Как мошенники провели бабу Ягу.
Новый год в лесу – дело хлопотное. Ёлки наряжать, угощения готовить, да и гостей принимать надо. Вот и Баба Яга, хоть и вредная порой, но к празднику готовилась. Избушка на курьих ножках блестела чистотой, а в печи трещали поленья, обещая ароматные пироги. Вдруг – стук в дверь. Да не простой стук, а такой, будто кто-то с разбегу в неё врезался.
Открывает Яга, а на пороге – Леший, весь в инее, и Кощей Бессмертный, с лицом бледным, как снег.
– Здравствуй, Ягуся! – прохрипел Кощей, пытаясь улыбнуться, но получилось скорее похоже на оскал. – С наступающим Новым годом тебя!
– С наступающим годом, Ягуся! – подхватил Леший, размахивая корявой веткой. – Мы тебе новостей принесли – неприятные!
Баба Яга, хоть и была ведьмой опытной, но любопытство взяло верх. Впустила гостей, усадила за стол, налила им по чарке мухоморового настоя.
– Ну, рассказывайте, что за новости такие? – спросила она, подозрительно щурясь.
– Да вот, Ягуся, – начал Кощей, понизив голос до шепота, – по лесу слух пошёл… Налоговая инспекция объявилась! Представляешь? Ищут, значит, незаконные накопления, конфискуют всё!
Баба Яга аж поперхнулась пирогом. – Налоговая? В нашем лесу? Да быть такого не может!
– А вот и может! – поддакнул Леший. – Говорят, они даже у самого Водяного нашли клад, который он ещё от прадеда своего прятал!
Сердце у Бабы Яги ёкнуло. Всю жизнь она копила! Сундук её, набитый доверху золотыми монетами, самоцветами и всякими диковинными безделушками, был её гордостью и тайной.
– Ох, горе мне! – вскинула она руки. – Что же делать-то мне, старой?
Кощей хитро прищурился.
– Не печалься, Ягуся. Мы ведь друзья, верно? Так вот, в соседнем лесу, говорят, новый банк открыли. Очень надёжный. Там твои накопления в полной безопасности будут. Сдай им свой сундук на хранение!
Баба Яга, вытаращив глаза кивнула. – Банк? На хранение? А как же я сундук-то унесу? Он же тяжёлый, мне, старой, не донести!
– Так мы поможем, Ягуся! – тут же подскочил Леший. – У нас на опушке Змей Горыныч ждёт. Он мигом твой сундук довезёт. Не переживай!
Не успела Баба Яга и глазом моргнуть, как Леший с Кощеем схватили её драгоценный сундук и, пыхтя, понесли к опушке. Там, действительно, сидел Змей Горыныч, развалившись на снегу, и лениво потягивался. Сгрузили они сундук на одну из его голов, и, пожелав Бабе Яге «спокойного Нового года», улетели восвояси, оставив её одну на опушке.
Вернулась она в свою избушку. Сидит, думы думает. И тут её осенило
…Только сейчас до нее дошло, что ни адреса банка, ни документа никакого не подписала. Ни чека, ни расписки, ни даже простого «спасибо» не получила.
«Ох, я карга старая, совсем нюх потеряла!» – запричитала она, хватаясь за голову. – «Разве ж можно так доверять этим двум проходимцам!»
Недолго думая, Баба Яга вскочила на свою верную метлу. – На опушку, метла, лети! – скомандовала она. Метла послушно взмыла в воздух, и ведьма понеслась над заснеженным лесом, высматривая ту самую опушку, где, по словам Кощея, находился банк.
Но сколько она ни кружила, сколько ни всматривалась, никакой опушки с банком не обнаружила. Только голые деревья, сугробы и тишина. Пусто. Пригорюнилась Баба Яга, слезы навернулись на глаза. Прилетела она обратно в свою избушку, села у окна и залилась горькими рыданиями.
