(без учета совместных постановок с другими странами)
К сожалению, знаменитый фильм «Семь самураев» (1954) вышел в массовый советский кинопрокат с огромным опозданием – в конце декабря 1987 года – и, увы, уже не смог войти в первую десятку самых кассовых японских фильмов в советском кинопрокате…
№ 1.
Легенда о динозавре / Динозавры: Легенда о странной птице. Япония, 1975/1977. Режиссер Дзюндзи Курата. Сценаристы: Масару Игами, Такэси Мацумото, Итиро Оцу. Актеры: Цунэхико Ватасэ, Нобико Сава, Сётаро Хаяси, Дэвид Фридман и др. Прокат в СССР – с 1 января 1979. 48,4 млн. зрителей за первый год демонстрации.
Режиссер Дзюндзи Курата (1930-2002) поставил немало зрелищных лент, но в СССР он получила настоящую известность только одна его работа.
«Легенда о Динозавре» вышла на экраны СССР в 1979 году, когда до «перестроечного» видеонашествия фильмов ужасов оставалось еще несколько лет, поэтому подростки смотрели эту ленту «на ура», принося немалый доход кинопрокату…
Кинокритик Денис Горелов напоминает читателям, что «японская терпимость к натурализму значительно выше нашей, поэтому панорама брошенных на берегу скатертей и фонариков в момент, когда длинношеее ест свой первый завтрак из водных велосипедистов, кажется вмешательством цензуры. Впрочем, верхняя половина девушки‑аквалангистки, выдернутая из воды подругой, и без того будет стоять перед глазами до самой смерти. Гигантский глаз ящера или тонущая отдельно нога после такого – абсолютные пустяки, – как и бурление крови в дымящейся воронке. Японцы, как давно уже ведется в фильмах‑катастрофах, совместили ужас с праздником, умело играя на диссонансе расслабленных отдыхающих с лютой стихией» (Горелов, 2019).
Мнения зрителей XXI века об этом фильме довольно разнообразны, но большей частью окутаны ароматом детских воспоминаний:
«Кадр с наползающим кровавым пятном на девушку в озере был вообще потрясающим по меркам того времени. Это ж Стивен Кинг какой-то! Загадка же в том, что от раны на ноге столько крови быть не может, а динозавр еще не нырнул. Но мы смотрели на эффект и ничего этого не замечали. Кровавая волна и погружающаяся девушка. Ну а когда из воды вылетела часть тела... Которая не могла рукой шарить ни по чему... Вот оно – начало знакомства с классикой японских фильмов ужаса» (Эд-сан).
«К сожалению, фильм хорош только до появления динозавров во плоти. Потом начинается уже откровенный союзмультфильм (отделение кукольной мультипликации), и динозавры скорее смешат, чем пугают. Но центральный эпизод нападения Динозавра на надувную лодку с девушкой, снятый в светло-зелёном тумане под очень эффектную музыку – это конечно классика» (Голубяка).
«Берем игрушечный домик и разламываем его на кусочки при помощи резинового монстрика. Однако, если изначально абстрагироваться от откровенной дешевизны (но не трэшовости, прошу заметить!), недостатка или даже полного отсутствия жестокости…, то от фильма можно получить немалое удовольствие. Характеры двухмерные, да. Но яркие, запоминающиеся, и отчего-то вызывающие искреннюю симпатию – не оттого ли, что мы живем в совершенно другом времени, с другими ценностями, вернее, полным их отсутствием?» (Максюто).
Киновед Александр Федоров
№ 2.
Опасная погоня / Пересеки реку в гневе. Япония, 1976. Режиссер Дзюнья Сато. Сценарист Нисимура Дзюко. Актеры: Кэн Такакура, Ёсио Харада и др. В СССР – с 1977. 33,7 млн. зрителей за первый год демонстрации.
Режиссер Дзюнья Сато (1932-2019) – один из самых знаменитых японских режиссеров, многие десятилетия снимавший фильмы зрелищных жанров. «Опасная погоня» – остросюжетный детектив с элементами триллера был одним из фаворитов публики в советском кинопрокате второй половины 1970-х.
В год выхода «Опасной погони» в советский кинопрокат кинокритик Наталья Зеленко писала о ней вполне доброжелательно, отмечая, что «подобные погони в разных вариантах с удивительным постоянством возникают на экране. И с тем же постоянством пользуются неизменной зрительской любовью. Потому что детектив — а фильм «Опасная погоня» принадлежит именно к этому жанру — всегда имеет точный адрес и легко находит своих поклонников среди миллионной армии любителей кино. … Так и будет все на экране; облавы и выстрелы, поцелуи и тайные убежища, пока, наконец, ближе к финалу этой двухсерийной ленты, не станет ясно, что за всем этим — страшное преступление против человечности...» (Зеленко, 1977).
