Любовь к книгам когда-то подарила мне одну очень полезную особенность характера — отсутствие тяги к осуждению других людей, как реальных, так и придуманных. Когда есть привычка анализировать, сопоставлять факты и прослеживать чужой ход мысли и обстоятельства, стремление презрительно морщить носик в жесте «фу, таким быть» как-то постепенно отступает и появляется очень редко.
Персонаж Эрцин — именно такой редкий случай, где сначала ощущаешь всю гамму отрицательных чувств, а потом ещё и не можешь удержаться от простыни текста недоумения и негодования. Отказывать себе в этом желании я не буду, пусть и постараюсь сохранить тень наблюдательной позиции и попытки понять персонажа.
Однажды я уже писала об Эрцин, пусть и рассуждая больше о её браке с Фухэном с позиции «как испортить в целом приемлемую ситуацию». В этот раз постараюсь немного сменить фокус на саму героиню. Потому что персонаж этот... Ну, видимо, очень хорошо прописан, раз вызывает настолько яркие эмоции, пусть и исключительно негативные. Начать предлагаю с вопроса: а что мы вообще знаем о Эрцин?
О её детстве и юности нам известно немного. Лишь, что она происходит из старинного знатного рода, пострадавшего от текущей власти. Чем её семейство, разумеется, недовольно и ищет возможности вернуться на соответствующее им, по их мнению, место. Так Эрцин оказывается в Запретном городе с заданием соблазнить императора при первой же возможности.
Что по этому поводу думает сама Эрцин, судить сложно, но, учитывая всё произошедшее, едва ли возражала, скорее досадовала об отсутствии интереса Хунли к ней. Это очень ярко выражается в её зависти к Вэй Инло, когда та завоёвывает как внимание императора, так и любовь Фуча Фухэна.
При этом причины чужого поведения Эрцин понимает крайне плохо и поверхностно, руководствуясь в суждении больше социальными нормами, нежели пониманием человеческой натуры. Почти все её диалоги с Фухэном очень ярко это демонстрируют.
– Фухэн, Вэй Инло еще порочнее, чем я!
И тут молодой человек пришел в ярость:
– Она точно знает, кого любит, а кого ненавидит, и уж точно никогда не обижала невинных! А ты? Из-за минутной ревности испортила жизнь человеку!
– Что с того, что ты не можешь ее забыть? Теперь я – твоя жена, я – женщина, которую ты должен любить!
Фухэн весь год старался выполнить обещание, данное императрице. Иначе зачем бы он стал исполнять все прихоти Эрцин и покупать шпильку в подарок?
Но теперь, когда подарок раскололся на две части, его сердце закрылось для Эрцин навсегда. Фухэн накинул на себя одежду и направился к выходу.
– Подожди, куда ты? – в панике закричала Эрцин.
– Хитара Эрцин! – обратился к ней полным именем Фухэн. – В моих глазах ты никогда не будешь лучше Вэй Инло! Твои порочность и злоба вызывают у меня отвращение!
Диалог происходит после того, как Эрцин в порыве ревности приказывает изуродовать служанку, которая, по её мнению, стала любовницей мужа. И здесь, казалось бы, можно бы даже отнестись к девушке снисходительно, будь это какой-то отдельный случай, а не системное поведение. В конце концов почти все персонажи «Покорения дворца Янси» и близко не ангелы и не торопятся рефлексировать после каждой загубленной жизни.
Проблема Эрцин именно в непонимании, что она сделала не так. Она не избавилась от соперницы за сердце супруга, она выместила злость на слабом, не считая такое поведение хоть сколько-нибудь предосудительным. О чём и сообщает Фухэну: мол, к чему ты рассказываешь мне о праведности, мы же в реальном мире живём, так все делают.
Эрцин искренне уверенна, что все люди подлы и порочны, а благородство и праведность не более чем фигура на лице, которую нужно держать на людях. Разницы между уничтожением врага и издевательством над слабым для неё нет.
Не менее важно в этом диалоге звучит другой момент: ты должен любить меня, я твоя жена. При этом не совсем понятно, что именно она имеет в виду и как себе это представляет.
На момент диалога Фухэн позволяет ей чувствовать себя его женой, ни в чём не ограничивая и даже не мешая творить глупости (это я о горе-попытках строить политические союзы, но об этом подробнее позже). Единственное, что он отказывается делать, — это проводить с ней ночи.
