– И сколько стоила эта тряпка? Ну, не молчи, я же вижу ценник, который ты пытаешься спрятать в рукав. Три с половиной тысячи? Галя, ты совсем из ума выжила? У нас ипотека за дачу не закрыта, машине зимняя резина нужна, а ты деньги на ветер пускаешь!
Сергей стоял посреди прихожей, уперев руки в бока, и его лицо медленно наливалось нездоровой краснотой. Галина, до этого момента чувствовавшая себя легкой и красивой, словно сдувшийся воздушный шарик, опустила плечи. Пакет с новым платьем, которое она прижимала к груди как щит, вдруг показался ей невыносимо тяжелым.
– Сережа, ну почему сразу «тряпка»? – тихо, стараясь не провоцировать скандал, ответила она. – Это качественный трикотаж. И цвет мне очень идет, васильковый, как я люблю. Я же три года себе ничего не покупала, кроме колготок и белья. Старое платье на работе уже стыдно надевать, оно в катышках все, локти вытянулись. Мне премию дали небольшую, я решила себя порадовать. Не из общего же котла взяла.
– «Порадовать»! – передразнил муж, нервно дергая плечом. – Радость у нее! А то, что мы экономим каждую копейку, чтобы к лету веранду достроить, это тебе не важно? Я, между прочим, во всем себе отказываю. Хожу в одной куртке пятый сезон. А ты транжира. Самая настоящая транжира. Эгоистка.
Он развернулся и ушел в комнату, громко шаркая тапками. Галина осталась стоять в коридоре, глотая обиду, которая горьким комом встала в горле. Она посмотрела на свое отражение в зеркале. Усталое лицо, морщинки у глаз, седина, которую она сама закрашивала дешевой краской дома, чтобы не тратиться на салон. И этот пакет с платьем — единственным ярким пятном в ее серой будничной жизни.
Неужели она действительно виновата? Галина прошла на кухню, машинально поставила чайник. В голове крутились цифры. Она знала бюджет семьи наизусть, лучше любой таблицы умножения. Зарплата Сергея, ее зарплата, обязательные платежи, продукты, лекарства матери. Все было расписано до рубля. Они жили не бедно, но и не богато, средне, как миллионы других семей. Но Сергей в последнее время стал одержим экономией. Он проверял чеки из продуктового, ворчал, если она покупала масло чуть дороже обычного или лишний раз включала стиральную машинку на длинный цикл.
«Может, и правда зря я», — подумала Галина, доставая платье из пакета. Ткань была приятной на ощупь, мягкой. Она представила, как наденет его завтра на работу, как коллеги сделают комплимент... Нет, не зря. Женщина должна чувствовать себя женщиной, а не ломовой лошадью. Три тысячи рублей не пробьют брешь в их бюджете, тем более что это были ее личные премиальные.
Вечер прошел в тягостном молчании. Сергей демонстративно смотрел телевизор, сделав громкость выше обычного, и на вопросы жены отвечал односложно. Ужинал он быстро, уткнувшись в тарелку, и даже не поблагодарил за котлеты, которые так любил. Галина заметила, что он какой-то дерганый. Обычно, когда он сердился, то был мрачным и молчаливым, а сегодня его словно подбрасывало на месте: он то хватался за телефон, то бросал его на диван, то вскакивал попить воды, то снова падал в кресло.
– У тебя на работе все в порядке? – не выдержала Галина, когда они уже готовились ко сну.
– Нормально все, – буркнул Сергей, отворачиваясь к стене. – Спи давай. И чтобы завтра я это платье не видел. Сдай его обратно. Скажи, не подошло.
– Я уже срезала бирки, – соврала Галина. Сдавать платье она не собиралась. Это стало делом принципа.
На следующий день она надела обновку. Коллеги на работе действительно заметили перемену, осыпали комплиментами, и настроение у Галины улучшилось. Она даже решила зайти после работы в магазин и купить тортик к чаю — может, сладкое растопит лед в сердце мужа.
Но дома ее ждал сюрприз. Неприятный.
