Преподобный Никита Стифат (ок. 1005 – ок. 1090) подвизался в Студийском монастыре, был учеником преподобного Симеона Нового Богослова и приверженцем исихазма. К концу своей жизни он стал наместником этого монастыря и автором многочисленных богословских трудов. Обратимся к некоторым его духовным наставлениям, представленным в «Добротолюбии».
Смирение состоит не в наклонении выи, или в распущении волос, или в одеянии неопрятном, грубом и бедном, в чем многие поставляют всю суть добродетели сей, но в сокрушении сердца и смирении духа, как сказал Давид: «Дух сокрушен, сердце сокрушенно и смиренно Бог не уничижит» (Пс. 50: 19).
*
Если любишь быть другом Христовым, ненавидь злато, и его ненасытное любление, так как оно к себе обращает помышление любящего его и отрывает его от сладчайшей любви к Господу Иисусу, которая является не в виде слова, а в виде действования по заповедям Его.
*
Познай себя самого; и это есть воистину истинное смирение, научающее смиренномудрствовать и сокрушающее сердце.
*
Смирение есть нечто величайшее в добродетелях: ибо оно в ком вкоренится чрез искреннее покаяние и в спутницы к себе примет молитву с воздержанием, тех тотчас делает свободными от страстей, мир силам их подает, сердце очищает слезами и исполняет его тишины в нашествии Духа.
*
Бог смотрит не на наружность того, что мы говорим или делаем, но на душевное расположение и цель, с какой или делаем что из видимых дел, или говорим о чем из вещей мысленных… «Человек зрит на лице, Бог же зрит на сердце» (1Цар. 16: 7).
*
Плод Духа Святого есть «любовь, радость, мир, долготерпение, благость, милосердие, вера, кротость, воздержание» (Гал. 5: 22). Плод же противоположного духа есть ненависть, малодушие мiрское, нестроение душевное, тревожность сердечная, лукавство, любопытное мудрование, беспечность, гнев, неверие, зависть, многоедение, пьянство, бранчивость, осуждение, похоть очес, надмение и гордость. От таковых плодов познавай древо, и сим способом верно будешь ты узнавать, какого духа тот, кто говорит с тобою.
*
Имеющий любовь не умеет по рвению завидовать, не превозносится, как высокоумный и дерзкий, не надмевается ни перед кем, не бесчинствует, творя неподобное в отношении к ближнему, не себе только полезного ищет, но и что полезно ближнему, не раздражается на того, кто опечаливает его, не вменяет во что-либо, если иногда придется пострадать что злое, не радуется о неправде друзей, но сорадуется об истинной правде их, все находящее на него печальное покрывает, всему в простоте и незлобии верует, все обетованное нам Богом получить надеется, всякие искушения претерпевает, не воздавая злом за зло, и никогда от любви к ближнему не отпадает делатель любви.
Во главе всех добродетелей шествует искренняя вера, при которой душа не колеблющеюся водится мыслью, но всецело отметает самолюбие.
*
Только что выступившим на подвиги ничто так не препятствует исполнять заповеди, как самолюбие. Оно служит препятствием к успеху даже и ревностным. Оно влагает в них мысль о неисцелимых болезнях и страданиях тела и тем охлаждает жар ревности душевной и склоняет ее отказаться от страданий ради добродетели.
*
Исполняющий заповеди не бывает камнем соблазна для людей.
*
Свет, от Духа Святого нисходящий в душу, обыкновенно отходит по причине уныния, нерадения и безразличия относительно слов и яств, ибо как безразличие в яствах и вообще сытая трапеза, так равно и неудерживание языка и очей нехранение изгоняют его из <души> и делают нас омраченными.
*
Духа же Святого причастниками признаемся мы, когда приносим Богу достойные плоды Духа: любовь к Богу от всей души, и к ближнему от сердца, сердечную радость от чистой совести, мир душевный от бесстрастия и смирения, благостыню помыслов ума, долготерпение в скорбях и искушениях, благость в благоустроении нрава, внутреннейшую веру в Бога, ни в чем не колеблющуюся, кротость от смиренномудрия и умиления и всяческое воздержание чувств.
