Ира замерла, когда услышала знакомый голос в прихожей.
— Андрюшенька, родной! С наступающим!
— Мама! — обрадованно отозвался муж. — Проходи, проходи! Как дорога?
Ира вытерла руки о фартук и выглянула в коридор. Свекровь стояла в шубе до пола, которую уже стягивал с её плеч Андрей, и держала в руках... ничего. Совершенно ничего. Даже крохотного пакетика не было видно.
— Людмила Петровна, здравствуйте, — выдавила из себя Ира. — Проходите на кухню, чаем вас напою.
— Ох, Ирочка, милая, — защебетала свекровь, проплывая мимо неё. — Ты не представляешь, какая у меня дорога была! В электричке такая толкучка, я думала, не доеду.
За столом Людмила Петровна расположилась основательно, расстегнула пуговицы на кофте и принялась с аппетитом поглощать салат.
— Вкусно-то как! — причмокивала она. — Андрюша, сынок, а где мой подарочек?
Ира почувствовала, как у неё дёргается глаз.
— Подарочек? — медленно переспросила она.
— Ну да, — свекровь удивлённо посмотрела на неё. — На Новый год же принято дарить подарки близким!
— Людмила Петровна, — Ира старалась сохранять спокойствие. — А вы что-то принесли нам?
Тишина. Андрей закашлялся и потупил взгляд. Свекровь же отложила вилку и приняла страдальческий вид.
— Иришенька, ты же знаешь, что моя пенсия маленькая, — начала она жалобным тоном. — Мне бы самой на жизнь хватало. А я думала, дети-то меня порадуют. Я вас растила, воспитывала...
— Меня вы не растили, — не выдержала Ира. — Мы с Андреем встретились, когда нам было по двадцать пять.
— Зато я Андрюшу вырастила! — свекровь вскинула руки. — Одна, без мужа! Недоедала, недосыпала! И теперь, на старости лет, мне что — даже подарка не достанется?
Андрей продолжал молчать, что взбесило Иру окончательно.
— Так, стоп, — она повернулась к мужу. — Объясни мне, пожалуйста, я что-то не понимаю. Твоя мать приехала без единого подарка и теперь требует, чтобы мы её «порадовали»?
— Ирина, не надо так, — наконец подал голос Андрей. — Мама же не со зла.
— Не со зла? — Ира почувствовала, как внутри всё закипает. — Людмила Петровна, напомните, пожалуйста, сколько раз вы были у нас в квартире за этот год?
Свекровь задумалась, загибая пальцы.
— Ну... раз пять, наверное.
— Одиннадцать, — холодно поправила Ира. — Одиннадцать раз. И ни разу вы не принесли даже пачку печенья к чаю. При этом я вас каждый раз кормлю ужином, который не из воздуха материализуется.
— Так я же не прошусь! — возмутилась Людмила Петровна. — Это Андрей меня зовёт!
Ира повернулась к мужу. Тот выглядел растерянным.
— Зовёт? — опасно тихо спросила она. — И ты собирался сказать мне об этом когда?
— Ира, ну что ты в самом деле, — попытался оправдаться Андрей. — Она же моя мать, как я могу ей отказать?
— Отлично, — Ира встала из-за стола. — Значит, так. Я продолжаю готовить праздничный ужин. Вы продолжаете решать, какой подарок заслужила Людмила Петровна. А когда решите — дайте мне знать.
Она вышла на балкон, прикрыв за собой дверь, и достала телефон. Нужно было успокоиться, иначе она наговорит лишнего.
— Алло, Ирка? — в трубке раздался голос подруги Светы. — Ты чего так рано звонишь? У вас же гости должны быть.
— Света, я сейчас лопну, — зашипела Ира. — Представляешь, свекровь приехала с пустыми руками и заявляет, что ей подарок должны!
— Не может быть! — ахнула Света. — А что Андрей?
— Молчит!
— Слушай, а ты помнишь, мы же с тобой три недели назад видели Людмилу Петровну на рынке? Она там такие пакеты тащила!
Ира вспомнила. Действительно, свекровь была нагружена продуктами так, что еле передвигалась.
— Точно! И ещё говорила, что на дачу к подруге едет!
— Ага, к подруге, — хмыкнула Света. — Может, ещё кому?
Ира задумалась. Что-то здесь было нечисто. Она вернулась на кухню. Свекровь допивала чай, а Андрей выглядел виноватым.