А мимо в это время Иван-царевич, то есть Иван –дурак шел. За елкой в лес пришел, да так увлекся выбором самой пушистой, что и заплутал. Идет, бормочет себе под нос, негодует. Тропинки все замело снегом. Вдруг слышит – вой по всему лесу разносится. Такой протяжный, жалобный.
«Волки, что ли, опять на охоту вышли?» – встревожился Иван, ускоряя шаг.
И вдруг, сквозь деревья, увидел свет в окнах. То избушка Бабы Яги светилась, дым из трубы валит, а оттуда вой доносился еще громче. Иван, хоть и был дурак, но любопытный. Поднялся он по скрипучим ступенькам, дернул за дверь. Дверь со скрипом отворилась, и на пороге предстала рыдающая Баба Яга.
–Что завываешь, Баба Яга? – спросил Иван, удивленно оглядывая её. – Аль случилось что?
– Как не случилось! – всхлипнула Яга, вытирая слезы подолом. – Кощей с Лешим обокрали меня! Мошенники эдакие! Сундук с драгоценностями умыкнули. Да не так драгоценности мне жалко. Дело наживное, как зеркальце волшебное, которое на дне сундука я прятала от нечистых глаз.
Иван почесал затылок. –Да как же ты могла позволить с тобой так поступить-то? Ты ж ведьма!
– Ой, Иванушка, – вздохнула Баба Яга, – будто морок на меня навели. Ничего не понимала. Страх один в сердце закрался. Он –то меня и сгубил. Видать, стара я стала, доверчивая да сентиментальная. Совсем в нечести разбираться разучилась. Помоги, Иванушка, что хочешь, всё исполню, только верни мне мой сундук. Там вся жизнь моя! Зеркальце в том сундуке на донышке припрятано волшебное. Я как посмотрюсь в него, так молодость вторая приходит. А теперь, что со мной будет-то?– и вновь заголосила.
Иван растерялся.
–Да как же я смогу помочь-то, чем? Я и знать не знаю, где мне искать-то теперь Кощея с Лешим. Видать, на Мальдивах уж загорают под пальмами, коктейли попивают!
Достала баба Яга блюдо серебряное, плоское такое. Из-за пазухи яблочко золотое и бросила яблоко на то блюдо широкое. Забегало, закружилось яблочко по блюду серебрянному и вдруг картинка живая появилась. Летит змей Горыныч, а верхом Кощей с Лешим сидит и сундук держат.
– На остров Буян видать направляются, ироды такие. Там их найдешь, – пробуробила баба Яга.– Но, вначале тебе надобно в одно место слетать.
– Куда? – удивился Иван.
– Ох, милок, – запричитала Баба Яга, – за семью горами, и морями терем высокий на горе стоит. А в башне того терема девица красавица возле окна сидит. Велено ей сторожить смерть Кощееву, которая в игле схоронена. Марьей-искусницей зовут. Только она знает, где смерть Кощеева спрятана. Как добудешь иглу, тогда под страхом смерти Кощей сразу вернет мой сундук. Только вот беда, чип он Марьюшке какой-то в шею вмонтировал, она стала совсем другая. Послушная, из дома никуда не выходит. А когда он по делам уезжает, то тот чип включает и она как остолбенелая сидит, слова вымолвить не может.
– Так вот, Иванушка, – продолжила Баба Яга, – если ты сможешь туда добраться и разблокировать этот чип, Марья тебе всё расскажет, где Кощеева смерть спрятана. А там и сундук вернуть будет несложно!
Иван, хоть и был Иваном, но не совсем дураком. Он понимал, что дорога дальняя, опасная.
– Неее, Баба Яга, не согласен я! – решительно сказал он. – Семь гор, семь морей… Это ж сколько времени займет! А у меня ёлка ещё не наряжена!Да Новый год уже не за горами.
Баба Яга, видя его решительный отказ, упала ему в ноги.
–Умоляю, Иванушка! Ты же добрый молодец! Помоги мне, старой, вернуть жизнь мою молодую!