Кинокритик Евгений Нефёдов отмечает, что «некоторые сюжетные перипетии могут показаться не то чтобы недостаточно убедительными, а, скорее, введёнными из сугубо зрелищных соображений. Прокурору, отстранённому на время расследования от исполнения служебных обязанностей, придётся схлестнуться в горах с разъярённым медведем, спешно осваивать управление небольшим самолётом, пробиваться (в Токио!) сквозь полицейский кордон на лошади. Вот только лучше всего авторам удались моменты, в которых чувствуется следование традициям Альфреда Хичкока, тем более что исходная предпосылка (преследование заведомо невиновного человека) – вполне в духе маэстро саспенса» (Нефёдов, 2018).
Мнения зрителей XXI века об «Опасной погоне» неоднозначны:
«Опасная погоня», возможно, … современным потребителям голливудского мейнстрима картина может показаться старомодной и прозаичной. А в своё время её атрибуты били на советскую публику безотказно» (Борис).
«Трудно быть объективным по отношению к фильму, просмотр которого буквально потряс психику десятилетнего подростка, каковым я был осенью 1977 года. Время вымыло из памяти практически все детали фильма. … Но во мне навсегда осталось необъяснимое щемящее ощущение от прикосновения к неизвестной культуре, традициям и эстетике далёкой и таинственной страны на дальнем востоке. … Спустя почти 37 лет мне удалось пересмотреть «Опасную погоню». Конечно, детектив из 70-х годов прошлого века во многом анахроничен и наивен, а местами скатывается в буквальный примитивизм. Немногие спецэффекты вызывают улыбку и взывают к снисходительности. Однако, я поймал себя на том, что это кино мне по-прежнему нравится! И что самое удивительное, я ощутил практически те же эмоции, которые владели мною в далеком 1977 году! Магия фильма не исчезла. … «Опасную погоню» вполне можно считать предтечей такого известного боевика, как «Беглец» (с Харрисоном Фордом)» (И. Сапсан).
«В целом картина сделана по классическим канонам советских романтических детективов: отважные, честные герои и мерзкие злодеи, которые должны быть наказаны! Этим она собственно и подкупает. Тяжело спрогнозировать, как лента будет восприниматься современными зрителями. Но если вы любите ностальгировать на ретро-фильмах с классическим подходом, где «добро побеждает зло», то, возможно, стоит попробовать. Ведь восприятие, как известно, вещь индивидуальная» (Е. Колпаков).
Киновед Александр Федоров
№ 3.
Сезон любви. Япония, 1969. Режиссер Умэцугу Иноуэ. Сценарист Ясуо Танами. Актеры: Эцуко Нами, Бокудзен Хидари, Ясунори Ирикава и др. В СССР – с 15 июня 1970. 27,6 млн. зрителей за первый год демонстрации.
Режиссер Умэцугу Иноуэ (1923-2010) за свою долгую кинокарьеру поставил больше ста (!) фильмов и телесериалов, из которых в советский прокат попал «Сезон любви», сумевший собрать в кинозалах более 27-ми млн. зрителей. Молодых советских зрителей помимо мелодраматического сюжета привлекла в «Сезоне любви» музыка группы Pinky & Killers…
В красочной музыкальной мелодраме «Сезон любви» рассказывается о симпатичной девушке, которая встречает на своем пути опытного мужчину…
«Сезон любви» и сегодня вспоминают некоторые зрители:
«Картина имеет свое очарование, интересно окунуться в эпоху 60-х, истории тех времен обычно романтичные и незамысловатые, но тем чувственнее и ближе сердцу. Я бы сказала, что этот фильм на все времена. Актеры не играют, а живут своей ролью, музыка оставляет след в душе, сценарий ясен и понятен зрителю. Как 50 лет назад, так и сейчас, люди любят и расстаются, страдают и влюбляются снова!» (Юлия).
«Для советской публики, разнообразием развлечений не избалованной, любой зарубежный фильм был событием значимым. На него ходили с родителями, затем со школьными друзьями, потом ходили студентами... Для справедливо требовательного современного вкуса, японская мелодрама 60-х запросто может показаться слишком наивной. Но если проникнуться на 90 минут духом и обстановкой того времени в СССР, можно понять, почему «Сезон любви» был так популярен. … Японская мелодрама – удачный компромисс между западным либерализмом и советским счастливым всем, чтобы снизить напряжение. … К слову сказать, несколько пикантных сцен все-таки пробились сквозь цензуру… И все равно в кинотеатрах крутилась довольно сильно покромсанная версия» (Экс-Кову).
