Найти в Дзене

Серия за серией. № 3. "Государь" (2025)

Несколько раз начинал смотреть вышедшие недавно "историко-монархические" сериалы - "Павел. Первый и последний", "Александр I" и более ранний "Елизавета", и ни один меня не увлек; 1-2 серии, и все (может, потом еще у ним вернусь, но пока так). "Государь" - очередная попытка, тоже не идеальная, но на данный момент самая успешная. За основу взят "Петр Первый" Алексея Толстого, но это никак не экранизация в полном смысле слова. Многие эпизоды, цитаты из книги, хоть часто и в несколько измененном виде, но легко узнаваемые, сочетаются с историческими (например, линия отношений Петра с патриархом Адрианом и епископом Митрофаном) или придуманными (как нападения наемных убийц в Преображенском или турок под Азовом, которым Петр противостоит лично со шпагой в руке) ситуациями, которых у Толстого нет. Есть ряд вымышленных второстепенных персонажей из романа, например, стрелец Ржов, Воробьиха, Аталия Десмонт, при этом отсутствует семейство Бровкиных. Наконец, недописанный роман завершается взятием
Кадр из сериала "Государь".
Кадр из сериала "Государь".

Несколько раз начинал смотреть вышедшие недавно "историко-монархические" сериалы - "Павел. Первый и последний", "Александр I" и более ранний "Елизавета", и ни один меня не увлек; 1-2 серии, и все (может, потом еще у ним вернусь, но пока так). "Государь" - очередная попытка, тоже не идеальная, но на данный момент самая успешная.

За основу взят "Петр Первый" Алексея Толстого, но это никак не экранизация в полном смысле слова. Многие эпизоды, цитаты из книги, хоть часто и в несколько измененном виде, но легко узнаваемые, сочетаются с историческими (например, линия отношений Петра с патриархом Адрианом и епископом Митрофаном) или придуманными (как нападения наемных убийц в Преображенском или турок под Азовом, которым Петр противостоит лично со шпагой в руке) ситуациями, которых у Толстого нет. Есть ряд вымышленных второстепенных персонажей из романа, например, стрелец Ржов, Воробьиха, Аталия Десмонт, при этом отсутствует семейство Бровкиных. Наконец, недописанный роман завершается взятием русскими войсками Нарвы в 1704 году, а действие сериала продолжается до 1725 года и охватывает такие события, как Полтавская битва, крамола и опала царевича Алексея, Ништадский мир и смерть Петра (7-я и 8-я серии).

Две заключительные серии получились, на мой взгляд, чуть более неровными, возможно, как раз потому, что исчезла выверенная толстовская канва (та же Полтавская битва вышла несколько скомканной и не слишком эпичной, даром что ей отведено более 10 минут).

Но они выдержаны в том же ключе, что и предыдущие, в основе - более или менее известные факты из разной степени учености трудов, жизнеописаний, исторических анекдотов и прочих источников. При этом линия царевича Алексея едва ли не полностью (вплоть до чуть измененных цитат) позаимствована из романа Дмитрия Мережковского "Петр и Алексей"; весьма странное решение, надо сказать, соединить Толстого с Мережковским, ибо у первого Петр Великий при всей своей противоречивости воистину велик, а у второго - ни дать ни взять антихрист.

В целом получилось достаточно исторично и патриотично; в международном контексте времена оны, полагаю, не без авторского умысла, очевидно перекликаются с современностью. Европа алчна, высокомерна, коварна, беспринципна и понимает поневоле только силу оружия; квинтэссенцией российско-европейских отношений можно считать диалог Меншикова с австрийским посланником:

- Европа… шла бы она лесом, ваша Европа.

- Без Европы Россия рухнет, разобьется, и ничего не останется.

- А вот шиш тебе...

Меншиков и австрийский посланник. Кадр из сериала "Государь".
Меншиков и австрийский посланник. Кадр из сериала "Государь".

Подозреваю, европоориентированную часть аудитории такой подход не вдохновит, но, объективно говоря, все так и было, Петр, собственно, пресловутое окно не ради места на задворках Европы рубил, а другого англичане, французы и разные прочие шведы не предлагали.
Относительно историчности, кстати, не знаю, было ли уже в ходу в начале XVIII века выражение "идти лесом"; и еще слегка смутило "Что за бардак!" из уст Карла XII, но ладно, в конце концов, подразумевается, что он говорил по-шведски.

Изредка звучит краткий закадровый текст на тему судьбоносности того или иного эпизода в истории, без чего, мне кажется, можно было и обойтись (особенно без философской тирады в 8-й серии о цене создания империи для ее создателя) - смысл стоило бы донести при помощи нескольких дополнительных сцен, слов и переживаний персонажей.

Подбор актеров неплох. Я не смотрел сериал "Король и Шут", поэтому экранный дуэт Константина Плотникова (Петр) и Евгения Ткачука (Меншиков) не вызывал у меня ассоциаций с образами соответственно Горшенева и Шута, а так, конечно, некая забавная символичность зигзага их актерской карьеры в этом смысле просматривается. Оба, кстати, хороши.

Каноничный образ Петра для отечественного зрителя старой школы, наверное, представлен прежде всего Николаем Симоновым ("Петр Первый", 1937) и Дмитрием Золотухиным ("Юность Петра", "В начале славных дел" и "Россия молодая", 1980-1982). Плотниковский Петр по сравнению с ними несколько легковесен, не по фигуре, а по манерам, голосу и общей харизме, но, так сказать, чувствуется государев потенциал, и чем дальше, тем больше (эволюция Петра от нескладного юнца до зрелого властелина и актеру, и гримерам вполне удалась).

Петр I. Кадр из сериала "Государь".
Петр I. Кадр из сериала "Государь".
Петр I. Кадр из сериала "Государь".
Петр I. Кадр из сериала "Государь".

Меншиков в исполнении Ткачука - этакий пройдоха-шут себе на уме, волею судьбы ставший вторым по могуществу человеком в державе и с одинаковым рвением радеющий о ее и своем величии.

-7

Персонажей много, среди актеров много знакомых лиц. Запомнились, независимо от важности роли, Никита Зотов (Сергей Барковский), Франц Лефорт (Сергей Годин), Патрик Гордон (Юрий Беляев, которого я уже сто лет не видел), пожалуй, Карл XII (Евгений Шварц), а из женских образов - обаятельная авантюристка Аталия Десмонт (Мария Лисовая) и понимающе-торжествующий взгляд вслед Петру пока еще Марты Скавронской (Анастасия Дворянская), в котором читается: отныне быть тебе моим, а мне первой императрицей российской.

Никита Зотов. Кадр из сериала "Государь".
Никита Зотов. Кадр из сериала "Государь".
Франц Лефорт. Кадр из сериала "Государь".
Франц Лефорт. Кадр из сериала "Государь".
Патрик Гордон. Кадр из сериала "Государь".
Патрик Гордон. Кадр из сериала "Государь".
Марта Скавронская. Кадр из сериала "Государь".
Марта Скавронская. Кадр из сериала "Государь".

В общем, могло быть гораздо лучше, но так или иначе вполне смотрится, отторжения не вызывает, как говорится: "Виват Петр Великий, император всероссийский!"