В 1781 году Николай Александрович Львов отправляется в Италию — путешествие, которое стало для него не просто учебной поездкой, а настоящим событием внутреннего и творческого перелома. Именно там он близко знакомится с наследием Андреа Палладио, архитектора, чьи идеи считались эталоном гармонии, ясности и архитектурного разума. Для Львова Палладио оказался не модным авторитетом и не набором формул. Он увидел в его постройках и трактатах редкое сочетание античной строгости и живой человечности. Чёткая симметрия, уравновешенные пропорции, ясная логика композиции — всё это Львов воспринимал не как догму, а как язык, на котором архитектура говорит с человеком спокойно и убедительно. Именно в Италии Львов осознаёт, что архитектура может быть не только внешне величественной, но и внутренне честной. Его привлекают серлианы, торжественные портики, полукруглые окна — но не сами по себе, а как элементы цельной системы, где каждая форма оправдана и подчинена общей гармонии. Это знакомство станови
Андреа Палладио и рождение собственного архитектурного языка. Ч. I
8 января8 янв
~1 мин