№ 4
Легенда о Нараяме. Япония, 1983. Режиссёр Сёхэй Имамура. Сценаристы: Сёхэй Имамура (по рассказам Ситиро Фукадзава). Актеры: Кэн Огата Сумико Сакамото. Прокат в СССР – 1988: 21,1 млн. зрителей за первый год демонстрации.
Режиссёр Сёхэй Имамура (1926-2006) – один из самых знаменитых Мастеров киноискусства Японии, который дважды получал Золотую пальмовую ветвь Каннского кинофестиваля (за фильмы «Легенда о Нарайяме» и «Угорь»).
XIX век, японская деревушка голодает. Чтобы не умереть от голода, жители ввели ритуал: новорожденных мальчиков убивали, а пожилых людей их собственные дети относили на вершину горы Нараяма и оставляли там умирать…
Елена Катасонова напоминает, что «фильм Имамуры - это своеобразный ремейк классической картины К. Киносита 1958 года. Но если Киносита снимал свою ленту целиком в павильоне, делая особый акцент на сценические условности и театральные эффекты, то у Имамуры она рождалась в недрах самой природы, притом, что сюжет один, и почерпнут он из повестей Ситиро Фукадзава…
Японское кино - кино созерцательное, где главное внимание уделяется визуальному ряду. Все глубины смысла запрятаны в образы. Замысловатые или нарочито простые кадры вызывают массу чувств и ассоциаций, но самое главное - послевкусие.
И в этом смысле "Легенда о Нараяме" - идеальный пример созерцательного кино - живописное повествование, воспринимаемое исключительно подсознанием. Близость двух миров - человеческого и животного - основной лейтмотив картины, столь богатой необычайно красивыми съемками живой природы и непривычными для европейского зрителя натуралистическими фрагментами из жизни людей и животных, столь повторяющих друг друга в своих самых естественных проявлениях. …
Авторы картины ставят перед зрителем сложную по своей неоднозначности задачу - решать, что есть зло, а что добро, кому сочувствовать, а кого презирать, и могут ли естественные законы борьбы за существование подменить собой человеческую мораль и сострадание?» (Катасонова, 2014: 70-74).
Зрители XXI века до сих пор спорят об этом фильме:
«Легенда о Нараяме - это стрела даже не в сердце, а в мозг. Потрясающая операторская работа. Вы прочувствуете атмосферу от травинки, лягушки, жучков до масштабов гор. Грандиозно и красиво. Но это лишь маленькая доля того, что вы испытаете от фильма. История сложная и трагичная. … Но фильм хочется смотреть и пересматривать. Тандем мать и сын просто великолепен. Актерская игра на высоте. Сцены у подножья горы, когда сын понимает, что принес сильную и здоровую женщину на мучительную смерть, застают зрителя врасплох, ведь выбора у героя нет…» (Вернулас).
«Вот смотрю, как много зрителей насладилось этой лентой и даже неудобно правдиво описывать все мои впечатления от этой картины. … Что тут скажешь - каждому свое. Мне фильм совсем не показался выдающимся. Имамура использовал уже давно опробованные визуальные решения. …
Конечно [фильм] старается шокировать и обескуражить зрителя. Да и зритель ко всему этому вполне готов. Мы ведь говорим о начале восьмидесятых - времени расцвета каннибальских жанровых картин. … Думаю, что все дело в самой теме. … Анализировать успех фильма кажется мне делом заведомо проигрышным, ибо я уверен в его сиюминутности. … Сводя все воедино кратко резюмирую: визуальные решения мало того, что неоригинальны, так еще и достаточно спорны. … Сама же по себе история несет в себе точно такой же морализаторский запал, как и древняя притча про вырванное сердце матери… Нет ни симпатий, ни раздражения» (Киберло).
Киновед Александр Федоров
№ 5
Гений дзюдо / Сугата Сансиро. Япония, 1965. Режиссер Сейитиро Утикава. Сценарист Акира Куросава (по роману Цунео Томита "Сугата Сансиро"). Актеры: Юзо Каяма, Цутому Ямадзаки, Тосиро Мифунэ, Эйдзи Окада, Дайсуке Като и др. Прокат в СССР – с 16 января 1967. 15,7 млн. зрителей за первый год демонстрации в кинотеатрах.
Режиссер Сейитиро Утикава (1922-2000) известен по фильмам «Чемпион реслинга», «Бросающие вызов», «Гений дзюдо» и др.