И вот здесь у меня возникает большой вопрос, а что он ещё ей должен с позиции брака по расчёту? Ещё и брака по расчёту, где она знает о любви ещё потенциального супруга к другой женщине. Здесь очень хочется спросить, а что за прошедшее время сделала Эрцин, чтобы мужу понравиться и заинтересовать его в себе? Как мне кажется, примерно ничего.
Здесь хочется сравнить с Инло, которая, решившись стать императорской наложницей, устраивала целые представление по привлечению внимания, чётко просчитав, что нужно именно Хунли и какими средствами она может этого добиться. Как мне кажется, заинтересованная во внимании мужчины женщина постарается выбрать похожую модель поведения: двигаться к нему навстречу, проявляя инициативу, перебирая доступные варианты.
Эрцин так не поступает, хотя вроде как не дура, пусть до проницательности Инло ей и далеко, но смогла же она сделать так, чтобы к ней очень хорошо относилась как императрица Фуча, так и император. Смогла убедить упрямого и принципиального Фухэна в правильности их брака. Она в целом-то понимает, как устроен мир, очень чутко относится к формальной и околоформальной иерархии социума, но стоит ей немного ступить за эти рамки, начинается невероятная хтонь. Как на уровне суждений, так и на уровне поступков, замешанная на какой-то дичайшей злобе и абсурдности.
Это я о решении Эрцин соблазнить-таки императора и зачать от него ребёнка в качестве мести Фухэну. Сейчас будет очень большая цитата, за что прошу прощения, но сократить её без потери смысла у меня не получилось.
Меч с грохотом упал перед Эрцин.
Ярко накрашенные губы растянулись в ядовитой улыбке.
– Надо же, оказывается, каким бы снисходительным ни был супруг, он не способен простить измену своей жене! Но, к сожалению, ты не можешь убить меня, а я тем более не стану убивать себя, потому что… – ее вышитые цветами туфли прошли прямо по лезвию меча, – этот ребенок носит фамилию Айсиньгеро!
Фухэн остолбенел.
– Ты не ослышался. Я вынашиваю императорское дитя, в жилах этого ребенка течет кровь сына Неба, и, если ты посмеешь тронуть его, тебе не сносить головы!
– Нет! – покачал головой Фухэн. – Его величество не из тех, кто может опозорить свою жену!
– Его величество не из тех! А я – да! – заявила Эрцин, разрушая его последнюю надежду. – Я долго ждала подходящей возможности, и наконец это случилось!
Юноша не выдержал. Он схватил ее за горло и сквозь зубы произнес:
– Как ты могла обвести вокруг пальца его величество и так подло обойтись с семьей Фуча?
Эрцин закашлялась, а затем рассмеялась ему в лицо. В ее глазах не было ни тени страха.
– Фуча Фухэн, ты – пример для подражания для всех мужчин и самый желанный мужчина для всех женщин. Даже неподражаемая Вэй Инло попала под твое обаяние. Но мое единственное желание – доставить тебе разочарование и боль, чтобы каждый раз, когда ты будешь становиться на колени перед императором, ты вспоминал о своем унижении. Чтобы, всякий раз получая повышение, думал, не променял ли ты жену на очередное павлинье перо в своем головном уборе. Ты ненавидишь меня, но никогда не сможешь убить. Ты испытываешь отвращение к этому ребенку, но тебе придется всю жизнь воспитывать его как родного! Ха-ха-ха! Как же это смешно! Я долго шла к этой мысли, она ведь очень оригинальна, не правда ли?
Глядя на жену, слушая ее безумный хохот, Фухэн медленно разжал пальцы и отступил на шаг назад.
– Ты не только порочная, но еще и безумная! – с отвращением произнес он.
Слово «порочная» разожгло в душе Эрцин гнев и горечь. Ее сердце сжалось от боли, и она бросилась на Фухэна, словно полоумная.
– Да! Я и есть безумная! Это вы с Вэй Инло свели меня с ума! Фуча Фухэн! Это та цена, которую ты должен заплатить за то, что так унизил меня! Теперь ты никогда не избавишься от меня, Хитары Эрцин!
Он оттолкнул жену от себя и посмотрел на нее так, будто видел впервые в жизни.
– Куда ты идешь? – крикнула она вслед уходящему мужу.
Дверь со скрипом отворилась, и Фухэн, не оборачиваясь, вышел из комнаты.