Сергей пришел поздно, хотя обычно был дома к семи. Вид у него был помятый, глаза бегали.
– Зарплату дали? – спросила Галина, накрывая на стол. Сегодня было пятнадцатое число — день получки у мужа. Эти деньги они планировали отложить на те самые стройматериалы для дачи.
Сергей сел за стол, тяжело вздохнул и потер лицо руками.
– Галь... Тут такое дело. Не дали пока. Задерживают. Сказали, у фирмы временные трудности с заказчиками, переведут через неделю, может, через две.
Галина замерла с полотенцем в руках.
– Как задерживают? У вас же серьезная организация, никогда такого не было за десять лет. Даже в кризис платили день в день.
– Ну вот так! – вспылил Сергей. – Что я, директор что ли? Сказали — нет денег на счетах. Ждите.
Он схватил кусок хлеба и начал нервно жевать. Галина села напротив, внимательно глядя на мужа. Что-то в его поведении настораживало. Не было в его голосе той уверенной злости на начальство, которая обычно бывает у мужиков в таких ситуациях. Был страх. И желание избежать разговора.
– А аванс? Аванс же был две недели назад, ты говорил, что на карточку пришел, но мы его не снимали, копили.
– Аванс... – Сергей поперхнулся. – Аванс я снял.
– И где он?
– Галя, ты допрос мне устраиваешь? – он грохнул чашкой об стол. – Снял и потратил! На машину!
– На какую машину? Она же исправна, ты только масло менял месяц назад.
– Да что ты понимаешь в машинах! – заорал он, и в этом крике слышалась истерика. – Стойка застучала, коробка дергаться начала! Я заехал в сервис, мне там насчитали... Пришлось отдать все, что было, еще и у ребят перехватить пару тысяч. Я же о нашей безопасности забочусь! Чтобы мы не убились на трассе, когда на дачу поедем! А ты... Ты только о тряпках своих думаешь!
Он снова перевел стрелки на нее. Снова это платье. Словно оно было корнем всех зол.
– Сережа, не кричи. Хорошо, машина — это важно. Но почему ты мне не позвонил из сервиса? Мы бы обсудили. Это же большие деньги.
– Потому что не хотел тебя расстраивать! Ты же сразу панику разводишь! И вообще, я мужик, я решил проблему.
Разговор зашел в тупик. Галина не стала продолжать, но червячок сомнения, поселившийся в душе, начал грызть ее все сильнее. Машина действительно была старенькая, могла сломаться. Но чтобы вот так, внезапно, на половину зарплаты, и именно в тот день, когда "задержали" вторую половину...
Прошло три дня. Атмосфера в доме была натянутой, как струна. Сергей ходил мрачнее тучи, постоянно прятал телефон, вздрагивал от каждого звонка. Денег в доме осталось совсем мало — только то, что было у Галины.
В субботу утром Сергей ушел в гараж, сказав, что нужно "доделать кое-что по мелочи". Галина занялась уборкой. Она пылесосила ковер в гостиной, когда на диване, в складках пледа, заметила планшет мужа. Он редко им пользовался, в основном смотрел фильмы в дороге, но планшет был синхронизирован с его телефоном и почтой.
Галина никогда не проверяла гаджеты мужа. Считала это низостью. Но сейчас... Сейчас интуиция просто кричала: "Посмотри! Там ответ!".
Она взяла планшет. Экран был заблокирован, но пароль она знала — год рождения их сына. Дрожащими пальцами она ввела четыре цифры. Экран разблокировался.
Галина не знала, что искать. Она открыла браузер. В истории посещений пестрели одинаковые значки. Сайт букмекерской конторы. "Ставки на спорт". "Быстрые выигрыши". "Футбол. Премьер-лига".
Холодок пробежал по спине. Она открыла вкладку. Автоматический вход был настроен. Перед глазами Галины открылся личный кабинет пользователя "SergeyWin75".
Баланс: 12 рублей 50 копеек.
Она нажала на раздел "История операций". И тут ей пришлось сесть, потому что ноги перестали держать.
