Наш рождественский цикл в этом году посвящен детским годам Иисуса Христа.
Вот уже полтора месяца мы идем за Маленьким Христом и Его земной семьей. Бредем мы наугад, на свет Вифлеемской звезды, пробивающийся сквозь облака тысячелетий — ибо нам почти ничего не известно о Его детстве.
Образцом материнства в Церкви принято считать Деву Марию, причем на основании евангельских свидетельств.
Во-первых, Она вообще согласилась взять на Себя этот огромный подвиг, несмотря на все риски — и приняла не только со смирением, но и с радостью «о Бозе, Спасе Моем».
Во-вторых, Она была предупреждена о скорбях, об оружии, которое пройдет Ее душу — и пронесла это знание до самой Голгофы.
В-третьих, все слова Своего Сына и о Нем Она сохраняла в Своем сердце.
Но как это образцовое материнство Она воплощала в повседневной жизни? Гуляла ли Она с Младенцем Христом? Учила ли Его читать? Устраивала ли Ему детские праздники? Пела ли колыбельные?
Эта тема много веков занимает умы думающих и творческих людей. Обычно в живописи акцент делается либо на младенчестве Иисуса (всевозможные изображения пещеры Рождества), либо на бегстве в Египет, либо на «трудовом воспитании» в Святом семействе.
Мария везде показана заботливой и доброй мамой. В одном из монастырей Святой земли, обители преподобного Герасима Иорданского, расположенной, по преданию, на месте, где останавливалось Святое семейство во время бегства в Египет, есть трогательная, хотя и не вполне каноничная икона «Первые шаги Христа» — на ней изображен маленький Мальчик, идущий к Маме, заботливо протягивающей к Нему руки.
Ну что еще можно реконструировать из скупых строк Евангелия и очень небольшого количества исторических данных о культуре детства на древнем Ближнем Востоке?
Конечно, жизнь древних евреев не была лишена радостей и праздников. Были три паломнических праздника: опресноков (Песах, воспоминание исхода из Египта), седмиц (Пятидесятница, по-еврейски Шавуот — начало сбора весеннего урожая и, в более позднее время, воспоминание дарования Торы), кущ (Суккот — воспоминание скитаний по пустыне) — в эти праздничные периоды семьи со всех концов страны шумно и радостно шли в Иерусалим.
Был праздник трубного пения (сейчас он называется Рош-а-Шана, «еврейский Новый год») — тихий день покоя и «священного собрания», то есть общей молитвы, причем необязательно в Иерусалимском храме.
Были еженедельные семейные обеды в канун Шабата и на его исходе — до сего дня в иудейских семьях на эти трапезы выставляется все самое вкусное и сытное, поют песни и спокойно общаются.
Но все эти события праздновались всей семьей, а иногда даже и всей общиной. А вот обычая праздновать дни рождения у древних евреев не было.
В книге Екклесиаста (7:1) вообще написано, что день смерти лучше дня рождения. Было, правда, предположение мудрецов, что праведник живет целое число лет, поэтому рождается в тот же день, когда умирает.
Не совсем понятно, когда родилось такое представление (зафиксировано оно лишь в III–IV вв. в трактате «Кидушин»). То ли христиане его знали, то ли тезис о связи совпадения дат рождения и смерти возник уже в короткую иудео-христианскую эпоху — во всяком случае, в первые века христианства существовало мнение, согласно которому Христос был распят 25 марта, а следовательно, и на землю пришел 25 марта.
Правда, пришествие Его начинается с зачатия — то есть с Благовещения.
Мы до сих пор так Благовещение и празднуем — 25 марта по юлианскому календарю.
А дату рождения вычисляем математически — 9 месяцев спустя, 25 декабря. Но, во-первых, никаких точных свидетельств у нас нет, а во-вторых, даже при таком весьма неточном раскладе определить день рождения Спасителя возможно было лишь после Его смерти и Воскресения.
Так что не было у Маленького Иисуса ежегодного торта со свечками и подарков ни 25 декабря, ни в какой-либо другой день.