Ивану стало жаль старушку. Да и любопытство взяло верх. – Ладно, – вздохнул он. – Но как же я доберусь-то? Пешком не дойду, а на зайце – далеко!
Баба Яга тут же оживилась. – Ты милок не бойся! У меня метла реактивная с навигатором припасена для таких случаев. Ты вмиг найдешь тот терем. Тебе лишь нужно разблокировать тот чип. А Марья-то сразу тебе поведает, где смерть Кощеева спрятана. Ну лети, голубок! Только не забудь сказать заклинание:
На слова «Земля, прощай» — метла взлетит,
На слова «В добрый путь» — к цели полетит.
А когда прилетишь, скажи: «Дом, родимый, здравствуй!» —
И метла сядет мягко, как пушистый снег!
Баба Яга достала метлу реактивную из чулана и протянула её Ивану.
— На, держи, родимый, метлу реактивную. И помни, Иванушка, главное – не забудь чип снять с Марьи. Иначе тебе не узнать, где смерть Кощеева находится. Иван сел на метлу, поблагодарил Бабу Ягу и, сказав заветные слова, взмыл в небо. Метла послушно понесла его над лесом, а затем и над бескрайними просторами. Иван, следуя указаниям навигатора, летел всё быстрее и быстрее.
Иван-дурак и спасение Марьи-искусницы.
Не прошло и пяти минут, как на заснеженной горе у старой сосны показался высокий терем. А в башне того терема окно светится, и в окне сидит красавица, что не в сказке сказать, ни пером описать. Влюбился Иван с первого взгляда. Сердце аж защемило, в глазах потемнело.
– Место навигации определено. Вы добрались до места прибытия, – металлическим голосом объявил навигатор на метле, но опускаться на землю не собиралась.
Он кружил над теремом, верхом на метле, словно неприкаянная душа, потерянная в водовороте своих мыслей. Раз за разом описывая бессмысленные круги, он никак не мог приземлиться.
«Что ж шептала Яга? Какой это заговор?» — в отчаянии ломал голову Иван, стремясь схватить ускользающее воспоминание. Сколько еще этот безумный веник будет мотать меня над теремом? В глазах рябит, как будто угодил на ярмарочную карусель.
– Ах, вот, вспомнил, башка дырявая! – Иван сокрушенно хлопнул себя по лбу. – Терем, поклон тебе!
В ответ, взревев, метла дала ускорение и яростно стала выписывать в морозном воздухе причудливые пируэты.
– Терем, здравствуй! – взмолился Иван, чувствуя, как кровь отливает от лица. Но метла, словно заевшая пластинка, твердила одно и то же:
– Место навигации определено. Вы добрались до места прибытия.
– Да слышу я, слышу! Опускайся давай на грешную землю. Что за оказия такая!
И ведь не спрыгнешь – улетит потом этот реактивный огрызок невесть куда, и как тогда домой добираться, спрашивается?
Еще минут пятнадцать, словно ястреб, кружащий над гнездом, Иван выматывал пространство вокруг терема, пока вдруг не осенило: «Дом родимый, здравствуй!» – и метла, словно подкошенная, камнем рухнула вниз, пропахав землю и взметнув столб снега, залепив его лицо.
Иван отряхнул клочки снега с лица, пригладил взлохмаченные волосы и ступил за порог терема. Метлу с собой взял, через плечо перекинул, боясь, что вдруг улетит она без него.
Там, перед ним словно диковинный зверь, взметнулся ввысь эскалатор, мгновенно доставив его на самый верх башни. Приблизился он к Марье-искуснице, поклонился в пояс, поприветствовал. Но она, казалось, пребывала в забытьи. В руках держала ткань, в пяльцы скрепленную, вышивала картину диковинную. Пальцы её, тонкие и изящные, словно бабочки, порхали над тканью, колдуя иглой, рождая дивную картину сыночка своего. Тяжко мастерице в заточении, сердце изнывает по сыну, и каждая ниточка, проходя сквозь её скорбь, вышивает не просто портрет, а живой лик.