«Гений дзюдо» рассказывает о соперничестве двух школ боевых искусств: джиу-джитсу и дзюдо.
Сценарий «Гения дзюдо» был написан знаменитым режиссером Акирой Куросавой (1910-1998), который еще в 1943 году экранизировал роман «Сугата Сансиро». Картина вышла в японский прокат под тем же названием и пользовалась большим успехом у зрителей. В 1945 году Акира Куросава поставил фильм «Сугата Сансиро-2». В 1955 году в Японии этот роман был экранизирован еще раз. И вот в 1965 году режиссер Сейитиро Утикава снял свою версию романа по сценарию Акиры Куросавы.
В 1967 году этот фильм попал в советский прокат, получив более привлекательное для зрителей название «Гений дзюдо», и миллионы подростков (и не только) выстраивались в очереди в кинотеатры, чтобы попасть на сеанс этой захватывающей ленты. Понятное дело, после этого началось повальное увлечение молодежи (и не только) боевыми искусствами…
К сожалению, в советском кинопрокате вместо оригинального цветного фильма показывали (для «экономии») черно-белые копии «Гения дзюдо», что, разумеется, в какой-то степени снижало зрелищный эффект.
Впрочем, успех фильма в советском прокате (даже при возрастном ограничении «Дети до 16 не допускаются») был все равно впечатляющим: 15,7 млн. зрителей за первый год демонстрации в кинотеатрах.
«Гений дзюдо» мог бы собрать и большую аудиторию, но в не которых городах СССР местные ретивые «идеологически выдержанные» начальники поспешили убрать его с экранов, чтобы «не привлекать молодежь к дракам»…
Зрители XXI века и сегодня вспоминают этот фильм:
«Сегодня пересмотрел этот фильм… В свое он произвел фурор среди моих одноклассников - мы тогда впервые узнали о загадочном карате. Помню как один из нас, первый увидевший этот фильм, воспроизводил движения карате и с каким испепеляющим интересом мы это воспринимали» (Курсив).
Киновед Александр Федоров
№ 6.
Черный автомобиль. Япония, 1962. Режиссер Ясудзо Масумура. Актеры: Дзиро Тамия, Дзюнко Кано, Эйдзи Фунакоси, Хидео Такамацу, Итиро Сугаи и др. Прокат в СССР – с марта 1968: 15,2 млн. зрителей за первый год демонстрации.
Режиссер Ясудзо Масумура (1924-1986) поставил около 60-ти фильмов самых разных жанров. В СССР популярность получила его криминальная драма «Черный автомобиль».
Две автомобильные фирмы, соперничая друг с другом, занимаются промышленным шпионажем…
Киновед и кинокритик Ромил Соболев (1926-1991) писал об этой картине так: Фильм «Черный автомобиль» «можно было бы назвать «Промышленные шпионы» — это было бы очень точное название и еще ни разу у нас не использованное. На Западе, однако, это название показалось бы банальным, ибо там существует громадное число книг, исследований, фильмов, посвященных этой грязной проблеме — промышленному шпионажу. … борьба фирм в принципе своем грязна и непорядочна. Асахина попадает буквально в клубок змей, в мир людей, не знающих ни чести, ни любви, ни дружбы, никаких человеческих чувств. И незаметно для себя он опускается, становится таким же человеком без чести и совести, как его начальник. … Очищение Асахина — это извечная сказочка буржуазного искусства о том, что — как бы ни было все в жизни плохо, — порок в конце концов наказуется, а добродетель торжествует.
Да, торжествует. Однако фильм кончается грустной нотой: «бедные, но счастливые» Асахина с невестой идут пешком по дороге и их обгоняют новые прекрасные автомобили фирмы «Тайгер». Провожая глазами эти машины, влюбленные с завистью говорят о разбитой мечте — поехать на такой машине в свадебное путешествие. Очевидно, при бедности честность в мире, где царит культ чистогана, — слабое утешение» (Соболев, 1968).
Сегодня эта картина практически забыта массовой аудиторией…
Киновед Александр Федоров
№ 7.
Гибель Японии. Япония, 1973. Режиссёр Сиро Моритани. Сценарист Синобу Хасимото (по роману Сакё Комацу «Гибель дракона»). Актеры: Кэйдзю Кобаяси, Тэцуро Тамба, Хироси Фудзиока и др. В СССР с апреля 1976: 12,9 млн. зрителей за первый год демонстрации. Прокат в Японии: 8,8 млн. зрителей.
