В сорок лет женщина уже точно знает: слово «отдых» в словаре её родственников и в её собственном — это два абсолютно разных понятия. Которые не пересекаются даже в параллельных вселенных.
Для Лилии отдых был тишиной, книгой и возможностью не видеть плиту хотя бы сорок восемь часов.
Для родни её мужа, Ярослава, отдых был круглосуточным марафоном по поглощению майонеза, коллективным просмотром телевизора и визитами к троюродным теткам, которых Лилия видела один раз на свадьбе и надеялась больше не встречать.
Дочку на каникулы отправили в зимний лагерь. И поездка к родне на новогодние праздники планировалась как «семейное единение».
Ярослав, мужчина сорока шести лет, пребывал в благостном настроении, предвкушая мамины пирожки и папины настойки. Лилия же, отпахав последнюю неделю года в режиме бешеной белки, мечтала только об одном: доползти до кровати и чтобы её никто не трогал.
Продержалась она ровно два дня. На третий день Лилия вызвала такси, упаковала чемодан и под изумленные взгляды отбыла в сторону вокзала.
Вот пять вещей, на которые она ответила твердым «нет», решив, что собственное спокойствие дороже сомнительного статуса «золотой невестки».
Ночные бдения у «тазика с оливье»
Первый вечер начался по классике. Стол ломился так, будто на завтра объявили всемирный дефицит продовольствия. В час ночи Лилия поняла, что её глаза начинают закрываться сами собой.
— Лилечка, ну попробуй еще холодец, — ворковала свекровь, Антонина Петровна, подкладывая ей в тарелку огромный кусок.. — И вот селедка под шубой, я её специально со вчера пропитывала.
— Антонина Петровна, спасибо, я сыта. И я очень хочу спать, неделя была тяжелая, — вежливо ответила Лилия.
— Какое спать? — возмутился золовка Марина. — Час ночи всего. Надо хорошенечко отметить, посидеть душой. Выспишься еще дома. Давай, попробуй заливное, оно так неудобно стоит, подвинь к себе.
Лилия честно пыталась отнекиваться. Она чувствовала себя как на допросе, где единственным способом избежать пытки было съесть еще ложку салата.
В час тридцать ночи, когда разговоры перешли в стадию «а помнишь, как Юрочка в три года в сад упал», Лилия встала.
— Я спать.
Родня замолчала. Недовольство висело в воздухе плотным туманом, но Лилия ушла. В конце концов, в сорок лет ты уже понимаешь: если ты не выспишься сегодня, завтра ты будешь ненавидеть всё человечество, начиная с этой уютной кухни.
Ранний подъем «по свистку»
В восемь утра дверь в их комнату распахнулась с таким грохотом, будто началось извержение вулкана.
— Вставайте, сони, — бодро провозгласила свекровь. — Завтрак уже на столе. Блинчики остывают, салаты доедать надо.
Ярослав, который в гостях у мамы мгновенно превращался в послушного пятилетнего мальчика, тут же начал толкать Лилию в бок.
— Лиль, ну вставай. Мама старалась. Давай не будем обижать, неудобно же. Люди для нас готовят, а мы валяемся.
Лилия открыла один глаз, посмотрела на часы и на мужа.
— Ярослав, — раздельно произнесла она. — Мама старалась для тебя. Ты и иди. А я буду спать до десяти. Это мой законный выходной.
— Ну, Лиль... — проканючил муж, но, встретив взгляд жены, в котором читалось обещание немедленной расправы, быстро ретировался на кухню.
Лилия пролежала до десяти. Когда она вышла, на кухне царила атмосфера траура. Блинчики были демонстративно убраны, а свекровь поджимала губы так сильно, что они превратились в тонкую ниточку.
На неё смотрели как на врага народа, который посмел предпочесть подушку семейному единению.
Экскурсия по родственникам
После завтрака мужчины объявили план дня.
— Собираемся, — скомандовал тесть. — Поедем в соседний район, проведаем тетю Зину с племяшами. Они нас ждут, стол накрыли.
Лилия застыла с чашкой кофе.
