На улицах картина ада в золотой раме. Если бы не праздничное выражение на лицах дворников и городовых, то можно было бы подумать, что к столице подступает неприятель.
...
У одного из подъездов на тротуаре лежит прилично одетый человек в бобровой шубе и новых резиновых калошах… Возле его мертвецки бледного, свежевыбритого лица валяются разбитые очки. Шуба на груди распахнулась, и собравшаяся толпа видит кусочек фрака и Станислава третьей степени. Грудь медленно и тяжело дышит, глаза закрыты…
А. П. Чехов, «Новогодние великомученики»
Новый год в России стали отмечать 1 января с 1700 года по указу Петра I. И что любопытно, существовало целое особое предписание, в котором прямо рекомендовались украшения из сосновых ветвей, и «огненные потехи».
Долго уговаривать народ, как в случае с картошкой, не пришлось, тем более, что затронуло это большей частью городское, а не сельское население, которое хлебом не корми, дай время на потехи и достойный повод.
И хотя вплоть до советской эпохи главным зимним торжеством оставалось Рождество, оно, даже несколько утратив на пороге веков ассоциации с церковью и постом, было скорее таким уютным, домашним праздником. А вот Новый Год еще до революции сумел покорить сердца именно обещанием кутежа.
У нас уже стало традицией кутить в преддверии новогодних праздников в любимой усадьбе.
Почитать про Подвязье можно у меня.
А история борьбы её хозяйки с Левиафином это отдельная тема, про которую хорошо написано здесь.
#holiday
