Алина замерла на пороге с продуктовыми сумками в руках. Из квартиры доносился незнакомый женский смех, звон посуды и детское нытьё. Она медленно открыла дверь и увидела картину, от которой внутри всё сжалось.
В прихожей стояли три огромных чемодана и куча пакетов. На вешалке не осталось свободного места - чужие пуховики, шапки, шарфы. А из кухни тянуло запахом жареной картошки с луком, хотя Алина специально готовила лазанью на вечер.
«Родная, ты пришла!»
Максим вышел из комнаты, широко улыбаясь. За его спиной маячила фигура его матери Светланы Ивановны.
«Сюрприз! Я заехал за мамой и Ритой с детьми. Решил, что встретим Новый год большой семьёй. Правда, здорово?»
Алина поставила сумки на пол. Язык словно прилип к нёбу. Она целую неделю планировала этот вечер - купила дорогое вино, заказала торт, даже платье новое примерила три раза. Хотела провести праздник вдвоём, романтично, без суеты. А теперь...
«Алиночка, проходи, не стой столбом», - свекровь вышла из кухни, вытирая руки о Алинино кухонное полотенце. «Я тут картошечки пожарила, с дороги проголодались. Твою лазанью в холодильник убрала, а то места не было».
Светлана Ивановна говорила так, будто это её дом. Уверенно, спокойно, даже немного покровительственно.
Алина сняла куртку, но повесить её было некуда. Пришлось положить на тумбочку поверх чьих-то перчаток.
В гостиной на её любимом кресле развалилась Рита, сестра Максима. Она красила ногти ярко-розовым лаком, а рядом на полу возились двое детей - мальчик лет пяти и девочка чуть младше. Они что-то строили из Алининых декоративных подушек.
«О, привет», - Рита даже не подняла головы. «Извини, что без предупреждения. Максимка позвонил вчера, сказал, приезжайте. Ну мы и приехали. С Новым годом тебя, кстати».
«Спасибо», - выдавила Алина.
Дети столкнули со столика вазу с сухоцветами. Она упала на ковёр, рассыпав композицию, которую Алина собирала два часа.
«Мальчики, аккуратнее!» - крикнула Рита, но продолжала красить ногти.
Алина молча подняла вазу, собрала ветки и шишки. Руки слегка дрожали, но она сжала зубы и промолчала.
Максим подошел, обнял её за плечи.
«Ну что нахмурилась? Праздник же. Весело будет».
«Макс, нам надо поговорить», - тихо сказала она.
«Потом поговорим. Пойдём, мама стол накрывает».
Он повел её на кухню. Там Светлана Ивановна уже хозяйничала вовсю - резала хлеб на разделочной доске для овощей, расставляла тарелки, грела чайник.
«Садись, невестушка. Сейчас покормлю вас. Алина, а где у тебя сметана? В холодильнике не нашла».
«Не покупала. Не планировала...»
«Как не планировала? Картошку без сметаны есть? Ну ладно, обойдёмся. В следующий раз предупреждай, когда гости приедут».
Алина хотела сказать, что она не знала про гостей. Что никого не приглашала. Что это её дом, в конце концов. Но слова застряли в горле.
За столом собрались все. Светлана Ивановна разложила картошку по тарелкам, налила чай. Дети ныли, что хотят сок. Рита листала телефон. Максим рассказывал какую-то историю с работы и громко смеялся.
Алина сидела и чувствовала себя чужой. В собственной квартире, за собственным столом.
После ужина начался хаос. Рита повела детей в спальню - укладывать спать.
«Мы тут с малышами ляжем», - сообщила она. «А вы где спать будете?»
«Как где?» - не поняла Алина. «Это наша спальня».
«Ну так детям же надо где-то. Они устали, капризничают. Одну ночь потерпите».
«Рит, может, на диване?» - робко предложил Максим.
«С двумя детьми на диване? Ты серьёзно? Нет уж, мы в спальне. Вы молодые, перебьётесь».
Светлана Ивановна кивнула в поддержку.
«Конечно, детям комфорт нужен. Алина, ты же понимаешь. Вы на диване в гостиной устроитесь».
Алина встала из-за стола, прошла в ванную и закрыла дверь на замок. Единственное место, где можно побыть одной.
Она села на край ванны, обхватила голову руками. Внутри всё кипело - обида, злость, бессилие. Слёзы подступили к горлу, но она сглотнула их.
На полке лежал телефон. Алина взяла его и открыла сообщение, которое получила на прошлой неделе. От Ольги Викторовны, директора образовательного центра в Калининграде.
«Алина, предложение в силе. Нам очень нужен такой методист, как вы. Жильё предоставим, зарплата достойная. Ответ жду до тридцать первого декабря».
Она собиралась обсудить это с Максимом. Думала, может, они вместе переедут. Новый город, новые возможности. Начнут всё с чистого листа.
Но теперь, глядя на это сообщение, Алина понимала - обсуждать не о чем. Максим не услышит её. Он никогда не слышал.
Стук в дверь.
«Алин, ты там долго? Мне зубы почистить надо», - голос Риты.
