Поскольку раненая местная жительница чувствовала себя сравнительно сносно (то есть в экстренной госпитализации в общей сложности не нуждалась), бойцы спецподразделения США (прежде чем отправляться обратно) при́нялись активно перетаскивать из жуткой пещеры изуродованные тела, требующие обязательного человеческого участия; их складировали в пассажирское отделение десантной лётной машины. Чтобы не перегружать военную технику, туда погрузили лишь десять покойников и живую девушку-эскимоску. Далее, под завязку укомплектованный, вертолёт подня́лся в безоблачное небо, увозя кого-то в лечебное заведение, кого-то в тихие места погребения.
Морские пехотинцы, оставшиеся в трагической местности, продолжили стаскивать изъеденные трупы к пещерному выходу. В то же самое время их непосредственный командир делился ценными указаниями, переданными (через него) четырём участникам аляскинской поисковой группы. Джереми Скот, сержант, – он руководил боевым отделением, при́бывшим на подмогу. Тридцатилетний мужчина, он выделялся и высоким ростом, и атлетическим телосложением, словом, мало чем отличался от капитана сухопутных войск, сопровождавшего разведывательную команду; можно сказать, морской офицер сличался с военным коллегой полноценным портретным сходством, а если и имел какие различия, то не слишком существенные. Особо выделялись основные характерные признаки: чёткая строевая выправка; бесстрастное выражение лица, отливавшееся обветренной смуглостью; серо-голубые глаза, не выражавшие сейчас никаких эмоций; большой крючковатый нос, переходивший в аккуратно-подстриженные усы; не ясно очерченный рот, выделявшийся узкими, плотно прижатыми друг к другу губами; коротко остриженные волосы, спрятанные под военной бейсболкой, камуфлированной в специальные сине-голубые тона, – в общем, все те бравые особенности, что отличают целеустремлённых людей, решивших посвятить нелёгкий жизненный путь исключительно воинской службе. Форменное обмундирование, облегавшее мускулистое тело, выглядело отличительным цветом, аналогичным головном убору; на крепких ногах наблюдались грубые солдатские «берцы».
- Нам приказано закончить погрузку найденных трупов, - передава́л он беспрекословные поручения верховного руководства, - после чего разместиться в скальной пещере и, поджидая врага, организовать в ней скрытую, неожиданную засаду. Вам рекомендовано выдвигаться дальше и продолжать выслеживать основную дислокацию враждебного «нелюдя».
- Ого! А ваши недальновидные начальники хотя бы себе представляют, с чем вам в скором времени придётся столкнуться? - поинтересовалась Бероева, удивившись немногочисленному отряду, присланному на схватку с чужеродной субстанцией. - Мало того что враждебное чудовище разви́то намного сильнее любого человека, живущего на нашей обетованной планете, так оно обладает мощным оружием, не в пример земному стреляющим лазерными лучами – и точечной концентрации, и высокой температуры.
- Нам это известно, - подтвердил бесстрастный сержант исключительную осведомленность, - но, поверьте, Вы имеете дело с профессиональными бойцами, которые успели поучаствовать не в одной боевой операции и которые прекрасно знают, чем им доводится заниматься. Мы, не сомневайтесь, успешно справимся с поставленной перед нами привычной задачей.
- Он говорит сейчас полную правду, - поспешил развеять любые сомнения Смит, как и американский сослуживец, оставаясь всецело непроницаемым, - сюда направили одно из лучших подразделений тихоокеанского флота Соединённых Штатов, не знавшего до сих пор ни единого поражения.
- Мне бы вашу хвалёную, сплошную уверенность?.. - выразила Оксана небезосновательный скептицизм (он прочно закрался ей в душу, особенно после всего того, что ей пришлось в тот день и увидеть, и выслушать), - Я, конечно, наслышана о чрезмерной американской самоуверенности – но чтобы до неоправданной, неограниченной степени?.. Нет, дорогие ребятки, безрассудная храбрость – это качество, поверьте, не очень хорошее. Впрочем, при достаточной осторожности, по-моему, она ничуть не поимеет заметного умаления, а наоборот, наполнится и солдатской честью, и воинской славой. Почему? Все очень просто и совсем незатейливо: выжить и победить могущественного врага – это намного важнее, чем просто взять да и глупо погибнуть. Вы разве так не считаете?