– Убегаешь от меня? Испугался, не так ли? Вернись, посмотри на меня! Посмотри на своего ребенка! Ха-ха-ха! – продолжала безумствовать молодая женщина. От смеха у нее перехватило дыхание, и она громко разрыдалась.
Через некоторое время она вытерла слезы. Раз никому не было до нее дела, никто не любил ее и не желал утешить, зачем было плакать?
– Я гнула спину во дворце, терпела шесть лет, ждала, что у меня появятся любящий муж и блестящее будущее. Но меня ожидали лишь страдания и одиночество. Почему я должна терпеть эту боль в одиночестве? – пробормотала она, глядя в ту сторону, куда ушел Фухэн.
Здесь прекрасно всё. Особенно если постараться хоть немного рационально посмотреть на ситуацию, да и эмоционально возникают вопросы.
Эрцин сама же говорит, что все шесть лет службы во дворце мечтала о муже и семье. Она получила в мужья прекрасного мужчину, которого знала до брака, что в реалиях общества, где решения о свадьбе выносятся имперским приказом, уже очень хорошо. Её муж молод, красив и благороден. Да, у них не ладится, но зачем непоправимо портить-то отношения? До этого момента ещё всё возможно исправить, сделав их брак если не благополучным, то приемлемым, а здесь Эрцин просто вешает себе петлю на шею до конца жизни, которая во многом её и погубит.
Не считая обретённого материнства, единственный результат поступка Эрцин — это доведение до полного отчаянья Жунъинь. Как-то слабовато для мести всей жизни, не находите? Тем более, опять же не считая рождения ребёнка, сама она получает лишь кучу проблем, а всё сказанное ей в отрывке выше — ерунда полная. На отношения Фухэна с Хунли ей сделанное не влияет никак. Они слишком хорошо друг друга знают и слишком друг другу нужны.
Фухэн во многом личный проект императора, молодой и талантливый юноша, должный быть его руками и глазами, опирающийся на него самого в действиях и больше ни с кем глобально не связанный. Пока Фухэн не злоупотребляет высочайшим доверием, его будут продвигать и всячески поддерживать, и ни одна придворная коалиция не сможет с ним не считаться, напротив, сами побегут договариваться с настолько власть имеющей фигурой. Это я как раз об упомянутом выше создании Эрцин ненужных и обременительных для мужа социальных обязательств.
Почему человек, шесть лет проживший в запретном городе, об этом всём не думает, пусть даже будучи отвратительно нечутким к другим, для меня странно. Такой неумной и верящей в собственное величие ещё нужно быть. Тем более став матерью императорского бастарда в такой конфигурации власти, она ещё и становится неудобной фигурой для всех: для Фухэна, которому противна жена, для императора, которому повестили петлю на причинное место (такой способ шантажа!), для кланов Фуча и Хитара. В итоге всё так и происходит, пусть и руками Инло, которой сделанное сходит с рук не из-за любви к ней императора, а скорее потому, что тот и сам думал, не избавиться ли от неудобного свидетеля грехопадения.
Смотреть на ситуацию больше эмоционально, чем рационально у меня не получается. Слишком уж Эрцин непоследовательна, а кроме того непонятно, чего же именно хочет и к чему стремится. Каждый её поступок слишком сильно идёт вразрез с предыдущим.
Пытаясь как-то нарисовать портрет героини и подвести черту под её жизненной историей, сразу вспоминаешь фразу: «Не плюй в колодец, придётся напиться». Отрицанием этого правила при желании социального доминирования и руководствовалась Хитара Эрцин всю свою жизнь. Перед нами довольно неумная и горделивая женщина, неспособная ответить на вопрос, каковы же её истинные, а не самые поверхностные желания. Кроме того, в гордыне своей неспособная не только увидеть, как своими же руками ведёт себя к краху, но не дошедшая до мысли, что ничего в жизни не бывает просто так и желаемое не падает нам в руки само по себе.
Итог закономерен и по-своему ироничен. Ведь перед нами редкая героиня «Покорения дворца Янси», у которой была возможность распоряжаться своей жизнью по собственному усмотрению. Большую часть времени она свободна как в построении планов, так и в их реализации. Даже жаль, что героиня отказалась признавать, насколько золотой билет в жизнь вытянула. В итоге мы видим жизнь, полную злобы и неудовлетворённости, оставляющую за собой множество нерешённых проблем (её сын) и отвращение почти всех, с кем была связана.