Д’артаньян и три мушкетёра. За кулисами было всё: скандалы, травмы и даже вмешательства КГБ. С самого первого дня всё шло наперекосяк. Бюджет был настолько скромным, что режиссёр Георгий Юнгвальд-Хилькевич чуть не поседел.
Денег едва хватало на реквизит, а актёры добавляли масло в огонь. Постоянно опаздывали, срывали съёмки и устраивали настоящие фейерверки за кадром. Юнгвальд-Хилькевич вспоминал: «Иногда мне казалось, что мушкетёры и в жизни решили следовать девизу: один за всех, и все против режиссёра». Боярский, будущий Д’артаньян, тогда ещё не подозревал, что станет символом эпохи. На съёмках он шалил, как мальчишка, и ситуация дошла до того, что на площадку пригласили его маму, актрису Екатерину Мелентьеву, просто чтобы приглядывала за сыном.
Изначально Георгий Юнгвальд-Хилькевич видел Д’артаньяна исключительно в исполнении Александра Абдуллова, но, как он позже признавался, ему не хватало той самой мушкетёрской отваги и внутреннего огня. Но судьба улыбнулась Михаилу Боярскому. Атосом должен был стать Василий Ливанов, но в последний момент он ушёл играть Шерлока Холмса. Так роль досталась Вениамину Смехову. Арамис – артистичный Игорь Старыгин, которого на роль привёл сам Боярский. С Миледи история вышла как в романе, с интригами и неожиданными поворотами. Сначала её должна была сыграть Елена Соловей, но актриса ждала ребёнка. Тогда выбор пал на Маргариту Терехову. Именно она придумала свой чёрный костюм и добавила в образ хищной элегантности. Портоса сначала собирались доверить Георгию Мартиросяну, но его вытеснили. Тогда выбрали Валентина Смирницкого и буквально набили его ватой, чтобы придать телосложение богатыря. Констанцию должна была сыграть Евгения Симонова, но в итоге была заменена Ириной Алфёровой по требованию сверху. Пришлось согласиться.
Сцену, где Д’артаньян прыгает в стог сена, Боярский настоял сыграть сам, без дублёра. Все переживали, риск был немалый. Под сено подложили коробки, чтобы смягчить падение. И прыжок удался. Актёр встал как ни в чём не бывало. А группа облегчённо выдохнула. Финансовая нищета сделала всех мастерами импровизации. Алмазные подвески для Анны Австрийской мастерили из дешёвой бижутерии. Шпагу Дартаньяна собрали из настольной лампы, а костюмы мушкетёров блестели благодаря обычной фольге. Но настоящая угроза нависла позже над всем фильмом. Сотрудники КГБ, установившие прослушку в гостиничных номерах, были возмущены их шутками и пародиями на политиков. Проект хотели закрыть, но режиссёр сумел выкрутиться. В общем, мушкетёрская жизнь за кадром кипела не меньше, чем на экране. Актёры выбирали самых красивых поклонниц, устраивали застолья и тосты за дружбу. Говорят, на площадке частенько появлялась легендарная «Волга» с "сухим" в багажнике, чтобы снять стресс после тяжёлого дубля. Сейчас об этом вспоминают с улыбкой. Тогда всё было иначе: молодость, азарт, приключение, честь и улыбка Д’артаньяна, с которой началась легенда!