Лишь один раз, вскоре после рождения, пришли к Нему гости с дарами специально по этому поводу — волхвы с золотом, ладаном и смирной.
Конечно, дети не были лишены игр. Игрушки находят при археологических раскопках по всей Святой земле. Обычно через игру дети знакомились с ремеслом родителей, а еще обучались танцам, музыке и песням. Был ли Господь знаком в детстве с традиционным искусством Иудеи, мы не знаем.
Дошедшие до нас детские и колыбельные песни Ближнего Востока довольно мрачные, и сложно поверить, что Богородица их пела Своему Божественному Чаду.
В Древнем Египте, например, была распространена песенка, в которой мать отгоняет от ребенка духов умерших. В самой древней известной колыбельной, записанной на глиняной дощечке в древнем Вавилоне, ребенка и вовсе наказывают за то, что он плачем потревожил домового божка и навлек неприятности на всю семью. «Придет серенький волчок и укусит за бочок», только еще страшнее.
Конечно, были и среди правоверных иудеев суеверы, которые пугались собственной тени и опасались всякой нечисти — но уж явно не Честнейшая Херувим и Славнейшая Серафим.
А вот шумерская колыбельная гораздо более уютная и теплая:
Житель потемок прочь из потемок
ушел поглядеть на солнечный свет.
Что ж оно осерчало так, что мать его плачет,
в небесах у богини струятся слезы?
Это кто же такой — тот, кто в земле заводит рев?
Если это — собака, пусть отломят ей ломтик,
если это — птица, пусть ей выбросят крошек,
если ж это — строптивец, дитя людское,
пусть споют ему заговор Ану и Анту,
чтоб отец его спал, свой сон довершал,
чтобы мать-рукодельница довершила урок свой.
Не мой это заговор — заговор Эа.
Если убрать все языческие мотивы, заменить бога Ану и богиню Анту на ангелов, а имя Эа на Адонай, то перед нами просто утешение плачущего младенца. Могла ли такую песенку напевать Мария, качая Младенца Иисуса? Если предполагать, что весь быт Святого семейства был предельно суров и аскетичен — вряд ли. Но у нас нет нигде на это ровным счетом никаких указаний.
Так что пусть будет самая обычная семья, в которой отец со старшими сыновьями обрабатывает дерево или камень, Мать ведет хозяйство, печет хлеб, следит, чтобы дети были сыты и одеты, и, конечно, нянчит Своего Малыша.
Хочется верить, что, будучи во всем подобным нам, кроме греха, как сказано в догмате о двух природах Господа Иисуса Христа, Он и детство имел обычное, как самые обычные дети. Так что пусть Он услышит наше поздравление — самое простое поздравление, как любому малышу этого мира.
С Днем Рождения, Господи!
Автор статьи: Монахиня Елисавета (Сеньчукова)
Религиовед и журналист.
Подписывайтесь на канал Предание.ру в Telegram, чтобы не пропускать интересные новости и статьи!
Портал «Предание» и благотворительный фонд «Предание» — это прежде всего люди. Без людей сайт не будет обновляться, не будут исправляться ошибки и постепенно всё пропадёт. Без людей некому будет собирать просьбы от нуждающихся, некому будет отсеивать мошенников, некому будет договариваться с больницами и аптеками. И нуждающиеся останутся без помощи.
Сотрудники «Предания» не наследники богатых состояний, не рантье и не владельцы бизнесов. Среди нас несколько многодетных родителей, некоторые снимают жильё, некоторые живут там, где идёт война. Почти у всех есть семьи. Почти все мы живём почти на грани бедности.
Мы не хотим бросать наше дело из-за того, что нам нужно как-то выживать. Но мы НИЧЕГО не сможем, если у нас не будет поддержки, если мы не будем знать, что завтра мы не окажемся без зарплат и с семьями на руках. Нам нужен завтрашний день, и никто, кроме вас, не может его дать.
Просто подпишитесь на регулярное пожертвование.
Пусть даже небольшое, но регулярное.