- Мы справимся, можете даже не сомневаться, - констатировал Скот, как и всякий военный, выразив непоколебимую убежденность в собственных силах, - мои бойцы как раз на то и обучены, чтобы уметь справляться в нестандартных условиях, на ходу приспосабливаясь к непредвиденным сложностям и невообразимым, смертельным опасностям; никто из них не потеряется» даже во время самого ожесточённого боя, а напротив, каждый с лёгкостью сумеет справиться сразу с несколькими противниками единомоментно. Поэтому не о нас печальтесь, милая девушка, а лучше подумайте о себе. Вашей маленькой группе предстоит выполнять более сложное поручение: вчетвером вы должны выследить место обитания вражеской сущности и организовать там устойчивую засаду, удерживая занятые позиции вплоть до нашего уро́чного появления.
Два американских офицера обменялись крепким рукопожатием, Джереми учтиво кивнул отважной полицейской сотруднице, и, долее не задерживаясь, специальная разведывательная группа выдвинулась в непростое, нелёгкое путешествие. Они удалились примерно на километр, когда дальнейший путь преградила широкая речка, отличавшаяся невероятно сильным течением. Вода оказалась на редкость холодной, практически ледяной, а соответственно, окунаться в неё никому особенно не хотелось.
- Что будем делать? - поинтересовалась Оксана, глядя прямо в непроницаемые очи невозмутимого представителя Пентагона.
- Надо попробовать поискать приемлемый брод, - выразил он самую очевидную мысль, - подобных речушек по ходу движения попадётся великое множество, так что, полагаю, переживать из-за случившегося казуса мы сильно не будем.
Он достал из вещего мешка топографическую карту, обклеенную целлофановой плёнкой, а развернув её прямо так, на голой земле, с интересом при́нялся изучать. Все остальные, не менее заинтересованные, спутники (как часто случается у любопытных людей) моментально присоединились к внимательному изучению лесистой местности, предавшись занимательному занятию с видом глубокой, едва ли не максимальной сосредоточенности. Наконец военный капитан, как никто другой сумевший правильно определить искомое направление, убедительно произнёс:
- Здесь, из-за явной гористости, лесной участок идёт под пологий уклон, но ежели мы спустимся по течению вниз, то там, через три километра, поверхность станет ровная, и получится свободно преодолеть возникшую перед нами временную преграду, просто-напросто двигаясь вброд.
- Хорошо, - согласилась Бероева, машинально, на подсознательном уровне, зорко изучавшая противоположный, чуть возвышенный, берег, - мне кажется, или мы сейчас не одни?..
Сопровождая сказанные слова, она вытянула вперед правую миленькую ладошку и указала на отдалённый силуэт, неожиданно привлёкший бдительное внимание. В свете полуденного солнца, с приличного расстояния, равного трём сотням метров, из-за хвойных деревьев, на них смотрели четыре красненьких глаза, расположенные на мохнатой, чудовищной морде.
- Все на землю!.. Быстро! - скомандовал, одновременно падая, американский военный, увлекая вместе с собой и российскую сыщицу, бесцеремонно обхватывая за нежные плечи.
Реакция оказалась полностью своевременной, так как неописуемое страшилище резко вскинуло лазерный бластер, а следом произвело в их направлении несколько направленных, хотя и бессмысленных выстрелов. Благодаря оперативному реагированию, им повезло, и тепловой луч не достиг ни одной из назначенных целей, лишь оцарапывая вековые стволы и кое-где срезая хвойные кроны.
- Что тебе от нас надо, мерзкое, ты, создание?! - прокричала возмущённая сыщица, звонкими интонациями пытаясь заглушить струящийся шум стремительной речки.