Иван коснулся её плеча, но Марья не шелохнулась. Недвижимая, словно изваяние прекрасной статуи, сидит, казалось отрешённая от мира сего. В памяти всплыли слова бабы Яги о таинственном чипе, сокрытом где-то на шее. Иван обошёл Марью, внимательно изучая плавный изгиб её шеи, и вдруг заметил – там, у самой кожи, мерцала крошечная бисеринка, словно затаившаяся искорка.
Подумав, Иван осторожно нажал пальцами на кожу, словно пытаясь выдавить прыщ опостылевший, и в тот же миг из нежной плоти выпрыгнул крошечный чип.
Вмиг очнулась Марья-искусница. Узрев доброго молодца, румянец робко тронул её щеки, и тихий голос, словно трель лесной птички, нарушил тишину.
– Кто ты, добрый молодец, и как оказался в этой глуши, где и зверь не бродит, и птица не летает? Как удалось тебе добраться до этих мест? Ох, сколько молодцев отважных приходило, да ни один не смог меня спасти, – проворковала Марья, отложив в сторону свою дивную вышивку.
Иван, словно громом пораженный, опустил очи дополу, и алый румянец вспыхнул на его щеках, словно мак в поле, от одного лишь взгляда на её неземную красоту.
– Я Иван, - представился он. – Родом из деревни Вобля. Пошёл в лес за ёлкой да заблудился, – промолвил он, запинаясь.
– Знаю я твою деревню. Далековато то будет, – залилась звонким смехом Марья-искусница, словно колокольчик зазвенел в избе. – Да у нас отродясь ёлки не росли, лишь дубы вековые небо подпирают. Как же тебя занесло в такую даль за новогодней красавицей?
– Да нееет, – замялся Иван, густо покраснев. – Ты не так поняла. Вечно вы, женщины, не дослушав, сами додумываете, – с обидой пробормотал он.
– Ладно, не гневись, – тихо промолвила Марьюшка и вдруг, словно очнувшись, пала в поклоне к ногам Ивана. – Благодарю тебя, Иван. Спас ты меня! Проси чего хочешь, только забери меня поскорее отсюда. Сыночек мой дома заждался, – с тревогой выдохнула девица, будто очнувшись от долгого сна.
– Мне ничего не нужно, кроме одного. Скажи, где смерть Кощеева хранится?
Марьюшка тут же не тая рассказала и указала на высокую ель.
– Там, на самой макушке, в ларце, игла спрятана. В ней и заключена смерть Кощеева. Но зачем она тебе? – поинтересовалась она.
Иван не стал таить правду и поведал, как Кощей и Леший обманом завладели сокровищами Яги.
Спустились они с Марьюшкой во двор, к той самой высокой ели. Сел Иван с Марьюшкой на метлу, закрепил ее покрепче к сидушке, чтоб не упала и произнес заклинание. Взлетела метла к самой макушке дерева. Там и увидели ларец. Снял Иван его, открыл – а в ларце лежит золотая игла, переливающаяся яркими цветами. Взял он иглу, приколол к рубахе и полетели они к избушке Бабы Яги. Решил Иван отвезти Марьюшку в безопасное место, а затем уже отправиться на поиски Кощея с Лешим.
Баба Яга рада была, что Иван справился с ее поручением. Приветила она Марьюшку и велела Ивану Кощея искать.
Марьюшка забеспокоилась: – Ванюшенька, будь осторожен, Кощей хитрый.
– Не бойся, Марья, не дурак чать, понимаю.
Сел он вновь верхом на метлу, настроил навигатор на остров Буян и помчался.
Справедливость на острове Буяне
А в это время, на берегу тёплого моря, где ласковые волны острова Буяна нежно целовали золотой песок, Кощей с Лешим, довольные своей добычей, уже приземлились. В их руках был увесистый сундук, а в глазах – предвкушение скорого дележа сокровищ.