Режиссёр Сиро Моритани (1931-1984) любил снимать остросюжетные фильмы (хотя баловался иногда и мелодрамами). В советском кинопрокате успехом у публики пользовался его фильм-катастрофа «Гибель Японии»…
… Профессор обнаруживает, что надвигается катаклизм, который может уничтожить Японию. Вскоре начинается страшное извержение вулкана рядом с Токио, начинается землетрясение, и огромные волны обрушиваются на побережье…
Зрители XXI века все еще помнят этот зрелищный фильм:
«Значительную часть фильма занимает демонстрация разрушительного действия постигших Японию катаклизмов: рассыпающиеся в пыль мегаполисы, с последующими массовыми пожарами; сметающие все на своем пути цунами; уход под воду целых островов и прочие пробуждения вулканов. Наверняка для зрителя из середины 1970-х это было более чем впечатляющее зрелище. Тем более что декорации, изображающие какие-либо разрушаемые стихией объекты, сделаны аккуратно и с высокой степенью детализации» (Милмен).
«Японцы, как никакой другой народ, знают, что такое настоящая катастрофа – их страну неоднократно сотрясали землетрясения и затопляли цунами. Но страх перед стихийными бедствиями живёт в каждом из нас, ведь перед общей опасностью мы чаще обычного объединяем усилия для всеобщего спасения. «Гибель Японии» – это не просто фильм о гибели целых островов, а о том, как на нас, людей, влияют всеразрушающие катаклизмы. Фильм прямо-таки грандиозен с визуальной точки зрения. На момент 1973 года снять более правдоподобные опустошения не представлялось возможным. … «Гибель Японии» местами зрелищна, местами трагична, но высшей оценки фильм достоин за благородный посыл, остающийся столь важным даже спустя много лет» (К. Одакс).
«Это не просто фильм-катастрофа. «Гибель Японии» - философская притча, сотканная из десятков судеб, стран, и не меньше – точек зрения на проблему. Не зря авторы столь дотошно подошли к созданию истории. … С одной стороны, конечно, наблюдая за всеми этими извержениями, наводнениями, многочисленными разрушениями городов, гибелью миллионов людей – не можешь не содрогнуться. … Однако за всей этой масштабностью теряется чувство сопричастности к происходящему, которое обычно возникает через проникновение в судьбы героев. Пытаясь придать этой истории правдивость (а почему-то в реалистичность происходящего и без того верилось), создатели увлекаются техническими деталями, частенько забывая о людских душах. …
Но вот что удивительно: несмотря на предрешённость, в картине, как и в самой книге, нет того упаднического настроения, которое, казалось, вполне ожидаемо. Вместо этого мы наблюдаем за тем, как герои с самурайским хладнокровием пытаются найти выход из положения… Скорее – этот фильм-предупреждение, а сама история – несмотря на концовку, скорее оптимистичная» (Элефант Клон).
Киновед Александр Федоров
№ 8.
Сегодня жить, умереть завтра. Япония, 1970. Режиссер Кането Синдо. Сценаристы: Кането Синдо, Исао Секи, Шоцо Мацудо. Актеры: Д. Харада, К. Тайчи, Н. Отова и др. Прокат в СССР с 26 февраля 1973: 12,2 млн. зрителей за первый год демонстрации.
Режиссер Кането Синдо (1912-2012) – один из самых знаменитых японских Мастеров киноискусства («Голый остров», «Черные кошки в бамбуковых зарослях», «Сегодня жить, умереть завтра» и др.).
Драма «Сегодня жить, умереть завтра» рассказывает о младшем сыне в многодетной семье, который с детства познал жизнь в нищете и в итоге стал преступником…
Советская кинопресса отнеслась к этому фильму, получившему одну из главных наград Московского кинофестиваля, позитивно, в том числе и потому, что в ней Зло осуждалась не в абстрактном социуме, а в жестоком Буржуазном мире…
Киновед и кинокритик Ростислав Юренев (1912-2002) писал, что эта драма «страшная, горькая, гневная, рисующая жизнь современной Японии. … Картина Кането Синдо построена очень сложно. Действие свободно перекидывается из настоящего в прошлое, с места на место. История матери и ее неспокойной голодной семьи как бы следует за историей сына, захотевшего честно трудиться, продвигаться, преуспевать, но как-то незаметно ставшего на преступный путь. Обе истории даны не хронологически, а произвольно, переплетаются в причудливом контрапункте. И это соответствует жизни, которую фильм показывает: жизни жестокой, лишенной логики, человечности, смысла, крутящей и кидающей людей как щепки в своем мутном, грохочущем, одуряющем потоке. … Образ современного капиталистического общества создан Кането Синдо с оглушающей, ранящей силой. Это большие города, кишащие людьми и машинами. Это гулкие вокзалы с проносящимися неизвестно куда поездами. Это огромные магазины, из которых выпирают товары — яркие, добротные, зазывные, но недоступные тому, кто без денег. Это дымные бары, хохочущие проститутки, развязные пьяницы, угрюмые уголовники — зловонное дно больших городов. Это нищенские ночлежки, где можно провести пару часов, а можно и всю жизнь — никто ничего не спросит, кроме денег...