— Людмила Петровна, — начала Ира. — А где вы были три недели назад на прошлых выходных?
Свекровь замялась.
— Дома была. А что?
— Странно, — Ира прищурилась. — Вы забыли, я вас видела на рынке.
— Ну да, была немного, — нехотя призналась Людмила Петровна. — И что с того?
— А с того, — Ира села напротив. — Что вы ездили к ней с огромными пакетами продуктов.
Лицо свекрови порозовело.
— Я... это... Раисе гостинцы везла.
— Раисе, — медленно повторила Ира. — У которой муж — директор продуктового магазина. Ясно-понятно.
Андрей встрепенулся.
— Ир, может, хватит уже допрос устраивать?
— Нет, не хватит, — отрезала та. — Потому что я чувствую, что меня разводят. Людмила Петровна, какая у вас пенсия?
— Ну, это... восемнадцать тысяч, — нехотя ответила свекровь.
— И на еду вам не хватает?
— Не хватает! — горячо закивала та. — Сама знаешь, какие цены!
— Знаю, — согласилась Ира. — Только вот у вас, если память мне не изменяет, есть ещё две квартиры, которые вы сдаёте.
Молчание.
— Андрюша, — наконец выдавила она. — Скажи жене, чтобы она не умничала!
— Вот именно, Андрюша, — Ира повернулась к мужу. — Скажи. Или лучше объясни мне, почему твоя мать считает, что имеет право приезжать с пустыми руками и требовать подарки?
Андрей вздохнул.
— Ладно. Я обещал маме, что мы подарим ей мультиварку.
— Ты что? — Ира подскочила. — Какую мультиварку?
— Ну, она давно хотела, — Андрей виновато смотрел в пол. — Я ещё месяц назад обещал.
— Месяц назад? — голос Ири стал опасно тихим. — И мне ты об этом сказать не соизволил?
— Я думал, ты поймёшь...
— Я пойму? Я?! — Ира была на грани. — Так, всё! Хватит! Сейчас я вам обоим кое-что объясню.
Она достала блокнот и карандаш.
— Давайте посчитаем. Людмила Петровна, вы приезжаете к нам, в среднем, раз в три недели. Ужин на одного человека обходится примерно в пятьсот рублей. Умножаем на одиннадцать визитов — получается пять с половиной тысяч. Плюс я каждый раз собираю вам с собой продуктов — ещё тысячи полторы. Итого двадцать две тысячи рублей за год только на еду.
— Так я же не просила! — попыталась возмутиться свекровь.
— Не просили, но брали, — не дала ей договорить Ира. — Причём с удовольствием. Дальше. На восьмое марта, день рождения и день матери мы дарили вам подарки на общую сумму... Андрей, напомни?
Муж сглотнул.
— Ну... тысяч десять, наверное.
— Двенадцать, если точно, — поправила Ира. — Плюс на ваше день рождения мы заказывали торт в кондитерской — три тысячи. Плюс цветы в течение года — ещё тысячи полторы. Итого...
Людмила Петровна побледнела.
— Но я же мать...
— Именно, — перебила её Ира. — Мать. И как мать вы должны были бы радоваться, что у сына есть жена, которая готовит, убирает, зарабатывает деньги и ещё находит силы принимать свекровь одиннадцать раз в год. Но вместо этого вы приезжаете и устраиваете спектакль про бедную одинокую женщину.
— Я и вправду одинокая! — всхлипнула свекровь.
— А подруга Раиса кто? — не сдавалась Ира. — И сестра Валентина Петровна? И двоюродный брат, который у вас прошлой зимой жил целый месяц?
— Но они же не дети мои...
— Дети, — Ира встала и подошла к окну. — Знаете что, Людмила Петровна? Я тут подумала. У меня тоже есть мама. Которая каждый раз, когда приходит в гости, несёт целый пакет продуктов. Причём хорошие, дорогие. А на день рождения она подарила нам с Андреем путёвку в санаторий. Хотя её пенсия всего на две тысячи больше вашей.
В квартире повисла тишина. Андрей ёрзал на стуле, а свекровь старательно вытирала несуществующие слёзы.
— И знаете, что самое забавное? — продолжила Ира. — Моя мама никогда не требует подарков. Никогда не жалуется на жизнь. Никогда не устраивает мне истерик, если я забыла позвонить. Потому что она уважает мои границы и моё время.
— Ты что же, меня с какой-то чужой тёткой сравниваешь? — возмутилась Людмила Петровна.
