевна.
Они съездили. Потом поехали ещё раз. Потом начали ездить каждые выходные. Антонина Васильевна оказалась той самой недостающей деталью — подругой, компаньоном, единомышленником.
— Знаешь, Игорёк, — задумчиво сказала как-то Валентина Петровна, — я тут подумала... Может, мне на даче поселиться? Антонина Васильевна предлагает соседний участок купить, там как раз продают. Свой продает, а там купит. Будем вместе хозяйничать.
Игорь посмотрел на жену. Лена сделала невинное лицо.
— Мам, а как же мы? — вдруг испугался он. — Ты же хотела с внуками быть...
— Так я буду приезжать! По выходным, в гости. Это же совсем рядом, всего сорок минут на электричке.
— Но...
— Игорёк, ты же не против, чтобы твоя мама была счастлива?
Валентина Петровна переехала на дачу. Забрала свои чемоданы, баулы, кастрюли и Кешу. Антонина Васильевна действительно купила соседний участок, и теперь они с утра до вечера что-то сажали, пересаживали, варили варенье и принимали у себя таких же активных пенсионерок.
— Приезжайте в субботу, — приглашала Валентина Петровна по телефону, — у нас тут чаепитие намечается, интересно будет.
Игорь приезжал каждую субботу, привозил внуков, помогал по хозяйству.
— Знаешь, — признался он однажды жене, — а маме действительно там лучше. Она даже помолодела как-то.
— Неужели, — Лена сдержала улыбку.
— И вообще, хорошо, что ты её с Антониной Васильевной познакомила. Мудрая ты у меня.
— Я знаю, — кивнула Лена.
А в квартире снова стало тихо и просторно. Кеша больше не кричал по утрам, мастера закончили балкон и исчезли, родня приезжала строго по приглашению. И только иногда по вечерам Лена слышала, как муж говорит кому-то по телефону:
— Да, мам, мы обязательно приедем. В эту субботу. С ночёвкой, конечно. Только Лена говорит, что в электричке с детьми тяжело, поедем на машине.
— Это куда мы собрались с ночёвкой? — спросила Лена.
— Ну, мама приглашает. Говорит, давно внуков не видела.
Прошло несколько месяцев.
— А ты не скучаешь без мамы? — лукаво спросила Лена.
Игорь задумался.
— Знаешь... нет. Но никому не говори, а то она обидится.