Анастасия с раннего детства ощущала, что в истории с исчезновением её матери таится что-то гораздо серьёзнее, чем обычное стремление к новой жизни. Ещё будучи ребёнком, она ловила обрывки взрослых бесед, случайные фразы, которые заставляли её размышлять, отчего мама пропала так внезапно и без предупреждения. По официальной версии, Ольга Сергеевна просто ушла, бросив семью на произвол судьбы. Но Анастасия отказывалась в это верить, ведь её мать всегда проявляла заботу и нежность, и такой внезапный уход совершенно не вязался с её натурой. После того случая на кухне, где Екатерина Павловна неосторожно обмолвилась о матери, сомнения девушки только окрепли. Эти слова не выходили у неё из головы, заставляя пересматривать всё, что она знала о своей семье. В конце концов Анастасия решилась на шаг и начала рыться в родительском доме, надеясь отыскать хоть какую-то подсказку, способную объяснить загадку пропажи мамы.
Она часами перебирала всё подряд — старые коробки в шкафах, стопки бумаг на полках, пожелтевшие фотографии, — в надежде наткнуться хотя бы на какую-то зацепку, которая наконец-то объяснит, что же на самом деле случилось с мамой. Прошло уже несколько часов, руки ныли, а надежда таяла с каждой минутой, и вдруг в самом дальнем углу ящика старого комода пальцы наткнулись на маленький пожелтевший конверт. На нём аккуратным почерком было написано: «Ольга». У Анастасии перехватило дыхание — сердце заколотилось так, будто хотело выскочить из груди. Она аккуратно разорвала край и вытащила пачку писем. Руки у неё слегка дрожали, пока она пробегала глазами по строкам. Это были письма от мамы — к её самой близкой подруге, и все они написаны уже после того, как она исчезла.
В них Ольга с отчаянием описывала, как ситуация вышла из-под контроля, как она мечтает вернуться, но не может из-за страха. Письма переполняла боль и сожаление. Анастасия не верила своим глазам, не понимая, как такое могло произойти. Она судорожно схватила эти бумаги, выскочила из дома и бросилась на улицу — только там, под открытым небом, ей хоть немного полегчало, чтобы хоть как-то собраться с мыслями. В голове роилось множество вопросов без ответов.
Екатерина Павловна узнала о находке Анастасии — и страх полностью охватила женщину. Она не могла допустить, чтобы всё выплыло наружу. Она считала, что эта жизнь, которую она создала, останется неизменной навсегда. В состоянии паники Екатерина Павловна набрала номер девушки. Её тон оставался ровным, но в нём сквозила скрытая тревога.
— Настя, нам нужно поговорить, — произнесла она, стараясь держать себя в руках. — Я понимаю, что у тебя накопилось много вопросов, и я готова на них ответить. Давай я приеду к тебе прямо сейчас и всё расскажу по порядку.
Анастасия крепче сжала телефон в ладони. Её сердце стучало от смеси волнения и подозрений. Она не была уверена, стоит ли доверять словам мачехи, но осознавала, что это шанс приблизиться к истине.
— Ладно, приезжай, — ответила она просто.
Минуты ожидания Екатерины Павловны казались Анастасии бесконечными. Девушку раздирали противоречивые чувства, и она отчаянно желала наконец узнать правду. Когда мачеха появилась в гостиной, её взгляд выдавал беспокойство. Анастасия встретила женщину с вымученной улыбкой, предчувствуя, что разговор будет непростым.
— Привет, — протянула она руку, отмечая напряжение в позе гостьи.
— Садись, пожалуйста, Настюша, — предложила Екатерина Павловна, опускаясь в кресло и пытаясь собраться с мыслями. — Этот разговор останется между нами, ладно? Никому не слова.
— Конечно, не скажу, — тихо отозвалась Анастасия.
Екатерина Павловна тяжело вздохнула, словно набираясь сил для откровения.