Все это снято на натуре, с достоверностью документа. Но достоверность — не значит бесстрастие. Кането Синдо находит такие точки, такие ракурсы, такие монтажные столкновения, какие повелительно передают зрителю его отношение к этому миру, его ненависть, печаль, гнев, осуждение. Вот это подлинно современный кинематограф — верный жизненной правде, идейно целеустремленный, богатый и разнообразный в средствах выражения.
С какой смелостью применяет Синдо ракурсы! Пьяные любовники, копошащиеся под простыней, сняты им резко сверху. Они прижаты к циновке, похожи на червей. А когда разъяренный Митио ногами избивает обидчика — аппарат снимает снизу, так что безжалостные подошвы бьют почти в объектив... Жестокий, быстро несущийся, бесчеловечный мир крутит влачит, тащит куда-то героя фильма Митио. …
Осуждение бесчеловечности — в нем пафос Кането Синдо им пропитана вся образная система фильма. Осуждение, гнев, ненависть... А на дискуссии о роли кино в социальном прогрессе, проходившей в рамках VII Московского Международного кинофестиваля, на котором фильм был удостоен Золотого приза, Кането Синдо убежденно и доказательно говорил, что им движет любовь, что любовь к человеку — основная тема его творчества. Что ж, противоречия здесь нет. Чтобы как следует любить, надо уметь ненавидеть, а чтоб как следует ненавидеть, надо уметь любить.
Мы знаем, как может любить Кането Синдо! Мы помним его поразительный фильм «Голый остров», получивший главный приз на нашем II Международном кинофестивале. Сколько любви к трудящемуся японскому крестьянину сияло в этой удивительной кинопоэме! А сколько искреннего сочувствия к судьбам детей Хиросимы было в фильме «Дети атомной бомбы» или к судьбам рыбаков, гибнущих от радиации вблизи американских атомных полигонов на тихоокеанских островах, в фильме «Трагедия «Счастливого дракона»! …
Кането Синдо осуждает и тех» кто пытается приспособиться к страшному, бесчеловечному обществу, и тех, кто безвольно покоряется ему. Художнику, умеющему так пристально вглядываться и так пронзительно видеть жизнь, понятны процессы, происходящие в мире насилия и наживы, эксплуатации и бесчеловечности» в обществе, где человек человеку — враг. Художник понимает» что индивидуальный протест, борьба в одиночку обречены на поражение. Поэтому любовь и ненависть художника действенны, активны. Поэтому его мужественное и честное искусство зовет к борьбе» (Юренев, 1972: 185-191).
Высоко оценил эту драму и киновед Виктор Демин (1937-1993):
«Полиция большого города сбилась с ног в поисках опасного преступника. Наняв такси, этот неизвестный завлекает машину в безлюдные, тихие утолки и там хладнокровно стреляет в затылок шоферу, после чего выгребает кассу, иногда почти пустую... Список жертв растет, почерк убийцы остается прежним. Наконец, стражи закона настигают этого легендарного субъекта — и что же, к общему удивлению, им оказывается молодой, совсем еще юный паренек, совсем не закоренелый злодей, не выродок. Как же дошел он до жизни такой?
Лет десять назад, на II Московском международном кинофестивале режиссер Кането Синдо был удостоен высшей награды за фильм «Голый остров», который сделал этого мастера мировой знаменитостью. Простодушное повествование о мирной чете тружеников, обрабатывающих клочок земли на далеком скалистом острове, было проникнуто поэзией и философичностью. Прошло несколько лет, и «Человек» — другая нашумевшая работа Кането Синдо — озадачила поклонников его таланта своей жестокой страстностью, стремлением выявить и обличить низменное начало в человеческой природе Фильм «Сегодня жить, умереть завтра» как бы соединяет эти разные грани незаурядного таланта прославленного мастера: лирика здесь уживается с суровостью общего тона, исследование индивидуальной судьбы — с символическими, обобщающими мотивами. Но над всем главенствует трезвость социального анализа.
Ибо это фильм о судьбе молодежи, лишенной идеалов, моральных принципов, без настоящего, без надежды на будущее. Преступление рождается не цепью исключительных обстоятельств, а всей системой общественной жизни — такова главная мысль этого фильма, получившего Золотой приз на VII Московском международном кинофестивале» (Демин, 1973).