«Минуту».
Алина умылась холодной водой, посмотрела на своё отражение. Бледное лицо, усталые глаза. Она выглядела измотанной.
Открыла дверь. Рита протиснулась мимо неё с косметичкой.
В гостиной Максим уже расстилал одеяла на диване. Узком, неудобном диване, на котором они с Алиной никогда не спали.
«Ничего, одну ночь», - сказал он, даже не глядя на неё. «Завтра что-нибудь придумаем».
Алина легла на край дивана, отвернувшись к спинке. Максим устроился рядом, почти вытеснив её. Пахло от него чесноком и пивом - он успел выпить с Ритиным мужем, который приехал следом на своей машине и теперь храпел на раскладушке в коридоре.
Сквозь стену доносились детские голоса, потом плач, потом убаюкивающий голос Риты. Из кухни - бормотание свекрови, она разговаривала по телефону с кем-то из станицы.
Алина лежала с открытыми глазами и думала. О многом. О том, как три года назад они с Максимом снимали эту квартиру вдвоём. Как она получила наследство от тёти и выкупила жильё на своё имя. Как Максим обещал, что здесь будет их крепость, их личное пространство.
Но крепость пала. И даже не штурмом - её просто открыли изнутри.
Утром Алина проснулась от грохота. Дети носились по коридору, что-то роняя и визжа. Шея затекла, спина болела.
На часах - половина восьмого.
Она встала, прошла на кухню. Светлана Ивановна уже колдовала у плиты, жарила сырники.
«А, проснулась. Давай, накрывай на стол. Всех кормить надо».
«Доброе утро», - сказала Алина.
«Ну, доброе-доброе. Чего встала? Работай».
Алина взяла тарелки, начала расставлять. Автоматически, молча. Внутри что-то окончательно сломалось. Щелкнуло - и всё.
За завтраком Максим жевал сырники и рассказывал Рите про новый проект на работе. Светлана Ивановна кормила детей, причитая, что они плохо едят. Ритин муж молча уплетал всё подряд, даже не поднимая глаз.
Алина сидела и смотрела на эту картину. Семейный завтрак. Уютный, тёплый, домашний. Только она здесь лишняя.
После завтрака она взяла телефон и вышла на балкон. Набрала номер.
«Ольга Викторовна? Доброе утро. Это Алина Соколова. Я принимаю ваше предложение».
«Алина! Замечательно! Когда сможете приступить?»
«Хоть сегодня. Документы вышлю сегодня же».
«Отлично. Квартира готова, адрес скину вам на почту. Жду вас, и с наступающим!»
«Спасибо. Взаимно».
Алина нажала отбой и вернулась в квартиру. Прошла в спальню - там Рита укладывала детей на дневной сон.
«Рит, освободишь комнату на полчаса? Мне вещи собрать надо».
«Какие вещи?»
«Свои. Я уезжаю».
«Куда уезжаешь?»
«В Калининград. Надолго».
Рита вытаращила глаза.
«Ты чего? Максим в курсе?»
«Сейчас будет».
Алина прошла в гостиную. Максим лежал на диване, уткнувшись в телефон.
«Макс, нам надо поговорить».
«Ага, сейчас. Дай доиграю».
«Немедленно».
Он поднял голову, удивлённый её тоном.
«Ты чего?»
«Я уезжаю. Сегодня. Вам нужно съехать до вечера».
Максим сел, отложил телефон.
«Это шутка?»
«Нет. Я получила предложение о работе в Калининграде. Согласилась. Улетаю вечером. А квартиру продаю».
«Какой Калининград? Какая продажа? Ты о чём вообще?»
«О том, что я ухожу. От тебя. От этого цирка».
«Какого цирка?» - он вскочил. «Алина, ты сошла с ума?»
«Нет. Я наконец-то пришла в себя».
На шум сбежались все. Светлана Ивановна, Рита, даже Ритин муж вылез из коридора.
«Что случилось?» - свекровь смотрела на Алину с подозрением.
«Я уезжаю. И квартиру продаю. Вам нужно съехать».
Повисла тишина. Потом все заговорили одновременно.
«Ты совсем?» - Рита.
«Куда съехать?» - Светлана Ивановна.
«Алина, прекрати!» - Максим.
Алина подняла руку.
«Тихо. Я всё сказала. У вас есть до вечера, чтобы собрать вещи и уехать. Квартира моя, куплена на мои деньги, до брака».
«Но Максим тут живёт!» - свекровь шагнула вперёд. «Он тут прописан!»
«Нет. Он здесь не прописан. Проверьте, если не верите».
Максим побледнел.
«Алин, ну подожди. Давай спокойно обсудим. Я их сейчас отправлю, и мы...»
«Поздно, Макс. Три года я ждала, что ты услышишь меня. Три года. Ты привозил сюда свою маму на каждый праздник. Рита приезжала пожить по две недели. Я молчала. Терпела. Надеялась, что когда-нибудь ты поймёшь, что у нас должно быть своё пространство. Но ты не понял. И не поймёшь».