Очевидно, её услышали, потому что с противоположной стороны прилетел громовой ответ, хотя и непонятный, зато вполне очевидный; он произносился яростным голосом, больше напоминавшим дьявольское рычание слившихся воедино тысячи неестественных интонаций, нежели человекоподобную, нормальную речь. Что именно он пытался сказать – навсегда останется неизвестным (как уже сказано, изречение чудилось неземны́м, неспособным восприниматься людски́ми ушами). Так или иначе, громоподобные звуки потустороннего тембра навели на ошеломлённых спутников некоторое смятение, наполнившее отважные сердца и суеверным страхом, и растерянным замешательством. В части ответных мер, офицер армии США (только так, по большей части для вида) произвёл несколько неприцельных выстрелов: из-за произраставшей кругом высокой травы он не видел интересовавшую часть левого берега. В ответ на беспорядочную стрельбу с противоположной стороны немедленно послышалось «инопланетное недовольство», выразившееся в зверином рычании, похожим на тщательное пережевывание плотной резины и сопровождавшимся одновременным, неприемлемым к слуху, ругательством.
- Убирайся в инопланетный Ад! - прокричала Бероева, вторя автоматическим оружием американскому капитану.
Она успела дать не больше парочки хлёстких очередей, а Смит уже предупредительно клал на ствольную коробку мужскую ладонь и тоном, не выражавшим душевных переживаний, вежливо озадачивал:
- Давай, Ксюша, не будем патроны зря тратить: мы взяли с собой запасной «цинк», - обозвал он стандартную упаковку боезапасов, - в единственном экземпляре, а в будущем неизвестно, с чем придётся столкнуться. Сейчас, считаю, поганая тварь как-никак, но всё-таки поняла́ – ей, если что, придётся вступить в нешуточное противоборство с вооруженным противником, а потому навряд ли она перейдёт к открытому столкновению. Оставаясь скрываться в лесных насаждениях, коварная мразь, по её мнению, свободно сумеет нас выследить и легко устроит невидимую засаду – и вот как раз тогда я хочу оказать ей внушительное сопротивление, достойное и реальное, а не чураться и не отсчитывать выпущенные из автомата боевые припасы.
- Извини, Сэм, я не подумала, - неуверенно оправдалась Оксана, чуть приподнимаясь над высокой травой и настороженно оглядывая противоположную сторону, - но ты же сам первый стрельну́л – вот я и предположила, что пара ответных очередей станет выглядеть гораздо лучше одной. Теперь, после твоего пространного пояснения, я отчетливо уяснила, зачем конкретно ты открывал огонь. А значит?! Без нужды палить – за слова отвечаю! – больше не собираюсь.
Неожиданно в коротенькое совещание вмешался Рамирес, высказавший отнюдь не глупое размышление:
- Господа, а вам не кажется, что если мы будем спускаться вниз, то, удалившись на приличное расстояние, потеряем характерные следы, необходимые для выслеживания чужеродной субстанции.
- Да, возможно, - согласился американский военный, вслед за Бероевой поднимавшийся с лежачей позиции, - но переправляться здесь, повторюсь, совсем неразумно: во-первых, из-за быстрого течения и холодной воды; во-вторых, из-за нежелательной вероятности, позволяющей оказаться в открытой местности и остаться незащищенными; в-третьих, как трагический итог, попасть под прицельный огонь незримого неприятеля.
Не успел он договорить, а с противоположного берега, словно бы подтверждая осмотрительные слова, прозвучал щелкнувший звук, означавший резкий выброс теплового луча и заставивший всех повалиться обратно, на голую землю.
- Ползём за деревья, - негромко распорядился военный армии США, личным примером показывавший, как именно следует двигаться.
Дополнительно приглашать никого не потребовалось, и остальные члены разведывательной команды присоединились к умелому командиру. Углубившись не меньше, чем на двадцать пять метров и оказавшись под непростреливаемой защитой лесных насаждений, они отважились встать.
- Никто не ранен? - полюбопытствовал предупредительный капитан, едва они оказались в сравнительной безопасности.
- Нет, - хором отчитались и Оксана и доктор.
И лишь один учёный профессор не торопился с категоричным ответом, ощупывая грузное тело, непривычное к необычным, едва ли не звериным передвижениям.
- Мистер Рамирес, всё ли с Вами в порядке? - уточнил офицер Пентагона, так и не дождавшись утвердительного высказывания.