– Ну что, Леший, неплохо провернули дельце! – хвастался Кощей, потирая свои костлявые руки. – Старушка совсем оскудела разумом от старости! Даже не поняла, как мы её обвели вокруг пальца!
– А то! – согласился Леший, потягиваясь и разминая свои ветвистые конечности. – Теперь можно и отдохнуть. Может, на Мальдивы махнем? Или на Бали? Да с таким сокровищем мы славно заживем!
Их мечты о безмятежном отдыхе и безграничных наслаждениях были прерваны внезапно. Небо, ещё недавно ясное и голубое, вдруг потемнело, словно предвещая грозу. И с оглушительным рёвом, рассекая воздух, на пляж спикировала… метла! А на ней, крепко держась, сидел Иван.
– Эй, вы, мошенники нечистивые! – крикнул Иван, спрыгивая с метлы с ловкостью опытного наездника. – Отдавайте сундук Бабы Яги!
Кощей и Леший опешили. Их самодовольные улыбки сменились недоумением, а затем и злобой.
– Ты кто такой, смертный? – прошипел Кощей, его глаза сверкнули недобрым огнём. – И как ты сюда попал? Неужто на метле прилетел?
– Я Иван, и я прилетел за справедливостью! – ответил Иван, его голос звучал твёрдо и решительно. Он крепко сжимал в руке иглу Кощея, ту самую, что давала ему бессмертие.
Завязалась битва. Кощей, забыв о своих планах на тропический отдых, пытался колдовать, насылая на Ивана заклятия и проклятия. Леший же, прикрывая своего сообщника, пугал Ивана своими ветками, пытаясь запутать и остановить. Но Иван, ловко уворачиваясь от магических ударов и хлещущих ветвей, действовал решительно.
Чувствует, как силы его уже покидают. С предсмертным криком: «Во имя справедливости!» – Иван выхватил иглу, намереваясь сломать её и положить конец злодейству. Но в этот миг, словно удар грома, ветвь Лешего обрушилась на его руку, и игла, вырвавшись из ослабевшей хватки, полетела в морскую пучину, на дно морское.
– Что ты натворил! – взревел Кощей, его голос дрожал от ярости и отчаяния. – Где я теперь её найду? Да я и плавать-то не умею!
Но не успел его вопль стихнуть, как море взбесилось. Зашумело, вздулось, забурлило, словно кипящее молоко. Вой, подобный стону раненого зверя, пронёсся над его волнами. В яростном порыве огромная волна обрушилась на берег, и из пенного хаоса, словно видение, возникли:
«В чешуе, как жар горя,
Тридцать три богатыря,
Все красавцы удалые,
Великаны молодые,
Все равны, как на подбор,
С ними дядька Черномор».
– Ну, попался, злыдень костлявый! – прогремел голос Черномора, словно рокот приливной волны. В руках иглу Кощееву держал. – Сколько ты горя принёс земле русской! Долго мы выслеживали твою погибель. Да видно, сама она к нам в руки приплыла.
Как ни молил Кощей о пощаде, как ни вымаливал свою иглу, Черномор оставался непреклонен. Поднял он смертоносный символ над головой и с хрустом разломил его надвое. В тот же миг, лишившись живительного источника, Кощей обернулся горстью пепла. И ветер, словно оплакивая падение злодея, подхватил его бренные останки и развеял над островом Буяном, разметав по свету последнее напоминание о злом чародее.
Леший, увидев это, в ужасе бросился бежать. Его зелёная кожа побледнела, а ветви затрепетали от страха. Но морские богатыри схватили перепуганного Лешего и, крепко связали его руки.
– Благодарим тебя, Иван, за избавление от Кощеевой напасти. Проси же, чего душа твоя пожелает, – пророкотал Черномор голосом, подобным гулкому раскату грома.