«Да что за ерунда!» - взвилась Светлана Ивановна. «Мой сын тебя содержит, между прочим!»
«Содержит?» - Алина усмехнулась. «Серьёзно? Я зарабатываю больше него. Эта квартира - моя. Коммуналку плачу я. Продукты покупаю я. Ваш сын здесь просто живёт. Бесплатно».
Свекровь открыла рот, но ничего не сказала.
«Мама, пойдём», - Рита потянула её за рукав. «Собирайся. Поедем».
«Никуда мы не поедем!» - свекровь вырвала руку. «Максим, скажи ей что-нибудь! Ты что, позволишь этой... этой стерве выгнать нас на улицу?»
«Мам, пожалуйста», - Максим провёл рукой по лицу. «Алина, давай поговорим наедине».
«Не о чем говорить».
Она прошла в спальню, достала чемодан. Начала складывать вещи - методично, спокойно. Руки не дрожали.
Максим вошёл следом, закрыл дверь.
«Алина, остановись. Прошу тебя. Я понимаю, что накосячил. Надо было предупредить. Но это не повод всё рушить».
«Это последняя капля, Макс. Не повод».
«Я люблю тебя».
Она обернулась, посмотрела на него.
«Правда? А я чувствую себя прислугой в собственном доме. Чувствую, что меня не уважают, не слышат, не ценят. Это любовь?»
«Я изменюсь. Обещаю».
«Ты обещал уже. Много раз. Ничего не изменилось».
Она застегнула чемодан, взяла сумку.
«Ключи на стол положи. Сегодня вечером здесь никого не должно быть. Я риелтору позвоню, он приедет завтра утром».
«Ты не имеешь права...»
«Имею. Это моя квартира. Юридически у тебя на неё нет никаких прав».
Максим сжал кулаки, лицо покраснело.
«Значит, так? После трёх лет?»
«Именно так».
Алина вышла из комнаты. В прихожей стояли свекровь с Ритой, собранные, мрачные. Дети плакали, не понимая, что происходит.
«Вот и хорошо», - бросила Светлана Ивановна. «Поедем, Максим. Нечего нам тут делать. Найдёшь себе нормальную женщину, не эту карьеристку».
Максим молчал, глядя в пол.
Алина открыла дверь, вышла на лестничную площадку. Остановилась, обернулась.
«Максим, я желаю тебе счастья. Правда. Найди человека, который будет готов жить с твоей семьёй. Я не готова. И не должна была притворяться, что готова».
Она спустилась вниз, не оглядываясь.
На улице был морозный солнечный день. Снег скрипел под ногами. Алина вызвала такси, села в тёплый салон.
«В аэропорт», - сказала она.
По дороге позвонила подруге Свете.
«Ты где?» - Света сразу насторожилась.
«Еду в аэропорт. Улетаю в Калининград».
«Что? Как это?»
«Расскажу потом. Приедешь попрощаться?»
«Уже выхожу».
Света ждала её у терминала - взъерошенная, в расстёгнутой куртке.
«Рассказывай немедленно».
Алина рассказала. Коротко, по существу. Света слушала, качая головой.
«Ну наконец-то. Я три года ждала, когда ты его выгонишь».
«Правда?»
«Конечно. Он использовал тебя, Алин. Квартира, деньги, комфорт. А что взамен? Мама, сестра, вечный цирк».
«Я думала, это нормально. Что так и должно быть».
«Нет. Не должно».
Объявили посадку. Они обнялись.
«Приезжай в гости», - сказала Алина. «Говорят, там красиво».
«Обязательно. Ты молодчина, Алинка. Держись».
Самолёт приземлился в Калининграде поздно вечером. Алина взяла такси, назвала адрес, который прислала Ольга Викторовна.
Квартира оказалась в тихом районе, в новом доме. Студия, светлая, с большими окнами. Мебель простая, но новая. На столе лежала записка: «Добро пожаловать! Ключи от офиса заберёте в понедельник. С Новым годом!»
Алина поставила чемодан, прошла к окну. Внизу горели фонари, вдалеке виднелись огни города.
Она достала телефон, написала Свете: «Прилетела. Квартира отличная. Спасибо, что поддержала».
Ответ пришёл мгновенно: «Ты справишься. Верю в тебя».
Алина улыбнулась.
Тридцатого декабря она купила маленькую ёлку, гирлянду, шампанское и мандарины. Нарядила ёлку, зажгла гирлянду. Села у окна с бокалом и смотрела на незнакомый город.
Впервые за три года ей было спокойно. По-настоящему спокойно.
Телефон зазвонил. Максим.
Алина посмотрела на экран, подумала и сбросила вызов.
Написала сообщение: «Не звони больше. Всё сказано. Желаю тебе счастья».
Заблокировала номер.
За окном падал снег. До Нового года оставалось несколько часов. Алина подняла бокал, посмотрела на своё отражение в стекле.
«С Новым годом, Алина. С новой жизнью».
И впервые за долгое время она чувствовала - эта жизнь будет именно её. Настоящей, свободной, правильной.