— Я хочу рассказать тебе об Оле, — начала она, глядя в пол. — Мы с ней были как сёстры, всегда друг друга поддерживали в трудные моменты. Это я познакомила её с Алексеем, и они довольно быстро решили пожениться. Я даже выступала свидетельницей на их церемонии.
Анастасия слушала, не отрывая глаз от мачехи. Всё звучало так гладко и красиво, что казалось нереальным.
— Но потом Алексей стал слишком много времени отдавать работе, — продолжила Екатерина Павловна. — Оля оставалась дома с тобой и Максимом, чувствуя себя забытой и одинокой.
— Но это же не повод просто взять и исчезнуть, — не выдержала Анастасия.
Екатерина Павловна подняла руку, прося дать ей договорить.
— Подожди минутку, дай договорить, пожалуйста, — попросила она. — Когда Оля вышла из декрета, на работе она встретила человека, который начал уделять ей внимание, которого ей так не хватало от мужа. Лишённая тепла и заботы, она решилась на измену Алексею.
Анастасия замерла в шоке. Она никогда не представляла, что её мать могла пойти на такое.
— Мама... как она могла? — прошептала девушка.
— Оля всегда была такой — страстной, ей нужно было много тепла, а Алексей просто полностью ушёл в работу, — объяснила Екатерина Павловна, избегая прямого взгляда. — Он полностью ушёл в свой бизнес. После большого скандала она ушла, попросив нас не искать её, сказала, что ей нужно время всё обдумать.
Анастасия сидела молча. Ей казалось, что мачеха упускает какие-то важные детали. Екатерина Павловна отводила глаза, и это не походило на человека, который делится полной правдой.
— Я пообещала Оле присматривать за тобой, как за родной дочерью, — добавила женщина тихо.
После этих слов она поднялась и направилась к двери, но Анастасия вскочила и преградила путь.
— Мне кажется, ты не всё рассказала, — произнесла девушка твёрдо. — Посмотри мне в глаза прямо сейчас.
Екатерина Павловна подняла взгляд. Её руки слегка сжимались.
Анастасии хватило мгновения, чтобы понять, что история — если не сплошная выдумка, то точно лишь часть правды.
— Ты вернёшься в то кресло и расскажешь мне всё без утайки, — потребовала Анастасия. — Поняла?
Екатерина Павловна обречённо кивнула и вернулась в комнату.
Катя и Оля были неразлучны ещё со школьных лет. Они проводили вместе уроки, перемены, праздники и справлялись с любыми трудностями плечом к плечу. Девушки доверяли друг другу самое сокровенное, и за все годы их дружбы не возникло ни одного секрета. Они даже выбрали один университет и оказались в одной группе. Однажды, когда подруги спешили на автобус после занятий, Оля неудачно подвернула ногу.
— Ой! — вскрикнула она, ощутив резкую боль. — Я не могу ступить.
Она попыталась сделать шаг, но боль пронзила лодыжку.
Катя сразу подбежала к ней.
— Что случилось? — спросила она, осматривая ногу подруги.
— Подвернула, — простонала Оля, стараясь не заплакать от боли.
Катя огляделась вокруг, но никого знакомого не увидела. Она знала, что нужно действовать быстро.
— Нам надо в травмпункт, он здесь неподалёку, — решила она уверенно. — Но ты не сможешь дойти сама. Как быть?
Оля с беспокойством посмотрела на подругу.
Катя не стала медлить и заметила проходящего мимо студента — высокого парня с рюкзаком на плече, выглядевшего крепким.
— Эй! — окликнула она его громко.
Парень остановился, не сразу поняв, что зовут его.
— В чём дело? — отозвался он, поворачиваясь к Кате.
— Помоги, пожалуйста, — взволнованно сказала она, подходя ближе. — Моя подруга сильно подвернула ногу, и нам не добраться до травмпункта. Ты мог бы её донести?
Парень удивлённо взглянул на Олю, которая сидела на скамейке, которая сдерживала слёзы.
— Конечно, помогу, — согласился он и подошёл к Оле. — Давай, я тебя подниму, держись за меня.