Киновед Александр Федоров
№ 9.
Любовь и смерть. Япония, 1971. Режиссёр Нобору Накамура. Сценарист Таити Ямада. Актеры: Комаки Курихара, Кацутоси Атараси, Тадаси Ёкоути. Прокат в СССР с 21 мая 1973: 11,6 млн. зрителей за первый год демонстрации.
Режиссёр Нобору Накамура (1913-1981) за свою долгую карьеру снял около 60-ти фильмов, в основном это были психологические драмы и мелодрамы
... Парень увидел девушку, играющую в теннис, и она покорила его сердце…
Сентиментальная мелодрама «Любовь и смерть» была довольно популярна в советском кинопрокате первой половины 1970-х, но затем пополнила список забытых лент…
Киновед Александр Федоров
№ 10.
Две любимые. Япония, 1969. Режиссер Сиро Моритани. Сценарист Тосиро Идэ. Актеры: Юзо Каяма, Вакако Сакаи, Миэко Такаминэ и др. Прокат в СССР с декабря 1971: 10,4 млн. зрителей за первый год демонстрации.
Режиссер Сиро Моритани (1931-1984) снимал фильмы разных жанров («Гибель Японии», «Две любимые» и др.).
В мелодраме «Две любимые» рассказана сентиментальная история о том, как парень потерял невесту, скончавшуюся от неизлечимой болезни, но однажды встретился с девушкой, удивительно похожей на его ушедшую из жизни любимую…
В год выхода этой ленты в советский кинопрокат киновед и кинокритик Валентин Михалкович (1937-2006) писал, что картина «Две любимые» «смотрится легко, но постоянно вызывает какое-то чувство неудовлетворенности. Может быть, происходит такое потому, что в этой картине как бы две «начинки», причем одна из них мешает полностью почувствовать вкус другой и наоборот. В качестве первой можно назвать популярную нынче в зарубежном кино молодежную тему. Столько раз оно говорило о молодежи недовольной, бунтующей, не желающей признавать нормы буржуазного правопорядка. … Вторая «начинка» ленты — не социологического, а скорее психологического свойства. … Вот здесь, казалось бы, богатый источник режиссерских наблюдений за психологией юноши и его новой знакомой Мицуе. Как воспринимает она то, что к ней видят другого человека, с какими чувствами осознает она свою роль «двойника». Но в картине все разрешается просто — девушка с самого начала любит Дзиро, и взаимоотношения между братьями и Мицуе выясняются не в драматическом действии, а в течение двух длинных разговоров.
В начале картины герои смотрят снятые любительским аппаратом кадры с покойной невестой Юити, своеобразный фильм в фильме. Это прекрасная маленькая поэма в честь девичьей красоты, непосредственности, грации. А потом проекция кончается и начинается сюжет — приятный, но лишенный полета, старательно обходящий острые углы. Вот этот переход как бы положен в основу всей ленты — авторы на минутку дают нам возможность увидеть что-то большое, значительное и скорей от него уводят, начинают повествовать о другом» (Михалкович, 1971).
Еще строже к этой несовершенной мелодраме отнеслась кинокритик Ольга Суркова:
«История, рассказанная в японском фильме «Две любимые», достаточно неправдоподобна и выдумана, чтобы зритель задавался вечным вопросом: а чем же это у них все дело-то кончится? Сюжет причудлив, но малосодержателен...
Лирические морские пейзажи, на фоне которых юные, полные жизни и трепетности возлюбленные Митико и Юити наслаждаются своим всепоглощающим счастьем. Несколько неожидан следующий кадр, из которого становится ясно: только что увиденные нами сцены, отснятые профессионально, добротно, динамично, тонко расцвеченные, «чисто» смонтированные,— всего лишь любительский, «семейный» фильм, который смотрят сегодня близкие и друзья уже три года назад от «тяжелой и редкой болезни» умершей Митико. Мы узнаем, что Юити, жених Митико, замкнулся с тех пор в своем горьком, трагическом одиночестве, в своей преданности покойной...
Фильм, однако, не вовсе бессмыслен. В каркасе предложенного нам крайне наивного, хотя и витиевато сконструированного сюжета расположилась одна довольно бесспорная мысль. Она состоит в том, что каждый человек ценен своей индивидуальностью, что каждый имеет право собственного выбора своей жизненной стези. Но, к сожалению, за пределами разговора, за пределами какого бы то ни было осмысления осталось самое интересное — то, что в фильме названо, обозначено, но не раскрыто. … Увы, фильм остается в пределах грубовато состряпанной альковной истории, в которой главное банально и неинтересно, когда случайное и второстепенное могло бы стать предметом художественного и социального анализа» (Суркова, 1972: 14).
