– Лена, ты в этих делах ничего не понимаешь. То, что я предлагаю, – самое выгодное. Если в течение двух недель не заплатить, то они явятся сюда и все равно отберут дом, а мы останемся на улице. А если мы сами продадим дом, то сможем и долги отдать, и купить себе хотя бы однокомнатную квартиру или студию. Да, это ничто по сравнению с нашим коттеджем, но у нас будет хоть какая-то крыша над головой, – убеждал жену Анатолий.
– Во-первых, я не понимаю, о каких долгах ты говоришь. Я ни у кого ничего не брала. Во-вторых, если ты брал в долг, то почему я должна расплачиваться своим имуществом? – спросила Елена. – И потом, ты не забыл, что у нас есть сын? Ему еще три года учиться. Вот приедет Кирилл на каникулы – где он будет жить? С нами в студии?
–Долги у супругов общие, – ответил муж. – Их даже при разводе пополам делят. А Кирилл сможет и в студии недельку переночевать. Днем он все равно дома не бывает, с друзьями встречается.
– Отлично. Давай тогда разведемся, и я хотя бы во время суда узнаю, сколько ты должен и кому, – усмехнулась жена.
– Я тебе уже говорил, что брал на семейный бизнес. У очень серьезных людей. И уверяю тебя: когда они придут за своими деньгами, тебе будет не до смеха. Они не станут разбираться, что является добрачным имуществом, а что приобретено в браке. Они придут, и ты подпишешь все: даже больше, чем я тебе сейчас предлагаю.
– Ты мне угрожаешь? – спросила Елена.
– Нет, я знакомлю тебя с реальностью, – ответил муж. – Ну, что?
– Мне надо подумать.
Она сказала это не потому, что действительно решила обдумать предложение мужа, а просто для того, чтобы прекратить бессмысленный разговор. Елена не собиралась продавать двухэтажный коттедж, построенный в черте города и доставшийся ей в наследство.
Анатолий облегченно вздохнул: первый бой был почти выигран – жена перестала упираться и сделала шаг назад. Вдохновленной своей «победой», он решил съездить в город и кое с кем встретиться.
– Я уеду по делам часа на три-четыре, – крикнул он Елене, которая в это время поднималась на второй этаж. – Поужинаю в городе, на меня не готовь.
Никаких дел у него не было, зато были планы провести время в компании приятелей в ресторане.
Для Елены это не было секретом – она хорошо знала своего мужа и его так называемые «дела». Перед всеми он играл роль бизнесмена, хотя на самом деле был обычным менеджером – наемным работником.
Вернулся Анатолий около одиннадцати. Елена еще не спала. – сидела в кабинете, читала книгу.
– Ну, что? Ты подумала? Надеюсь, приняла правильное решение? – спросил муж.
– Да, правильное. Я про твои долги ничего не знаю и знать не желаю. Разбирайся сам.
– Наверняка советовалась со своей Марьяной, – сказал Анатолий. – Ты ведь без ее одобрения шагу не сделаешь.
– Марьяна тут ни при чем, у меня и своя голова есть, – ответила Елена.
– Ну, смотри, я тебя предупредил. Потом не обижайся, если сюда придут крепкие мальчики требовать долг, – сказал муж.
– Сейчас не девяностые, ты отстал от жизни. А у нас в доме есть сигнализация – стоит нажать кнопку, и приедут другие мальчики.
Несколько дней Анатолий разговора о продаже дома не поднимал. А через три дня сказал:
– Слушай, Витька звонил, приглашал на Новый год. Поедем? Тридцатого вечером после работы выедем, часам к десяти-одиннадцати приедем, сразу – спать. А утром, пока вы с Лидой будете готовить, мы с братом сходим в гараж – он мне обещал новую машину показать. Поедем! Что в праздники сидеть в четырех стенах!
– Хорошо, – согласилась Елена.
Вечером тридцатого, положив в багажник подарки, купленные для родни, выехали. Проблемы начались сразу: во-первых, на заправке на выезде из города выстроилась очередь.
Когда наконец выбрались на трассу, Анатолий прислушался к тому, как работает двигатель, и остановился. Минут двадцать что-то делал, подняв капот.
Елена предложила:
– Может, вернемся? А вдруг посреди леса на трассе встанем?
– Нет. Все уже нормально, там просто контакт отошел. Не переживай.
Планировали доехать часа за три-три с половиной. Но прошло уже полтора, а они проехали только треть пути.
Анатолий остановился на обочине, достал телефон, понажимал какие-то кнопки, вывел на экран карту.
– Через пять километров пробка – авария. Обещают через полчаса организовать реверсное движение. Так мы точно не раньше трех часов ночи приедем. Хотя вот тут есть объезд по проселку. Через полтора километра, – сказал он жене.