Список был длинным и красным.
15 число: Пополнение счета — 15 000 руб. (Время 10:00).
15 число: Ставка — 15 000 руб. Проигрыш.
15 число: Пополнение счета — 10 000 руб. (Время 11:30).
15 число: Ставка — 10 000 руб. Проигрыш.
15 число: Пополнение счета — 25 000 руб. (Время 14:00).
15 число: Ставка — 25 000 руб. Проигрыш.
Галина листала вниз, и слезы застилали глаза. Вот он, "ремонт машины". Вот она, "задержка зарплаты". Он проиграл всё. Весь аванс и всю получку, которую, видимо, получил вовремя. Пятьдесят тысяч рублей за один день. Пятьдесят тысяч!
Это были деньги на веранду. Деньги, которые они копили полгода, отказывая себе во всем. Деньги, ради которых она ходила в стоптанных туфлях и не покупала лишнюю шоколадку.
А потом она увидела даты раньше. Месяц назад — минус пять тысяч. Два месяца назад — минус три тысячи. Он играл давно. Понемногу. Но в этот раз, видимо, решил "отыграться" по-крупному и сорвался.
А самое страшное было даже не в деньгах. Самое страшное было в том, как он вел себя эти дни. Он обвинял ее. Он унижал ее за платье стоимостью в три тысячи, зная, что сам спустил в унитаз пятьдесят. Он заставлял ее чувствовать вину, чтобы прикрыть собственное преступление. Называл транжирой, кричал, топал ногами.
Галина положила планшет на стол. Внутри было пусто и звонко. Любовь, уважение, доверие — все это рассыпалось в прах за одну минуту. Перед ней был не муж, а чужой человек, больной игроман и лжец.
Она сидела так около часа, глядя в одну точку. Потом встала, умылась холодной водой, надела то самое новое васильковое платье, подкрасила губы и села в кресло ждать.
Сергей вернулся к обеду. Грязный, пахнущий бензином и дешевым табаком.
– Фух, умаялся, – сказал он с порога, стараясь изображать привычную ворчливость. – Зато карбюратор почистил. Есть будем? Я голодный как волк.
Он прошел в комнату и замер, увидев жену. Галина сидела в кресле, прямая, как струна, красивая и ледяная. На журнальном столике перед ней лежал включенный планшет с открытой страницей истории ставок.
Сергей проследил за ее взглядом. Увидел экран. Его лицо посерело, челюсть отвисла. Он попытался что-то сказать, но из горла вырвался только невнятный хрип.
– Ну что, "инвестор", – тихо, но четко произнесла Галина. – Расскажи мне еще раз про дорогую тряпку. Про транжирство. Про то, как мы экономим на веранду.
– Галя, ты не понимаешь... – начал он, и голос его сорвался на фальцет. – Это... это ошибка. Это я просто попробовал. Там верняк был! Матч договорной, ребята сказали! Я хотел как лучше! Хотел денег заработать нам на стройку, чтобы быстрее закончить! Я хотел выиграть и тебе шубу купить!
– Шубу? – Галина горько усмехнулась. – Ты мне платье за три тысячи простить не мог. Какая шуба, Сережа? Ты проиграл пятьдесят тысяч. Наших общих денег. И врал мне в глаза. Врал про машину, про задержку зарплаты. Ты заставил меня чувствовать себя ничтожеством из-за несчастной обновки, пока сам спускал семейный бюджет в тотализатор.
– Да я отыграюсь! – вдруг заорал он, переходя в нападение. Это была защитная реакция загнанного зверя. – Я знаю систему! В следующий раз повезет, я все верну! Ты просто дура, не понимаешь, как это работает! Мужики миллионы поднимают!
– В следующий раз? – Галина встала. – Следующего раза не будет. По крайней мере, не за мой счет.
Она подошла к шкафу, достала чемодан и кинула его к ногам мужа.
– Собирай вещи.