– Ох, тяжеловат сундучок, боюсь, не поднять мне его да на метлу не взгромоздить. Как же его, родимого, до избушки Яги дотащить? – в задумчивости пробормотал Иван, почесывая затылок.
– Не кручинься, Иван, найдется средство твою ношу доставить, – лишь обронил Черномор, как в воздухе, словно из ниоткуда, возник диковинный летучий корабль.
Плавно, как лебедь на воду, опустился он на берег. Иван тотчас, не мешкая, закинул метлу свою реактивную на борт, бережно к борту привязал, чтобы в пути не растерять. А богатыри морские подняли сундук и помогли Ивану опустить его на корабль.
И тут из кустов, словно дикий зверь, выскочил Леший и, заливаясь слезами, начал молить о пощаде. Умолял не бросать его на острове Буяне. Клялся больше не заниматься мошенничеством, не дурить головы старушкам. Обещал верой и правдой служить, говорил, что дома его малые дети ждут, да и лес без него осиротеет.
Сжалился Иван над несчастным и погрузил Лешего на корабль.
– Как же управлять такой диковиной? – внезапно спросил Иван, оглядываясь внутри волшебного корабля.
– Да проще простого, тот же пароль, что и на метле твоей. Программа-то одна на все чудеса, – Черномор усмехнулся в бороду. – Ну, лети, птаха.
– Прощайте, други славные! – крикнул Иван на прощание и, зажмурившись, произнес заклинание: – Земля, прощай! – И корабль, словно птица, взмыл ввысь.
Возвращение.
Сундук, некогда похищенный у Бабы Яги, вернулся в её ветхую избушку на курьих ножках. Старуха, сгорбленная и морщинистая, с трудом подняла тяжёлую крышку. Внутри, среди драгоценностей, лежало её сокровище – старинное зеркальце.
Едва она взглянула на своё отражение, как произошло чудо. Морщины разгладились, седые волосы заблестели чёрным, а глаза засияли юношеским блеском. Баба Яга помолодела лет на сто, став вновь той красавицей, какой была в молодости.
– Ну, теперь и на бал можно смело ехать, – провозгласила баба Яга, радуясь своему отражению.
Она была так благодарна Ивану, что подарила ему не только самую пушистую ёлку, но и целый мешок золотых монет.
А Леший, лишившись накоплений, впредь был вынуждены работать на Бабу Ягу, чистить её избушку и собирать для неё мухоморы. И с тех пор он больше никогда не занимался мошенничеством, ведь даже в сказках справедливость всегда побеждает!
А Марья-искусница, сердце которой трепетно рвалось к своим детям, поспешила к дому своему.
Сердце Ивана навеки плененное девицей-красой защимило, не хотел он расставаться с Марьей-искусницей. Посадил он ее на летучий свой корабль и полетели они к дому Марьи.
Не успела Марья открыть калитку, как из дому выбежал постреленок годков пяти и бросился в объятия матери.
А Иван повесив голову, было хотел уходить, как вдруг Марья остановила его.
– Куда же ты, Иванушка. Оставайся. Люб ты мне, – тихо произнесла она.
Обрадовался Иван и припарковав свой летучий корабль на хозяйском дворе, остался он с красавицей, не в силах противиться любви.
И вот уже, убранная разноцветными игрушками елка, искрилась в свете очага, возвещая Новый год.
Не заставила себя ждать и свадьба. И вскоре дом наполнился звонким смехом еще троих ребятишек.
И стали они жить поживать, да добра наживать. Жили они долго и счастливо, словно и не бывало в их жизни ни горя, ни печали. Каждый день был им в радость, каждое мгновение – бесценно.
Тут и сказки конец, а кто читал, тот молодец.
Благодарю всех за внимание и до скорых встреч в Новом 2026 году!
Пусть год будет полон радостных моментов. Желаю крепкого здоровья и счастья! Пусть удача всегда будет с вами! С новым годом, с новыми возможностями!😄🎄🥂🎄🌟🎄🎠🎄🎅🎄🥂