Действительно, вскоре доехали до места, где был съезд с трассы на проселочную дорогу. Анатолий повернул руль вправо, снизил скорость. Машину заметно потряхивало, дорога шла через лес, была узкой, но встречных машин не было.
Минут через пятнадцать Анатолий снова остановился:
– Лен, выйди, глянь, что там с правым задним колесом. Кажется, пробито.
Елена открыла дверь, вышла из машины, наклонилась к заднему колесу, пытаясь в темноте рассмотреть, что случилось.
В это время Анатолий захлопнул пассажирскую дверь и нажал на газ. Автомобиль рванул с места и стал быстро удаляться.
Елена осталась на обочине лесной дороги, в полной темноте. На ней была легкая куртка, которую она всегда надевала, когда они ехали на машине, сапоги на шпильке, юбка. Шапку она оставила в машине, на заднем сидении. Там же осталась ее сумка с паспортом, кошельком и телефоном.
Елена оглянулась: темнота, пустынная дорога, вдоль которой возвышаются ели, покрытые снегом. Из звуков – только редкое потрескивание сучьев и ее дыхание.
Долго стоять нельзя. Ветра в лесу нет, но мороз около двадцати градусов. Куда идти? Вперед или назад? Если возвращаться к шоссе, то это километров пятнадцать, а то и все двадцать. На трассу она выйдет только к утру. Если выйдет. Если идти вперед, туда, куда уехал муж, то можно выйти к какому-нибудь жилью – ведь эта дорога куда-то ведет.
Елена сняла с шеи шелковый платок, повязала его на голову и пошла вперед. Сначала она двигалась по обочине, но это было неудобно: то она спотыкалась о замерзшие колдобины, то каблуки сапог проваливались глубоко в снег. В конце концов Елена пошла прямо по середине дороги, решив, что, если появится какая-нибудь машина, то ее заметят и остановятся.
Было холодно и скользко. Дорога повернула направо. Подул ветер. Елена подняла воротник куртки, потом спрятала замерзшие руки в рукава, устроив что-то наподобие муфты, и, слегка нагнувшись, пошла навстречу ветру.
Сколько времени она шла? Елена не могла определить. Может, час, а может, и три. Она устала. Несколько раз, поскользнувшись, Елена не могла удержаться на ногах и падала.
Хотелось остаться лежать на заснеженной дороге – хоть немного отдохнуть, но она поднималась и шла дальше.
Если бы кто-нибудь наблюдал за ней со стороны, он бы увидел, что, упав в четвертый или пятый раз, женщина не встала, а осталась лежать.
Вокруг не было никого, только ветер гнал поземку. Ярко-красная куртка Елены в темноте казалась черной, а скоро ее совсем занесет снегом.
Анатолий, оставив жену на обочине, проехал еще несколько километров, остановился и достал из сумки Елены ее телефон. Разблокировать его было делом одной минуты – день рождения сына. Он немного подумал, затем отправил сообщение себе: «Я уезжаю. Не ищи. Чуть позже подам на развод. Дом можешь забирать себе – он мне не нужен. Да, с сыном я поговорю сама».
Потом вышел из машины, размахнулся и бросил телефон жены в глубину заснеженного леса.
После этого снова сел в автомобиль и поехал. Сначала он повернул направо, затем, километров через пять, миновал деревню, в которой светилось всего пять или шесть окон, потом – налево и через несколько километров выехал на шоссе.
К брату Анатолий не поехал. И не собирался. У него был совсем другой план. Он направился домой и лег спать.
Удивительно, но спал Анатолий спокойно и проснулся, как обычно, в половине восьмого. На работу ему сегодня было не надо.
Первым делом взял телефон. Ни одного звонка, ни одного СМС.
«Отлично! – подумал он. – Значит, Елена до связи не добралась». Если бы она выбралась из леса, он сказал бы, что они поссорились в машине и она сама выскочила посреди леса. К тому же отправленное с ее телефона сообщение подтверждало эту версию и объясняло, почему он не бросился сразу искать жену.
Анатолий не собирался спешить. Пусть пройдет какое-то время, пусть все убедятся, что Елена действительно уехала. В этот момент он пожалел, что выбросил телефон жены, – можно было бы чуть позже отправить с него еще несколько сообщений.
А потом, когда все стихнет, он продаст дом. У него уже готова генеральная доверенность от Елены, осталось только поставить ее подпись. А это Анатолий легко сделает сам – он хорошо знает, как расписывается жена.
Елена очнулась от того, что кто-то дергал ее за куртку и пытался перевернуть. Она с трудом открыла глаза – над ней склонилось какое-то мохнатое существо. «Медведь», – подумала Елена и снова провалилась в темноту.
