Написал о том, как встречали новогодье наши классики. Ничего, нормальные рецепты, можно перенять))
В старой России справляло Новый год, в общем, лишь дворянское меньшинство. И Пушкин тоже. Известно о том, как он отметил новый, 1831 год. Неплохо, прямо скажем! В ресторане «Яр». «Долго ль мне в тоске голодной пост невольный телятиной холодной трюфли Яра поминать?» — писал Александр Сергеевич об этом месте и его кухне.
«Новый год встретил я с цыганами и с Танюшей, настоящей Татьяной-пьяной. Она пела песню, в таборе сложенную, на голос «Приехали сани», — писал Пушкин. Речь о знаменитой цыганской певице того времени Татьяне Демьяновой.
Из ресторана все отправлялись, можно сказать, колядовать по-дворянски. То есть, объезжать квартиры знакомых в карнавальных костюмах. Пушкин тоже отдал этому дань. И хотя потом жаловался на скуку и однообразие этих забав, но это же было потом! В сам Новый год наш великий поэт веселился от души.
Впрочем, не стоит поддаваться стереотипам и изображать Пушкина этаким беззаботным мотыльком. Например, 1834 год Пушкин встречал у родственницы своей жены — Натальи Кирилловны Загряжской — в разговорах с легендарным Сперанским, некогда правой рукой императора Александра I, позже — ссыльным. Говорили, по свидетельству современников, о Пугачёве, о законодательстве, об императоре Александре… И тут уж Пушкин на скуку не жаловался!
Традиция проведения новогодних маскарадов была сильна долгие десятилетия — «карнавалили» даже в доме сурового Льва Толстого. «Вожак в лаптях был Дьяков. Один медведь — дядя Костя, другой — Николенька, а Лев Николаевич прыгал одетый козой, как молоденький мальчик. Успех был большой», — писала Софья Андреевна о празднике 1870 года.
Есть воспоминания о том, что Михаил Булгаков, уже в 20-х годах ХХ века однажды пришёл вместе с приятелем в незнакомый дом и весь вечер изображал из себя иностранца: говорил по-французски, строил из себя богатого господина, который приехал в Москву узнать русские обычаи.
Устраивал представления Булгаков и для своих домашних: вспоминают, для одного из них он оделся весьма экстравагантно — в трусы, матроску и детское пальто.
Как известно, в некоторых странах есть обычай избавляться на Новый год от старых вещей. Булгаков любил и это. Например, перед встречей 1937 года Булгаков и его жена Елена Сергеевна (гордившаяся тем, что стала прообразом Маргариты) купили для каждого гостя чашки с надписью «1936 год», и при наступлении Нового года сказали, что их нужно разбить. После ужинали пельменями и сладостями. Год, конечно, наступил не самый весёлый…
До сих пор держится традиция отправлять друг другу на Новый год разные добрые и забавные пожелания. Тут, конечно, большим мастером был Антон Павлович Чехов. Умевший здорово подколоть, но всё же сильно не обидеть. Кстати, употребляемый им оборот «с Новым годом, с Новым счастьем!» вполне в ходу и сегодня.
Например, в письме брату Александру от 2 января 1899 года классик писал: «Велемудрый государь! Поздравляю твою лучезарную особу и чад твоих с Новым годом, с новым счастьем. Желаю тебе выиграть 200 тысяч и стать действительным статским советником, а наипаче всего здравствовать и иметь хлеб наш насущный в достаточном для такого обжоры, как ты, количестве».
Эта сумма, кстати, фигурировала и в новогоднем послании к поэту Плещееву двумя годами ранее: «дай бог Вам здоровья, хорошего сна, отличного аппетита, побольше денег, поменьше чужих рукописей. Желаю, чтобы, проснувшись в одно прекрасное утро и заглянув к себе под подушку, Вы нашли там бумажник с 200 000 руб. и чтобы всех Ваших кредиторов посадили в Петропавловскую крепость».
А вот актрисе Лике Мизиновой, с которой его связывали сложные отношения, Чехов желал несколько иного: «здоровья, денег, жениха с усами и отличного настроения. При Вашем дурном характере последнее необходимо как воздух...» Несколько обидно, конечно… Но среди своих – можно!
А вот как 110 лет назад справляли Новый год футуристы, их приятели и девушки — Владимир Маяковский, Василий Каменский, Виктор Шкловский ну и Осип Брик с женой Лилей и её сестрой, которая в будущем станет французской писательницей Эльзой Триоле.
Муза Маяковского вспоминает об этом так: «Новый, 16-й год встретили весело. Ёлку подвесили в углу под потолком, «вверх ногами». Украсили её игральными картами, жёлтой кофтой, облаком в штанах, склеенными из бумаги. Все были ряженые. Маяковский обернул шею красным лоскутом, в руке деревянный, обшитый кумачом кастет. Брик в чалме, в узбекском халате, Шкловский в матроске, Эльза — Пьеро. Вася Каменский обшил пиджак пёстрой набойкой, на щеке нарисована птичка, один ус светлый, другой чёрный. Я в красных чулках, короткой шотландской юбке, вместо лифа — цветастый русский платок. Остальные — чем чуднее, тем лучше! Чокались спиртом пополам с вишнёвым сиропом. Спирт достали из-под полы. Во время войны был сухой закон. В этот вечер Каменский сделал Эльзе предложение руки и сердца, первое, полученное ею в жизни. Она удивилась и отказалась. Он посвятил ей стихотворение и с горя уехал жениться не то в Москву, не то на Каменку».
Ну, вот по такому сценарию Новый год, думаю, можно провести и сегодня. Только зачем? Празднуйте по-своему, так, чтобы и о вашем торжестве писали много лет спустя…
Автор: Михаил ГУНДАРИН
Издание "Истоки" приглашает Вас на наш сайт, где есть много интересных и разнообразных публикаций.