У коллеги-юриста Евгения Фурина ( https://t.me/furinlaw ) наткнулась на сильную серию постов по делу Долиной. Это не пересказ новостей, а детальнейший юридический разбор в 3 частях — с акцентом на логику суда, слабые места позиции сторон и реальные правовые последствия. Делюсь 2 частью:
Параллельно начинается рассмотрение исков и идет расследование уголовного дела. Преступников, кстати, задержали довольно быстро — вот только денег у них уже не нашли ни наличными, ни на счетах. Задержали и всех курьеров и дропперов — граждан, чьи счета использовались как прокладки в многоступенчатой схеме вывода средств.
В ходе уголовного дела было проведено две судебные экспертизы: психолого-психиатрическая и деструктологическая (политологическая). Первая призвана была оценить способность Долиной воспринимать противоправные действия и давать показания как потерпевшей, а вторая — оценить, как на нее повлияли и какую роль сыграли методы психологического воздействия мошенников.
Эксперты заключили, что с учетом личностных особенностей у Долиной сформировалось расстройство приспособительных реакций, что лишило ее способности к осмыслению направленности и содержания действий мошенников, прогнозированию возможных последствий, ввиду чего Долина не могла понимать характер и значение совершаемых действий.
Впрочем, ни одна из экспертиз не отвечала на главный для спора вопрос: была ли в состоянии Долина понимать значение своих действий и руководить ими именно в момент заключения сделки.
Суд первой инстанции, рассматривавший иски, разъяснял Долиной необходимость и возможность назначения еще одной соответствующей экспертизы. И сначала в суд поступило ходатайство о ее проведении, но позже представитель Долиной сообщил, что певица изменила позицию и отказывается проходить экспертизу.
Свидетельствовавший по делу помощник Долиной рассказал, что поведение певицы в период с апреля по август и правда сильно изменилось: она была напряжена, вела себя нервно, давала нетипичные поручения, в том числе просила передавать деньги неизвестным лицам. Со временем помощнику стало известно о том, что происходит, — но Долина называла происходящее «фиктивным» и требовала сохранять конфиденциальность, в том числе не сообщать семье.
Лурье в суде настаивала, что является добросовестным приобретателем, поскольку:
— все документы перед продажей были проверены вдоль и поперек;
— сделка была удостоверена нотариусом;
— цена чуть ниже рынка не смутила, ведь певица объяснила это желанием продать квартиру поскорее перед летним периодом гастролей, когда будет не до этого;
— до сделки и в ходе нее Лурье много общалась лично с Долиной — везде певица демонстрировала реальное намерение продать квартиру и отлично понимала происходящее;
— со своей стороны Лурье все выполнила и никакой недобросовестности не проявила, передала деньги в полном объеме.
Суд первой инстанции, впрочем, все это совершенно не убедило — или «не убедило». Судья Татьяна Перепелкова отказала Лурье в иске, удовлетворив требования Долиной — сделку признали недействительной со ссылкой на ч. 1 ст. 178 ГК РФ.
По мнению суда, на момент сделки воля продавца была искажена внешним воздействием мошенников, что привело к заблуждению относительно природы совершаемой сделки. Такое заблуждение является существенным и влечет признание сделки недействительной.
Но тут началось самое интересное, что и вызвало весь дальнейший резонанс. Обычно, если сделка признается недействительной, то каждая сторона должна вернуть другой то, что получила в ходе сделки: покупатель возвращает квартиру, продавец возвращает деньги.
Но суд решил, что вернуть надо только квартиру. Аргументировала судья это тем, что фактически деньги Долиной получены не были — а получили их мошенники. Так что требовать возврата Лурье может именно с мошенников в рамках уголовного дела.
Лурье пыталась оспорить решение в апелляции и кассации, но нигде ее не поддержали.
Источник: https://t.me/furinlaw/4366