Он осторожно подхватил её под локти, а потом взял на руки, словно она была лёгкой, как перышко. Оля покраснела от смущения, но крепко обхватила его за шею, боясь поскользнуться.
— Спасибо огромное, — поблагодарила Катя. — Я Катя, а это Оля. А тебя как зовут?
— Алексей, — коротко представился парень, слегка улыбнувшись.
— Очень приятно, Алексей, — ответила Катя с улыбкой. — Спасибо огромное, ты нас просто выручил.
— Спасибо, — тихо добавила Оля, чувствуя, как сердце ускоряет ритм.
С того дня их жизни изменились. Чувства Оли и Алексея развивались стремительно. Дружеские встречи скоро переросли в романтические свидания, робкие улыбки — в влюблённые взгляды. Не прошло и года, как Алексей предложил Ольге руку и сердце. Катя, видя, как расцветают отношения подруги и Алексея, искренне радовалась за них, хотя внутри росло ощущение одиночества и пустоты. В день свадьбы Оли Кате стало особенно тоскливо. Но когда настал момент тоста, она сумела собраться и сказать трогательные слова.
— Дорогая Оля и Лёша, — начала она, улыбаясь, несмотря на дрожь в голосе от эмоций. — Ребят, я вас давно знаю, и честно скажу — вы правда классно друг к другу подходите. Пусть всё у вас будет хорошо.
Она сделала паузу, глядя на счастливые лица друзей.
— Вы правда классно друг другу подходите, — продолжила Катя. — Живите в счастье и согласии.
Она подняла бокал.
— За Олю и Алексея! — воскликнула она, и гости эхом поддержали, звеня бокалами и смеясь.
Брак Оли и Алексея начинался как обычный студенческий союз. Они ютились в тесной комнате общежития, окружённые стопками книг, тетрадей и сковородками для простых ужинов. Несмотря на бытовые неудобства, они чувствовали себя счастливыми. Им казалось, что вместе они преодолеют любые преграды. Однако скоро пришли взрослые заботы. На третьем курсе Оля узнала о беременности. Молодые люди обрадовались, но и встревожились. После рождения дочери Анастасии Ольга взяла академический отпуск и полностью посвятила себя малышке, пока Алексей продолжал учиться.
Постепенно их быт менялся. Алексей устроился в солидную компанию, и с первой серьёзной зарплаты они сняли маленькую квартиру. Это стало настоящим счастьем — их первый собственный угол. Алексей начал зарабатывать больше, и вскоре они перебрались в жильё попросторнее. Оля завершила университет, а потом узнала о второй беременности. После появления сына Максима она снова ушла в декрет. Но это не пугало, ведь у них имелось всё необходимое: семья, стабильный доход и перспективы, которые казались яркими.
Вскоре ситуация изменилась. Алексей, такой внимательный в начале, всё чаще задерживался на работе. Его карьера набирала обороты. В итоге он рискнул и открыл собственное дело. Теперь его дни заполняли встречи, звонки и планы. Бизнес быстро стал приносить хороший доход, и семья переехала в дом в пригороде. С виду у Оли было всё, о чём мечтают: уютный дом, надёжный муж, двое замечательных детей. Но с каждым днём она ощущала растущую пустоту.
Алексей погрузился в дела, и даже в редкие совместные вечера Оля чувствовала отчуждение.
— Ты заметила, как он изменился? — спросила она Катю однажды за чашкой чая в кафе.
— Оля, он просто завален работой, — вздохнула подруга, помешивая напиток. — Бизнес — это серьёзно, ты же понимаешь, сколько на него свалилось. Но он тебя любит, разве нет?
— Я знаю, — ответила Оля, не отрывая глаз от чашки. — Но иногда мне кажется, что нас как пары больше нет. Остались только он с его проектами и я как опора в тылу. Я хочу быть чем-то большим, чем просто жена и мама.
Она замолчала, чувствуя ком в горле.
— Тогда найди себе занятие, — предложила Катя, чуть улыбаясь. — Ты всегда была полной идей. Может, вернёшься к учёбе или поищешь подработку?