Киновед Александр Федоров
Бонус:
Знамена самураев. Япония, 1968. Режиссер Хироси Инагаки. Сценарист Синобу Хасимото (по роману Ясуси Иноуэ). Актеры: Кинносуке Накамура, Тосиро Мифунэ, Канъэмон Накамура и др. Прокат в СССР с 17 мая 1970: 8,6 млн. зрителей за первый год демонстрации.
Режиссер Хироси Инагаки (1905-1980) поставил немало значимых для истории японского кинематографа фильмов, в том числе и о самураях.
1543 — 1562 годы. Эпоха раздробленности Японии. Главный герой этой исторической драмы - самурай, который мечтает о мире. Ради осуществления своего плана он идет на службу к властителю земли Кай…
Зрители XXIвека всё еще помнят этот незаурядный фильм:
«Фильм держится на сценарии и актёрской игре нескольких главных персонажей, главным образом Тосиро Мифуне. Конечно, современному зрителю смотреть этот фильм трудно; и не только из-за хронометража (2 ч. 45 мин.), но и из-за другого отношения к жизни. Забудьте о разделении на добрых и злых персонажей, забудьте о торжестве справедливсти и хэппи-энде. Это другой мир, гораздо более жестокий и гораздо более реалистичный. Здесь невозможно совершить великие дела, не совершая коварных преступлений. Здесь невозможно выжить, не поступившись совестью. И здесь совсем не обязательно действия приведут хоть к какому-то положительному результату. … В фильме достаточно откровенно показано соотношение между великой целью и единственно возможным путём её достижения в обозримом будущем. И это соотношение уж точно не понравится ни романтикам, ни идеалистам. Потому что для достижения большой, великой цели обязательно приходится погружаться в грязь. Белым и пушистым тут не место. И дело не только в том, что «политика – это грязное дело» (с этим утверждением спорить трудно). Дело в том, что для достижения чего-то большого (и хорошего) нужно потратить не только часть себя, своих знаний, усилий, времени и т.д., но и сделать этот выбор за других, вовлекая (часто против их воли) в круговорот не самых радужных событий… Этот фильм – никоим образом не самурайский боевик. Это драма. Драма от начала и до конца. … Драма о людях, которые хотели изменить мир и сделать его лучше, о людях, которые хотели богатства, славы и власти, и о людях, которые просто хотели выжить. И герой Тосиро Мифуне – это человек, который понимал возможность перемен, хотел изменить мир, знал, как это сделать, и принял решение заплатить за достижение этой цели самую высокую цену…» (Г. Шлаг).
«Масштаб в фильме есть, и немалый. Временной охват изряден – за время действия успевает практически смениться целое поколение. Хорошо поставлены бои – массовка многочисленна, энергична и добротно экипирована. … Главного героя сыграл непременный Тосиро Мифунэ, и именно на его образе держится сюжет. … Невооружённым глазом видно, как герой Мифунэ по мере приближения к финалу истощается и истончается, лишь напряжение неукротимого духа поддерживает жизнь в его теле. И умирает он, искренне веря, что наконец привёл своего господина к решающей победе… Повествование развивается в лучших традициях «Уэверли» Вальтера Скотта: первую половину – черепашьим шагом. Но когда зритель уже начинает нетерпеливо ёрзать на краешке стула, режиссёр пришпоривает сюжет. … Финальная атака самураев в алых доспехах – это то, что надо видеть. Фильм не расставляет акценты, не делит героев на «хороших» и «плохих», он вообще не апеллирует к моральной стороне событий. Это просто дань уважения героям прошлого и тому далёкому времени, когда могущественные князья и их отважные воины сходились в кровопролитных битвах, и под порывами ветра на японской земле развевались знамёна самураев» (Злобый Дикобраз)
Киновед Александр Федоров
P.S.
Расёмон. Япония, 1950. В СССР: 5,3 млн. зрителей за первый год демонстрации.
Красная борода. Япония, 1965. В СССР: 5,0 млн. зрителей за первый год демонстрации.
Киновед Александр Федоров
Подробно о самых кассовых фильмах можно прочесть (бесплатно, без регистрации, логина и пароля) в моей книге:
Федоров А.В. 1000 и 1 зарубежный лидер советского кинопроката (1945-1990). М.: ОД «Информация для всех», 2026. 1001 с. https://ifap.ru/library/book705.pdf