– Ты чего? – опешил Сергей. – Галь, ну ты чего начинаешь? Ну оступился, с кем не бывает? Выгоняешь мужа из дома из-за денег? Мы же семья! Двадцать лет вместе!
– Не из-за денег, Сережа. Если бы ты потерял их, или у тебя их украли, или ты их правда на машину потратил — я бы слова не сказала. Мы бы еще заработали. Я выгоняю тебя за ложь. За то, что ты сделал меня виноватой в своих грехах. За то, что ты предатель.
– Да куда я пойду? – он растерянно огляделся. – К матери? Она меня засмеет.
– Это твои проблемы. Квартира, слава богу, моя, досталась от родителей. Ты здесь только прописан. Поживешь у мамы, может, она тебе мозги вправит. Или на работе поживи, у вас же там "задержки", может, и общежитие дадут.
Сергей пробовал давить на жалость. Он падал на колени, плакал, клялся, что больше никогда не зайдет на этот сайт. Потом он снова начал кричать, обвиняя ее в черствости и предательстве.
– Ты из-за тряпки семью рушишь! – кричал он, запихивая носки в чемодан. – Меркантильная!
Галина молча наблюдала за этим спектаклем. Ей было больно, невыносимо больно видеть, как низко пал человек, которого она любила. Но она понимала: если простить сейчас, это будет продолжаться вечно. Игромания — это болото. Если он не осознает дна, он не выплывет. А пока он винит ее, дна он не чувствует.
Когда за Сергеем захлопнулась дверь, в квартире стало тихо. Галина медленно опустилась на диван. Сил не было даже плакать. Она взяла планшет и удалила закладку с букмекерской конторой. Потом зашла в онлайн-банк и сменила все пароли, заблокировала доступ к своей карте, который был у мужа.
Вечером к ней заглянула соседка, Тамара Петровна, привлеченная шумом.
– Галочка, что у вас стряслось? Сережка твой с чемоданом у лифта стоял, лица на нем нет. Ругался страшно.
– Ушел Сережа, Тамара Петровна, – спокойно ответила Галина. – Решил карьеру в большом спорте делать.
– В каком спорте? – удивилась соседка. – Он же тяжелее пульта ничего не поднимал.
– В финансовом футболе. Только вот проиграл он свой матч.
В ту ночь Галина долго не могла уснуть. Она думала о том, как будет жить одна. О том, что веранду в этом году достроить не получится. Но потом она посмотрела на висящее на стуле васильковое платье. Оно было красивым. И оно было честным.
Утром она подала на развод. Сергей звонил, угрожал, потом умолял, обещал лечиться. Галина поставила условие: разговор возможен только после того, как он принесет справку от психотерапевта и вернет в семейный бюджет проигранную сумму. Не для того, чтобы принять его обратно, а чтобы проверить, остался ли он мужчиной.
Денег он так и не вернул. Через общих знакомых она узнала, что он взял микрокредит, чтобы "отыграться", и снова все спустил. Теперь его искали коллекторы, и он скрывался где-то у дальних родственников в деревне.
Галина вздохнула с облегчением. Она поняла, что то самое платье спасло её. Если бы не скандал из-за покупки, она бы, может, и не полезла проверять его гаджеты, верила бы в сказки про сломанную машину и продолжала бы тащить на себе человека, который тянет их на дно.
Спустя полгода она все-таки начала ремонт на даче. Наняла бригаду. Денег хватало — оказывается, одной жить гораздо экономнее, чем с транжирой, который прикрывает свои пороки скупостью по отношению к жене.
В один из летних вечеров она сидела на своей новой, еще пахнущей свежим деревом веранде, пила чай и смотрела на закат. На ней было то самое васильковое платье. Теперь оно не казалось ей символом скандала. Теперь это был флаг ее свободы и самоуважения.
«Транжира», – вспомнила она слова бывшего мужа и улыбнулась. – «Нет, дорогой. Просто женщина, которая знает себе цену».
Если эта история нашла отклик в вашем сердце, буду рада видеть вас в числе подписчиков, а также прочитать ваше мнение в комментариях.