В современном образовательном дискурсе слово «компетенции» используется часто и охотно. Им оперируют стандарты, концепции, программы, отчёты. Складывается ощущение, что школа наконец-то ушла от предметоцентризма и занялась формированием универсальных оснований деятельности.
На деле же происходит подмена понятий.
Компетенции и компетентность — не одно и то же.
И путаница между ними — одна из ключевых методологических ошибок современной школы.
Компетенции — это универсальные группы способностей, которые необходимы человеку в любой предметной области. Они не принадлежат математике, истории или физике. Они лежат над предметами и обеспечивают возможность действовать в любой деятельности.
К таким компетенциям относятся, например:
— умение ставить цель и удерживать её;
— способность анализировать ситуацию;
— умение работать с информацией;
— коммуникативные компетенции;
— способность к рефлексии;
— умение планировать действия и оценивать результат;
— способность работать в неопределённости.
Именно поэтому компетенции называют универсальными: они одинаково необходимы и инженеру, и врачу, и учителю, и предпринимателю, и родителю. Без них любые предметные знания остаются мёртвым грузом.
Компетентность — это другое.
Это не набор компетенций на бумаге, а зрелая способность действовать, опираясь на них в реальной ситуации. Компетентность всегда проявляется в действии, в выборе, в ответственности, в результате. Она не декларируется — она обнаруживается.
И вот здесь возникает ключевой разрыв.
Школа декларирует формирование компетенций, но не создаёт условий для их реального освоения. Формально в учебный процесс вводятся проекты, исследования, групповые формы работы. Но по факту они часто сводятся к хорошо знакомым практикам прошлого.
Современный «проект» в массовой школе нередко представляет собой:
— скачивание информации из интернета;
— компиляцию чужих текстов;
— красивую презентацию без собственного смысла;
— формальный отчёт ради галочки.
По сути, такие проекты ничем не отличаются от советских докладов и рефератов, только вместо библиотеки — поисковик, а вместо ватмана — PowerPoint. Ни анализа, ни выбора, ни ответственности, ни осмысленного результата в этом нет.
Компетенции при этом не формируются. Формируется навык имитации деятельности.
Почему так происходит? Потому что школа по-прежнему не задаёт себе главный вопрос — ЗАЧЕМ.
Зачем эта работа?
Зачем этот проект?
Зачем это исследование?
Зачем ребёнок вообще это делает?
В большинстве случаев ни ребёнок, ни учитель не могут на этот вопрос ответить. Работа начинается потому, что «так написано в программе». А программа продолжается потому, что её нужно «пройти».
Следующий провал — отсутствие проектирования результата.
Приступая к работе, ребёнок чаще всего:
— не понимает, каким должен быть результат;
— не знает, по каким признакам он может оценить, что справился;
— не представляет, как выстраивается процесс;
— не владеет способами деятельности.
В лучшем случае он догадывается, что от него хотят. В худшем — просто копирует то, что нашёл. И это не его вина. Его не учили иначе.
Именно здесь становится очевидно, что речь должна идти не просто о «проектах», а о формировании проектного, точнее — системно-проектного мышления.
Проектное мышление — это не оформление презентации и не выполнение задания под названием «проект». Это способность видеть деятельность как целостную систему: от постановки цели до получения результата. Это умение осмысленно ответить на вопросы: зачем это делается, каким должен быть результат, какими способами он может быть достигнут, какие ресурсы для этого нужны и какие риски существуют.
Системно-проектное мышление по своей природе невозможно вне команды. Реальная деятельность всегда коллективна. Именно в команде становится необходимым договариваться о цели, проектировать образ результата, обсуждать способы его достижения и определять вклад каждого участника.
Школа почти никогда не выстраивает проекты как подлинно командную деятельность. Даже если дети формально объединены в группы, они не участвуют в проектировании цели, не обсуждают образ результата и не понимают, за что именно каждый отвечает. В результате совместная работа сводится к механическому «склеиванию» частей, а не к реальному проектированию.
Проектное мышление не возникает само. Оно формируется только в длительной, осмысленной, совместной деятельности, где взрослый сопровождает процесс проектирования, а не подменяет его инструкциями. Именно поэтому формирование проектного мышления невозможно без того, чтобы педагогическая команда сама владела этим способом мышления.
Компетентность же, как зрелая способность действовать, в такой системе не может появиться в принципе.
Потому что невозможно стать компетентным, если за тебя:
— ставят цели;
— определяют маршрут;
— а ответственность заключается в оценке.
При этом важно зафиксировать принципиальный момент: выпускник не выходит из школы ни с компетентностью, ни даже с реально сформированными компетенциями. Не потому, что он «плохой», а потому что существующая система даже если бы готовила такого выпускника, то система итоговой аттестации в принципе не способна выявить их сформированность.
Современные формы итоговой аттестации проверяют совсем другое. Они проверяют способность запомнить и воспроизвести большой объём информации и умение решать задачи по заранее заданным алгоритмам. Это может свидетельствовать о тренированности памяти, внимательности, устойчивости к стрессу, но не о наличии компетенций. И готовит школа именно к ЕГЭ, а не к реальной жизни.
Ни умение ставить цель,
ни способность анализировать ситуацию,
ни навык проектирования действий,
ни умение договариваться,
ни способность брать ответственность,
ни умение действовать в условиях неопределённости — не поддаются проверке тестовыми формами.
Для проверки компетенций и тем более компетентности необходимы иные форматы: решение реальной практической задачи в реальном времени, во взаимодействии с живыми людьми, желательно незнакомыми. Только в таких условиях становится видно, кто способен понять задачу, кто умеет договориться, кто берёт ответственность, а кто теряется без инструкции.
О системе итоговой аттестации и ЕГЭ мы будем говорить отдельно. Здесь важно зафиксировать принцип: если мы не можем проверить компетенции существующими средствами, мы не можем утверждать, что школа их формирует.
Во взрослой жизни последствия этого проявляются быстро. Человек теряется в ситуации неопределённости, ждёт инструкций, боится ошибок, избегает ответственности. Он может быть информированным, но не становится действующим.
Школа в этом смысле честна. Она не обманывает — она просто делает то, что умеет: гонит программы, закрывает темы, сдаёт отчёты. Но образование — это не движение по программе. Это движение человека.
И пока школа не начнёт задавать вопрос «зачем» — и не учить детей задавать его самим — разговоры о компетенциях будут оставаться риторикой. Потому что компетенции без осмысленного действия не превращаются в компетентность. А без компетентности невозможно ни взросление, ни субъектность, ни реальная жизнь.
#компетенции #компетентность #проектноемышление #системнопроектноемышление #образовательныетехнологии #критикаобразования #школьныепроекты #имитациядеятельности #образованиебудущего