— Постойте. Мы же уже приехали. Мы вчера пять часов в дороге провели. Зачем нам опять куда-то ехать, чтобы снова сидеть за другим столом и есть другой оливье?
— Ну как же, — всплеснула руками Антонина Петровна. — Родственники же. Они обидятся. Вы давно не виделись.
— Вот вы и поезжайте, — спокойно сказала Лилия. — Передайте им от меня большой привет и коробку конфет. А я останусь дома. Я хочу тишины и горизонтального положения.
Ярослав пытался уговаривать, родня взывала к совести, но Лилия была скалой. С трудом, выслушав порцию замечаний о своей «нелюдимости», она всё-таки осталась дома. Но, как выяснилось, это была ловушка.
Кухонное рабство «на двоих»
Как только мужчины и Марина укатили к тете Зине, свекровь обернулась к Лилии. В глазах Антонины Петровны горел огонь реванша.
— Ну раз ты, Лилечка, решила дома остаться и к родне не ехать, давай-ка делом займемся. Мужчины наши к вечеру вернутся. Давай приготовим три новых салата и горячее. Надо же побаловать наших мальчиков.
Лилия посмотрела на гору грязной посуды в раковине и на холодильник, который и так не закрывался от еды.
— Антонина Петровна, — медленно начала она. — В холодильнике еды хватит на небольшой городок. Зачем нам три салата? Чтобы мужчины к вечеру окончательно потеряли способность передвигаться?
— Так праздник же, — настаивала свекровь. — Женщина должна созидать.
— Я не буду готовить три, — отрезала Лилия. — Я приготовлю себе кофе и пойду в комнату. Еды достаточно. Закончится — тогда приготовим.
Антонина Петровна только охнула и схватилась за сердце (но быстро отпустила, когда поняла, что на Лилию это не действует). Весь день Лилия провела под аккомпанемент грохота кастрюль — свекровь демонстративно «созидала» в одиночку.
Принудительная ностальгия под телевизор
Вечером вернулись «мальчики» — очень довольные собой. Вся компания уселась в гостиной.
— О, — радостно воскликнул свекр, — сейчас будут показывать любимые фильмы. Садись, Лилечка, все вместе посмотрим. Традиция же.
Лилия посмотрела на экран, где актеры в сотый раз разыгрывали одни и те же шутки, и на книгу в своей сумке.
— Я не хочу смотреть телевизор. Я хочу почитать в тишине.
— Ну что ты за человек такой, — не выдержала свекровь. — Всё тебе не так. Люди стараются, создают атмосферу, а ты со своей книгой как сыч. Это же неуважение к семье.
Лилия вздохнула и ушла в комнату.
Позже пришел довольный Ярослав.
— Ох, Лилька, хорошо посидели. Мама такую утку запекла — пальчики оближешь. Зря ты не вышла. И у Зинки весело было, она тебе наливку передала. В общем, праздники удались.
Лилия посмотрела на мужа. Он был румян, сыт и абсолютно счастлив. Они — посидели. Они — отдохнули. А она эти два дня боролась за каждый час своего сна, за каждую страницу книги и за право не есть то, что в неё впихивают.
— Знаешь, Ярик, — сказала она, закрывая книгу. — Зачем мне такие праздники? Чтобы чувствовать себя бракованной деталью в вашем идеальном семейном механизме?
Утром она вызвала такси.
— Лиля, ты серьезно? — недоумевал муж. — Еще же три дня тут быть планировали! Мы завтра собирались к Петровичам на дачу, там баня...
— Вот и идите в баню, — ласково ответила Лилия, садясь в машину. — А я поеду домой. Жду тебя через 3 дня.
***
Дома Лилия первым делом выключила телефон.
Она точно знала, что настоящий праздник — это когда тебе не нужно отвоевывать право на собственные выходные.
И это был единственный подарок, который ей действительно был нужен.
А как вы проводите праздники у родственников?
Спасибо за лайки и подписку - с нами интересно!
В телеграм канале я регулярно выкладываю рассказы, которых не будет в Дзене. Семейные интриги и цена, которую придется заплатить за ошибки. А также другие посты. ПОЧИТАТЬ