— Да, наверное, — вздохнула Оля. — Только когда? С двумя детьми, домом и всеми этими хлопотами. Всё лежит на мне, а Алексей вечно занят.
Катя попыталась утешить её, но Оля понимала, что слова не меняют реальности. Она обожала детей и мужа, но всё чаще ловила себя на мысли, что теряет себя в рутине. Повседневность поглощала её целиком. Внутри росло ощущение, что она растворяется в заботах о других, теряя собственные мечты и стремления. Каждый день повторял предыдущий: утренние сборы детей, домашние дела, короткие передышки и ожидание Алексея, который часто возвращался за полночь.
— Я так больше не выдержу, — прошептала Оля себе, сидя на террасе дома и глядя на закат.
Солнце скрывалось за горизонтом, и она чувствовала, что с ним уходит ещё один день, потраченный впустую. Она осознавала, что изменения необходимы, но не знала, с чего начать.
Когда Оля впервые заговорила с Алексеем о желании выйти на работу, она наткнулась на сопротивление.
— Зачем тебе это? — удивлённо спросил муж, хмуря брови. — У нас всё есть. Ты занимаешься домом и детьми, я обеспечиваю. Что тебя не устраивает?
— Лёша, я схожу с ума от этой рутины, — ответила Оля, стараясь говорить спокойно. — Я люблю наших детей, но мне нужно быть ещё кем-то, развиваться, чувствовать себя полезной вне дома. Мне это необходимо.
Муж тяжело вздохнул и подошёл к окну.
— А кто будет с детьми, пока ты на работе? — поинтересовался он холоднее. — Няня? Я не хочу оставлять их на постороннего человека.
— Алексей, пожалуйста, — умоляюще посмотрела на него Оля. — Я не прошу полного дня. Найду что-то на полставки. Я чувствую, что теряю себя здесь.
Он молчал, глядя в окно. После долгой паузы Алексей наконец отозвался:
— Ладно, но только на полставки, и няню я сам подберу, если без неё никак.
Оля почувствовала облегчение, словно груз свалился с плеч. Ей было важно получить согласие мужа. Хотя она видела, что он не в восторге, она благодарна ему за уступку.
Так Оля оказалась в издательстве. Это место стало для неё настоящим спасением. Она устроилась в отдел переводных книг и занималась редактурой текстов.
Каждый день Оля с радостью спешила на работу и наконец ощущала себя полноценной личностью, с энтузиазмом берясь за любое поручение.
— Как прошёл день? — часто интересовалась Катя по телефону, набирая номер подруги после обеда.
— Я в полном восторге, — отвечала Оля, и в голосе было слышно, как она улыбается. — Снова чувствую, что живу полной жизнью. Эти статьи и тексты дают мне такой заряд энергии, будто я заново обрела себя и своё место в мире.
Жизнь молодой женщины заиграла свежими оттенками, хотя Алексей всё ещё смотрел на её работу с долей недоверия, но она научилась не замечать этого. Она вновь нашла своё призвание за пределами дома и семьи. Пусть это занимало всего несколько часов в сутки, но они приносили ей ощущение независимости и удовольствия, которых так недоставало раньше.
Однажды прямо посреди рабочего дня к Оле приблизился коллега из редакции. Он остановился у её стола и наклонился ближе.
— Оля, у нас тут срочное задание, — сказал он, перекладывая стопку бумаг из одной руки в другую. — Нужен толковый переводчик для интервью с известным американским актёром, который сейчас снимается в нашем городе. Сможешь взять на себя?
Оля на миг замерла, не ожидая подобного предложения. Она обожала свою работу, но с таким видом перевода ещё не сталкивалась. Внутри вспыхнул интерес.
— Конечно, — улыбнулась она, чувствуя прилив возбуждения. — Когда именно нужно начинать?
— Завтра с утра, интервью в студии, — пояснил коллега. — Уверена, что справишься?
— Без вопросов, — кивнула Оля.
Продолжение :