1 января. В то же время. В том же месте.
Я просыпаюсь с первыми лучами солнца. Не потому, что так надо, а потому, что так можно. Потому, что в этом есть что-то похожее на обещание — себе, миру, новому дню. Я не ставлю будильник. Тело просыпается само.
Солнце не ждет, пока мы выспимся. Оно просто встаёт. И я отчего-то встаю вместе с ним и иду на утреннюю медитацию.
Я сажусь спиной к рассвету и замираю. На час. Целый час тишины, пока солнце медленно поднимается за моей спиной, согревая плечи. Я ощущаю, как постепенно начинает согреваться спина, как тёплые лучи скользят по коже. Ветер перебирает мои волосы. Океан дышит где-то рядом — вдох, выдох, вдох — и я дышу вместе с ним. Я сижу в его безбрежном, соленом объятии.
Потом приоткрываю глаза и с непривычки щурюсь. Выныриваю из тишины осторожно. Разминаюсь, дышу и иду вдоль воды. И вот здесь, в этих шагах по песку, день начинает собираться внутри меня — по кусочкам, по мыслям, по людям. О чём хочется сегодня написать. Кому записать голосовое. Кого обнять — пусть даже на расстоянии. Потом плаваю. И пока солнце сушит мою кожу, пишу в телефоне — заметки, слова, обрывки мыслей, которые потом, может быть, станут чем-то большим.
Возвращаюсь домой. Готовлю завтрак. Для себя. Для сына. Присаживаюсь на край кровати. Он ещё спит — свернувшись калачиком, тёплый, как котёнок.
Я подхожу. Касаюсь плеча:
— Просыпайся, котик.
Он приоткрывает глаза — сонные, доверчивые — и улыбается:
— Мама, я люблю тебя.
Вот так. Просто. Без повода. Без условий.
Мы завтракаем. Он рассказывает что-то про свой сон, я слушаю. Пью чай. Он смеётся. Потом я сажусь за работу, а он идёт играть, и в доме снова становится тихо — но уже по-другому.
И вот в этом повторении — тихом, негромком, почти незаметном — я вижу всю ценность жизни.
Потому что иногда я иду к морю невыспавшаяся. Иногда — с тяжестью в груди, которую не объяснить словами. Иногда — с улыбкой во весь рот. Иногда — пританцовывая, будто внутри играет музыка.
Каким бы ни было моё состояние, я просто делаю то, что делаю.
И с годами начинаю видеть: в этом повторении и есть сила маленьких шагов. Не громких побед. Не мгновенных трансформаций. Просто — шагов.
Это не про идеальное утро. Это про приверженность. Про способность оставаться — даже когда хочется убежать. Про то, чтобы продолжить, даже когда рушатся какие-то мечты. Не убегать. Не прятаться. И вот тогда практика подхватывает, словно берет на руки.
Почему-то в такие моменты мне вспоминается фраза Брюс Ли: «Я не боюсь того, кто изучает 10,000 различных ударов. Я боюсь того, кто изучает один удар 10,000 раз».
Потому что жизнь не вырастает из рывков и прорывов. Она вырастает из повторения — тихого, упрямого, почти незаметного. Каждое утро. Снова и снова. Даже когда внутри всё трещит по швам. Даже когда кажется, что мир рушится, а ты просто стоишь посреди обломков и не знаешь, зачем вообще продолжать.
Я всё меньше верю в громкие перемены, в резкие повороты судьбы и трансформации, а всё больше — в силу замедления и тишину. Я не верю в то, что однажды утром можно проснуться другим человеком.
Я верю в медленные, упрямые шаги. В то, что настоящая сила — это способность идти в своём темпе, даже если все вокруг бегут. Не обгонять жизнь. Не заставлять себя быть кем-то, кем ты ещё не стал. А идти своим шагом — не спеша, не торопя.
И тогда из этих маленьких шагов вырастает большая опора. Когда внешнего мира становится слишком много, именно они собирают нас. По-настоящему.