*
Мы очищаемся от скверн греха или произвольными трудами, или невольными скорбями.
*
Всякое оставление подвизающихся благодатью бывает обычно за следующие грехи: за тщеславие, осуждение ближнего и надмение добродетелями. Потому, если подвизающиеся повинны в каком-нибудь из них, Бог оставляет их. Тогда и не избежать им праведного осуждения за это при падениях пока, очистившись от греха, который был причиной оставления, не возвратятся они на высоту смиренномудрия.
«Каждого дело обнаружится; ибо день покажет, потому что в огне открывается, и огонь испытает дело каждого, каково оно есть» (1 Кор. 3: 13), - говорит св. Павел, прилагая при сем, что, чьи дела по существу нетленны, каковые он внутрь себя отложил в созидание свое, те пребудут посреди огня нетленными, и не только не сгорят, но еще сделаются блестящими, очистившись совершенно от малых каких-либо пятен. А чьи дела тленны по веществу, каковые он, как бремя, на себя возложил, те возгоревшись сгорят и оставят его в огне ни с чем. Дела нетленные и пребывающие суть – слезы покаяния, милостыня, сострадание, молитва, смирение, вера, надежда и всякое дело, в видах истинного благочестия содеваемое, – кои, и когда живет человек, созидаются в нем во святой храм Богу, и когда умирает, отходят с ним и сопребывают с ним нетленными вовеки. А дела, в огне истлевающие, как для всех явно, суть – сластолюбие, славолюбие, сребролюбие, ненависть, зависть, воровство, пьянство, досаждение, осуждение и всякое дело, телом совершаемое, по похоти или гневу. Все такие дела, и когда живет человек, разжигаясь похотью, тлеют вместе с ним, и когда отторгается он от тела, отходят вместе с ним, но не сопребывают с ним, а быв истреблены огнем, делателя своего оставляют в огне на нескончаемую вовеки веков муку.
*
Не по органическому устроению тела человек есть образ Божий, но по мысленному естеству ума, не описуемого телом, долу тяготеющим. Ибо как Божеское естество, вне всякой твари суще, не описуется, как неопределимое и нетелесное, некачественное, неосязаемое, неколичественное, невидимое, бессмертное, необъемлемое и отнюдь нами не разумеемое: так и данное от Него нам мысленное естество, как неописуемое, не телесно есть, невидимо, неосязаемо, необъемлемо, и есть образ бессмертной и присносущной Его славы.
*
Богоподобия, сколько оно для нас доступно, невозможно улучить ревнителю, если он наперед теплыми слезами не смоет приразившейся к нему тины греховной и не прилепится к исполнению святых заповедей Христовых. Иначе невозможно ему сделаться причастником неизреченных Божиих благ. Ибо желающий умно вкусить божественной сладости, всецело отстает от всякого мiрского чувства, и душу свою всю занимает созерцанием отложенных Святым благ.
*
Сохранить неизменным Богоподобие, стяжаемое крайнею чистотою и полной любовью к Богу, возможно только при непрестанном простирании ока ума к Богу, в котором душа обыкновенно установляется чрез постоянное пребывание в доброделании, чрез непрестанную, чистую и непарительную молитву, чрез всестороннее воздержание и усердное чтение Писаний.
*
Ко всем, по деятельному любомудрию, начавшим шествовать путем заповедей, Господь невидимо приближаясь, сшествует им.
Преподобный Никита Стифат
Подготовила Александра Калиновская
Источник:
Добротолюбие : В русском переводе, дополненное : [В 5 т.]. – Изд. 2-е. Иждивением Русского на Афоне Пантелеимонова монастыря. – Москва : Типо-лит. И. Ефимова, 1895-1901. / T. 5. – 1900.