Когда она снова пришла в себя, первое, что она ощутила, было тепло. Оно окутывало ее со всех сторон и, казалось, даже протекало по всем жилам.
В помещении, где она находилась, под потолком тусклым желтым светом горела одна лампочка. Абажура на ней не было, и она светила прямо в глаза Елене. Она подняла голову и поняла, что лежит на печи, а внизу, за столом, сидят три человека – двое мужчин и пожилая женщина. На столе стоял самовар, рядом с ним – несколько тарелок.
– О, смотри, Иван Федорович, очнулась твоя находка, – сказал один из мужчин. – Ну, давай, слезай с печи и рассказывай, как ты в лесу очутилась.
Елена посмотрела вниз и не нашла, куда поставить ногу. Тогда второй мужчина – с аккуратной рыжеватой бородой, которого назвали Иваном Федоровичем, – подошел и помог ей.
Ее усадила за стол, налили большую кружку горячего чая, женщина подвинула поближе тарелку с блинами и плошку с малиновым вареньем.
Елена обхватила ладонями кружку – было горячо. Она сделала несколько глотков.
– Ты давай, блины-то ешь, макай вот в варенье, потом расскажешь, мужики потерпят, – сказала женщина.
Только сейчас Елена поняла, как она голодна. Съев пару блинов и запив их горячим чаем, она сказала:
– Меня муж посреди дороги в лесу из машины выбросил.
– Муж? – удивилась женщина. – Чем же ты ему таким досадила?
– Дом не разрешила продать. У меня есть дом. А мой муж – Анатолий – наделал долгов и решил, что продаст мой дом, чтобы с кредиторами расплатиться. А я не разрешила. Вот он меня посреди леса и оставил.
– Он что – хотел, чтобы ты замерзла? – спросил бородач.
– А я бы и замерзла. Я уже часа два или три шла, несколько раз падала. Вставала. А потом не смогла встать. Это же вы меня нашли?
– Да, это Иван тебя привез. Он из города возвращался, чуть на тебя не наехал, – объяснил второй мужчина. – Тебя уж снегом припорошило. Он тебя в свою машину погрузил и привез.
– А я почувствовала, что меня кто-то поворачивает, но подумала, что это медведь, – сказала Елена.
– Так у него борода и шапка мохнатая, – вот ты его за медведя и приняла, – усмехнулся Николай – так звали второго мужчину.
– Вам, наверное, надо поскорее в город вернуться, – сказал Иван. – Пока ваш муж дом не продал.
– Он сразу не станет продавать, побоится – а вдруг я вернусь. Вот когда будет точно уверен, что я из леса не выбралась, тогда начнет действовать, – ответила Елена.
– У меня приятель в городе в полиции служит, я ему позвоню, обрисую ситуацию. Вы не против? – спросил Иван.
– Конечно. Я сама хотела в полицию обращаться.
Иван позвонил своему знакомому первого января – решил дать тому встретить Новый год с семьей. К обеду Евгений – так звали капитана полиции – уже был в деревне.
К этому времени выяснилось, что те часы, которые Елена провела на морозе, не прошли даром – у нее поднялась температура.
Евгений увез ее в город – сразу в областную больницу.
А за Анатолием установили наблюдение.
Убедившись, что жена в течение двух следующих дней не объявилась, он начал действовать. Сначала решил избавиться от некоторых вещей Елены: содержимое ее сумки, тщательно выбрав оттуда все, что помогло бы установить личность, он выбросил в мусорный контейнер в другом конце города, там же, только в другом дворе, выкинул и сумку. Паспорт сжег в бане у себя на участке.
А через неделю привел риэлтора и покупателя смотреть дом. Договорились о цене, стали изучать документы. Анатолий предъявил генеральную доверенность, подписанную якобы его женой.
И в это время в доме появилась полиция.
Анатолий объяснил, что его жена ушла от него, что она отдала ему этот дом. Показал доверенность и сообщение – то самое, которое он сам написал себе с телефона Елены.
– Ваша жена в данный момент находится в областной больнице, сообщил Анатолию полицейский. А против вас выдвигается обвинение по двум статьям: сто двадцать пятой – оставление в опасности и триста двадцать седьмой – мошенничество.
P. S.
Елена пролежала в больнице почти три недели – у нее было воспаление легких.
Выйдя из больницы, она сразу же подала на развод.
Анатолия судили, признали виновным по обеим статьям. Он получил два года колонии общего режима.
Кстати, оказалось, что никаких долгов у него не было. Зато была симпатичная голубоглазая Алина, к длинным ногам которой Анатолий хотел положить все, что выручит от продажи дома жены.
Автор – Татьяна В.