— С матерью, которая понимает, что значит быть взрослым человеком, — спокойно ответила Ира. — Слушайте, давайте начистоту. Вы хотите подарок?
Свекровь настороженно кивнула.
— Хочу.
— Хорошо. Я устала притворяться, что меня всё устраивает. Устала делать вид, что ваши визиты — это радость. Устала кормить вас дорогой едой и слушать про тяжёлую жизнь, когда вы три раза в год ездите на курорты.
— Какие курорты? — попыталась возмутиться Людмила Петровна, но Ира остановила её жестом.
— В сентябре вы были в Крыму. В июне — в санатории в Подмосковье, об этом вы сами рассказывали. В августе — на даче у той самой Раисы, где пробыли три недели. При вашей-то «нищенской» пенсии.
Андрей вдруг хмыкнул. Ира повернулась к нему.
— И ты не смей! Ты своей маме потакаешь, вот она и разошлась. Обещаешь ей за моей спиной подарки, которые мы покупать будем из общего бюджета!
— Ир, ну что ты завелась, — попытался примирительно сказать Андрей. — Мультиварка-то не космический корабль.
— Это не про мультиварку! — злилась Ира. — Это про то, что ты принимаешь решения без меня! Про то, что твоя мать считает меня бесплатным кафе с доставкой! Про то, что я имею право сказать «нет»!
Она глубоко вдохнула.
— Знаете что? Делайте что хотите. Я ухожу к своей матери встречать Новый год. А вы тут разбирайтесь со своими подарками и обязательствами.
— Ирочка, милая, — заволновалась свекровь. — Ну что ты! Давай мы сейчас всё спокойно обсудим...
— Не надо, — Ира уже натягивала куртку. — Обсуждать надо было раньше. До того, как вы решили, что имеете право на всё, ничего не давая взамен.
Она открыла дверь и обернулась.
— И да, Андрей. Не звони мне пока.
Хлопок двери был красноречивым. Ира вышла на улицу, достала телефон и набрала номер матери.
— Мам, можно я к тебе приеду на праздник?
— Конечно, доченька, — в голосе матери послышалась тревога. — Случилось что?
— Расскажу при встрече. Я через полчаса буду.
Через два дня после Нового года Андрей позвонил жене.
— Ир, нам надо поговорить.
Они встретились в кафе на нейтральной территории. Андрей выглядел помятым и уставшим.
— Ты была права, — начал он. — Я позволял маме слишком многое. Думал, что так правильно, что сын должен... Но ты права. Она обнаглела.
— И что дальше? — Ира не собиралась сдаваться так просто.
— Я с ней серьёзно поговорил. Сказал, что так больше продолжаться не может. Что если она хочет отношений с нами, то должна уважать тебя и наши границы.
— И?
— И она разрыдалась, обвинила меня в неблагодарности, наговорила гадостей про тебя... — Андрей вздохнул. — Но потом успокоилась. И призналась.
— В чём призналась?
— Что у неё есть накопления. Приличные. И да, она действительно возила продукты Раисе и её семье. Потому что Раиса — её лучшая подруга, и они вместе уже тридцать лет. А с нами... с нами она просто привыкла экономить. Потому что я позволял.
Ира промолчала, переваривая информацию.
— Знаешь, что самое странное? — продолжил Андрей. — После нашего скандала она сказала, что ты — первая из моих женщин, кто осмелился ей противоречить. И что, возможно, именно поэтому наш брак длится дольше всех предыдущих отношений.
— Логика у твоей матери своеобразная, — усмехнулась Ира.
— Это точно. Но она просит тебя о встрече. Хочет извиниться.
— Андрей, я устала, — призналась Ира. — Устала от этих игр, от манипуляций, от постоянного ощущения, что я должна доказывать свою ценность.
— Я знаю. И я больше не позволю ей так себя вести. Обещаю.
Встреча со свекровью состоялась через неделю. Людмила Петровна пришла с огромным тортом и пакетом продуктов.
— Ирочка, — начала она. — Я была неправа. Совсем неправа. Я повела себя эгоистично и глупо.
— Это правда, — согласилась Ира.
— И я хочу всё исправить, — продолжила свекровь. — Не сразу, я понимаю. Но хотя бы попытаться.
Ира внимательно посмотрела на неё. Людмила Петровна выглядела искренне пристыженной.
— Хорошо. Давайте попробуем.