Иркутский краевед Людмила Чертовских родилась в январе. Зима у нас в Сибири морозная, снежная и веселая, потому что в январе так много праздников! С самого детства она любит новогодние каникулы.
Сначала праздновали Новый год с обязательным посещением «большой» елки на стадионе: горками, Дедом Морозом и подарками. Потом, по-тихому, отмечали Рождество, наполненное бесподобным запахом бабушкиных шанег и пельменей.
Затем старый Новый год, украшенный воздушным хрустящим хворостом и конфетами в ярких фантиках. Причем, каждый раз, когда бабушка стряпала, она угощала соседей своими великолепными ватрушками и булочками – просто разносила по квартирам и поздравляла с Рождеством или любым другим праздником. Прошло много лет, а все мои одноклассники тоже помнят мою бабулю, ее стряпню и гостеприимство нашей семьи. Вслед за старым Новым годом в дом приходил праздник Крещение, а накануне был сочельник, и именно в этот день я родилась.
Сочельник был единственным постным днем среди пиршества святок с ряжеными и колядками, поэтому по настоянию бабушки мой день рождения всегда отмечали в Крещение, 19 января. Настроение было вдвойне праздничным. Утро начиналось с долгих бабушкиных молитв. Потом они с мамой готовили всякую вкуснятину. Я помню пышные заварные калачи, пирог с черемухой и сметаной, самодельные творожные сырки, украшенные брусникой, которые выносили на балкон, на крещенский мороз, а потом они таяли во рту как мороженое. С годами это стало уже традицией. Так что новогодняя елка и праздничное настроение пребывали в доме с конца декабря до дня моего рождения.
Религиозные праздники в то время в городах мало кто отмечал, по крайней мере открыто. Но так как бабушка моя была верующим человеком и ходила в церковь, в нашей семье эти праздники чтили и тогда. Самую первую елку мы поставили в пятьдесят девятом году. Я до сих пор помню её. Она была темно-зеленая, пушистая, остро пахнущая хвоей и совсем не колючая, пышнотелая и добрая, как все женщины нашей семьи.
Я хорошо помню тот день. 31 декабря. Елка была почти под потолок, стояла уже украшенная самодельными гирляндами и пластмассовыми витыми сосульками, которые, как и красную звезду, папа сделал своими руками, а игрушек еще не было. И мы с папой и братиком на санках поехали покупать их.
В самом центре нашего заводского поселка, недалеко от нашего дома, открылись четыре новых магазина («На 4-х углах»). Уже темно было, наверное, часов пять-шесть вечера. До сих пор помню ощущение санок под собой, скользящих по свежему снежку. Я обнимаю младшего брата, тесно прижавшегося ко мне, а впереди – папа-лошадка, молодой, красивый, улыбающийся, и искорки снега на его, очень модной тогда, серой каракулевой шапке.
Витрины магазина сверкали и сияли. Игрушек было много, красивых, тонкой ручной работы: блестящие серебряные шары и золотые фонарики, цыплята и курочки, коняшки и барашки, Иван-царевич и Василиса прекрасная, ватные снеговики и снегурки, и, конечно, красноносый Дед Мороз под елку. А какие бусы! Сейчас таких уже нет. Эмоции переполняли ребятишек, глазеющих на всю эту новогоднюю мишуру.
Елка у нас получилась чудесная! В гости пригласили соседских ребятишек, всех их одарили конфетами и бабушкиной стряпней. Праздник удался на славу! А потом у меня, второклашки, родилось первое в жизни стихотворение:
Мы купили в магазине
Два Ивана, два барана,
Светофоров пять златых.
Принесли домой игрушки,
Положили на кровать,
Стали елку наряжать.
Вот Иван висит на елке
И барана вешу я
Светофоры загорелись,
Словно пять златых огня.
Только елку нарядили,
Стали петь и танцевать,
Дед Мороза пригласили
С нами вместе поплясать!
Дед Мороз, конечно, вымышленный герой. А может и нет, ведь папуля мой очень хорошо плясал и меня научил. Мне рассказывали, что еще совсем крохой, я стояла у него на ладошке и приплясывала. Трудно поверить, да?!! А в новогодние праздники на работе его всегда «назначали» Дедом Морозом, потому что у нас была своя машина, редкость для того времени. И он в костюме Деда Мороза развозил профсоюзные подарки детишкам по домам.
Папа постоянно чем-то увлекался: собирал книги и пластинки, разводил рыбок и голубей, занимался спортом до самого преклонного возраста. Многое он передал и мне. Я получила от него в наследство творческую натуру, общительность, любознательность и страстную любовь к чтению.
Автор: Людмила Чертовских, жительница Иркутска-2, краевед