- Кепка! - воскликнула вдруг Бероева, стоявшая ближе всех от научного деятеля. - Джеймс, Ваша кепка?.. В ней обгорелая дырка.
Действительно, верхняя часть его головного убора имела явные следы неровного повреждения, возникшего от прямого воздействия теплового луча, отличавшегося огромной температурой; левая половина полностью испарилась, оставив одни почерневшие края, неровной окружностью окаймлявшие прожжённое нарушение. Не в меру заволновавшись, озабоченный профессор снял испорченную бейсболку, предъявляя ее всеобщему обозрению и открывая чуть подпалённые волосы, в основном чёрные, но частично тронутые лёгкой старческой сединой.
- Вы не ранены, Джеймс? - с нескрываемым сочувствием промолвила участливая брюнетка, подойдя к оторопелому мужчине поближе и напряжённо изучая головную основу.
Убедившись, что кожные покровы остались без видимых повреждений, она облегченно вздохнула и поспешила успокоить удручённого Джеймса:
- С Вами всё в сравнительном порядке, любезный профессор; правда, Вы остались без головного убора... что гораздо лучше, чем лишиться чего-то другого.
- С настоящего момента, считаю, действовать нужно куда осторожнее, - провозгласил военнослужащий элитных войск США. - Кто не согласен?
Таковых не нашлось. Единственно, молодая девушка, в силу физиологических особенностей непримиримой натуры, немного побурчала, но не сильно настойчиво, а лишь так – чтобы хоть чего-нибудь да непременно оспорить.
- Раз обоснованных возражений ни у кого не имеется, предлагаю двигаться в путь, - подытожил убедительный офицер, подавая личный пример к началу движения.
Не упуская из видимого обозрения горную речку, лесные путешественники, из разумной предосторожности, немного углубились в сосновую чащу; теперь они медленно, но уверенно приближались к плоской долине, где беспрепятственно смогли бы преодолеть возникшую перед ними естественную преграду. В ходе продолжительного пути красивая девушка, недавно потерявшая любимого человека, предавалась печальным воспоминаниям. Чтобы совсем не расхля́баться, она решила пококетничать с американским военным и начала́ с того сложившегося условия, что состроила ему игривые глазки.
- Скажи-ка мне, Сэм, пожалуйста, - Оксана буквально сверлила его чарова́вшим взглядом, пытаясь посильнее смутить неприступного капитана, а заодно и согнать с его непроницаемого лица неприветливое выражение «каменной безучастности», - а, ты-то как попал в гиблую, невесёлую экспедицию? То есть… за какие великие заслуги или, напротив, крутые провинности тебя сюда отрядили?
- Не знаю, - немного подумав, ответил бесстрастный военный, - я всегда относился к исполнению порученных обязанностей с должной прилежностью и не позволял себе никаких значительных промахов. Почему я попал сюда? Однозначно ответить трудно… считаю, высшее руководство произвело тщательный, серьёзный отбор, а среди всех многочисленных претендентов окончательный выбор пал на меня, как на самого пригодного и в меру обученного.
- Хорошо, тогда ещё каверзный, неприятный вопросец: ты случайно не являешься – в паре с основной офицерской должностью! – ещё и сотрудником ЦРУ «под тайным прикрытием»? - предусмотрительная брюнетка решила заодно развеять и тягостные сомнения, нахлынувшие от неприятных воспоминаний. - Не то мне тут недавно приходилось работать вместе с одним – таким! – вашим, и, поверь, закончилось там очень и очень плачевно.
- Нет, - произнёс американский военный, изобразив на непроницаемом лице некое подобие натужной ухмылки, - я отношусь исключительно к элитным подразделениям войск специального назначения и подчиняюсь исключительно Пентагону; следовательно, в действительной службе не могу иметь к ЦРУ никакого, даже маломальского, отношения – в общем, насчёт меня, в плане коварного предательства, можешь не волноваться.
- Хотелось бы верить?.. - прошептала Оксана, и… вот тут её левая нога нежданно-негаданно обо что-то споткнулась.
Неосторожной особе, отягощенной нагруженным вещмешком, с превеликим трудом удалось сохранить то шаткое равновесие, что не позволило ей тем же мигом грохнуться оземь, – энергично перебирая заплетавшимися конечностями, она немного пробежала вперёд. Машинально вернувшись назад, чтобы в бесконтрольной горячке пнуть «непочтительный предмет», проявившийся неприятным препятствием, великолепная красавица вдруг, к несказанному удивлению, обнаружила, что тот отливает желтоватым, а ещё и сверкающим блеском. Трепетное волнение, подогреваемое нелепым предчувствием, в то радостное мгновение зараз охватило Бероеву – а уже через пару секунд, освободив уставшие плечи от тяжелой поклажи, опустившись на колени и интенсивно работая обеими милыми ручками, она принялась интенсивно разгребать нечто, что пробивалось прямо из-под благослове́нной земли. Остальные товарищи стояли немного поодаль, молча наблюдая за не слишком адекватным поведением рассудительной спутницы.
- Ксюша, что произошло? - не выдержал общего напряжения заслуженный медик. - Ты в порядке?
- Да, - словно бы отгоняя надоевшую муху, махнула на него вконец ошалевшая девушка, - подождите, Док, пока не до Вас: я тут кое-что обнаружила.
- Интересно, что же её до немыслимой степени смогло взволновать? - спросил он у заслуженного профессора, выражая и крайнее недоумение, и несказанное удивление.
- На планете Земля, а тем более на Аляске, есть только одно, что вот так просто может свести с ума любого, даже истинно дисциплинированного, сотрудника, - спокойно ответил Рамирес, не моргая и глазом.
- Золото, - выдвинул близкое предположение Смит, как и все остальные, не пожелавший пренебрегать глубинным смыслом немаловажной беседы.
- Вы совершенно правы! - воскликнула восхищённая девушка, будто бы вмиг обезумевшая и не помнившая себя от сокровенного счастья. - Это именно тот самый жёлтый металл, способный лишить нормального рассудка кого угодно… идите лучше сюда и посмотрите сами, что я нашла.
Что же увидели остальные члены походной команды, когда подошли к обливавшейся потом довольной Оксане? Из-под разрыхлённой земли, примерно сантиметров на двадцать, выпирал тоненький кончик, сверху окутанный прилипшими листьями и прошлогодней травой; по мере постепенного углубления он становился всё шире и практически не имел окончания.
- Это золотоносная жила, - высказал научное предположение Джеймс, зардевшись алчным румянцем [впрочем, точно так же как и два другие члена команды (и только Смит сохранял привычную беспристрастность)], - она может тянуться на десятки сантиметров, а бывает, и больше. Странное дело, в здешних местах давно уже вроде бы ничего подобного не водилось? Вам сказочно повезло, Ксюша, и Вы наткнулись на дивное диво: здесь целое баснословное состояние!
- Жаль, что у нас нет инопланетного бластера, - сокрушалась Бероева, всеми женскими силами раскачивая торчащий конец и натужно пытаясь обломить от него крайнюю, верхнюю часть, - с его помощью мы враз бы сейчас его отпилили, а после обязательно забрали с собой, не то вон… оно гнётся-гнётся, но отламываться почему-то не собирается.
- Давай я тебе помогу, - пришёл на учтивую выручку американский военный, торопившийся следовать дальше; через секунду он уже энергично раскачивал драгоценный кусок то вправо, то влево, то взад, то вперёд.
Подмога могучего спецназовца оказалась существенной, и не прошло и пары минут усердных трудов, а золотоносная жила наконец поддалась: получилось отломить практически цельный слиток, отличавшийся приличным весом, никак не меньшим двух килограммов.
- Вот, Ксюша, - переда́л Сэмюэль дорогую находку, ничем, к внеплановому, крайне беспечному, делу, не выражая личного отношения, - теперь можно следовать дальше.
- Стой! - запротестовала российская сыщица, никогда ранее не видевшая ничего хоть сколько-нибудь похожего. - А остальное?! Кому мы подземное богатство оставим? Господа учёные, а Вы чего стоите помалкиваете? Поддержите меня! Удачный шанс, счастливый случай, выпадает единственный раз во всей нашей жизни и пренебрегать им, по моему видению, просто-напросто глупо.
