– А ты в город сегодня не собираешься? – голова соседки показалась над забором так внезапно, что Елена вздрогнула и чуть не выронила лейку с водой на свои любимые гортензии.
Елена тяжело вздохнула, стараясь сделать это незаметно, и выпрямилась, разминая затекшую поясницу. Утро только начиналось, солнце ласково золотило верхушки сосен, окружавших их дачный поселок «Рассвет», и меньше всего на свете хотелось сейчас вступать в диалог с Зинаидой Павловной. Но соседка уже нависла над штакетником, поправляя выбившуюся из-под косынки прядь крашеных в цвет воронова крыла волос, и улыбалась той самой улыбкой, за которой обычно следовала просьба, отказать в которой было почему-то стыдно.
– Доброе утро, Зина, – вежливо отозвалась Елена, ставя лейку на дорожку. – Вообще-то не планировала. Мы с Витей хотели сегодня беседку докрасить, пока погода стоит сухая. А что случилось?
– Ой, Леночка, да беда прямо, – Зинаида махнула рукой, и ее крупные браслеты звякнули, нарушая утреннюю тишину. – У меня газ в баллоне закончился, представляешь? Чайник не вскипятить, обед не сварить. А вечером дети обещали приехать, внуков привезут. Как я их встречу? На сухом пайке?
Елена прикусила губу. Это была классическая схема Зинаиды: создать проблему, дотянуть до последнего, а потом переложить решение на плечи ближнего своего.
– Зин, так доставка газа по вторникам ездит, – напомнила Елена. – Сегодня же пятница. Ты же знала, что баллон легкий уже.
– Да завертелась я! То огурцы, то давление скачет, сама знаешь, возраст у нас уже не девичий, – соседка картинно приложила руку к груди. – Лен, ну выручи, а? Ты же на машине. Тут до заправки всего ничего, километров пятнадцать. Ну что тебе стоит? А я тебе огурчиков соленых дам, у меня в этом году удались, хрустящие, с горчичкой.
Елена посмотрела на дом, где на веранде муж Виктор уже расставлял банки с краской и кисти. Он так ждал этих выходных, чтобы спокойно поработать, без суеты. Но оставить соседку без газа перед приездом детей совесть не позволяла. Елена была человеком того воспитания, где отказ в помощи считался чуть ли не смертным грехом, даже если просящий откровенно садился на шею.
– Ладно, – сдалась она, чувствуя привычное раздражение на саму себя. – Сейчас переоденусь и поедем. Только, Зина, давай быстро. У меня дел по горло.
– Конечно-конечно! – просияла соседка. – Я мигом, только баллон выкачу к калитке! Ты ангел, Леночка, просто ангел!
Через двадцать минут серый кроссовер Елены выезжал из ворот товарищества. В багажнике гулко перекатывался пустой газовый баллон, а на пассажирском сиденье, широко расставив ноги и обмахиваясь веером, восседала Зинаида. От нее густо пахло сладкими духами и жареным луком.
– Кондиционер бы посильнее, Ленок, – скомандовала она, едва они выехали на трассу. – Душно сегодня, сердце прямо из груди выскакивает.
Елена молча прибавила холод. Она знала, что сейчас начнется вторая часть марлезонского балета – сопутствующие просьбы. И не ошиблась.
– Слушай, раз уж мы все равно едем, давай к рынку свернем? – как бы невзначай бросила Зинаида, глядя в окно. – Там фермеры сегодня свежину привозят. Мне бы мяска на шашлык взять, зятя порадовать. А то в местном магазине одни кости да жилы, смотреть страшно, не то что есть.
– Зина, мы договаривались только на заправку, – твердо сказала Елена, не отрывая взгляда от дороги. – Крюк в другую сторону, еще полчаса времени.
– Да какой там крюк! Пять минут делов! – возмутилась соседка. – Тебе что, жалко? Бензин я оплачу, не переживай. Ну пожалуйста, Лен. Неужели ты хочешь, чтобы я гостей магазинной тушенкой кормила?
Это «бензин я оплачу» Елена слышала за последние пять лет раз сто. На деле это всегда заканчивалось либо «ой, у меня только крупные, потом разменяю», либо вручением банки варенья, которое в семье Елены никто не ел. Но спорить не было сил. Проще заехать, купить и забыть, чем слушать нытье всю обратную дорогу.
На рынке Зинаида преобразилась. Она коршуном летала между рядами, щупала мясо, торговалась до хрипоты, заставляла продавцов срезать каждый грамм жира. Елена переминалась с ноги на ногу, поглядывая на часы. Прошел час.
– Ну все, взяла шею, отличная, парная! – Зинаида победно потрясла увесистым пакетом. – Ой, а вон там помидоры, смотри какие, бычье сердце! Лен, у меня рук не хватает, подержи пакет, я сбегаю выберу.
Елена, вздохнув, взяла жирный пакет. «В последний раз», – думала она, чувствуя, как липкий полиэтилен прилипает к пальцам. – «Честное слово, в последний раз».
Когда они наконец загрузились в машину, багажник был забит не только баллоном, но и пакетами с овощами, фруктами, какой-то рассадой, которую Зина умудрилась купить на выходе, и упаковками минеральной воды.
– Уф, упарилась, – выдохнула соседка, пристегиваясь. – Ну, теперь домой. Ой, Лен... А у тебя наличка есть?
Елена напряглась.
– Есть немного. А что?
– Да я, старая дура, карточку, похоже, дома в фартуке забыла. На мясо наскребла по карманам, а вот за газ платить нечем. Заплати, а? Я приедем – сразу отдам. Или переводом скину, как интернет поймает.
Елена молча достала кошелек. Это уже переходило все границы, но устраивать скандал на заправке не хотелось. Она оплатила газ, заправщик с трудом запихал тяжеленный полный баллон в багажник, едва не поцарапав бампер. Зинаида даже не вышла посмотреть, сидела в прохладе салона и кому-то звонила.
Обратно ехали в тишине. Елена подсчитывала убытки: три часа потерянного времени, бензин, нервы, и, скорее всего, деньги за газ, которые придется выбивать неделями.
– Спасибо, подруга! – Зинаида выпорхнула из машины у своих ворот, пока Елена ждала, чтобы Виктор помог выгрузить баллон. – Выручила так выручила! Вечером заходите на шашлык, как раз отметим!
Виктор вышел из калитки, мрачно посмотрел на довольную соседку, потом на уставшую жену. Молча вытащил баллон, поставил его у забора Зинаиды.
– Спасибо, Витенька! – пропела та. – Вы же придете вечером?
– У нас дела, Зинаида Павловна, – буркнул Виктор, беря жену под локоть и уводя на свой участок.
Когда они зашли в дом, Елена без сил опустилась на стул в кухне.
– Ты опять? – спокойно, но с укором спросил муж. – Лена, она на тебе ездит, как на личном водителе. Сколько можно?
– Вить, ну газ у человека кончился. Всякое бывает.
– У нее «всякое» бывает каждый выходной. То в аптеку, то в строительный, то рассаду ей привези. А когда мы забор меняли и попросили ее зятя помочь старые столбы выкопать, что она сказала? «У Коленьки спина больная». А Коленька в это время мангал тягал, как пушинку.
Елена знала, что он прав. История их соседства была историей игры в одни ворота. Елена делилась рассадой, рецептами, инструментами. Зинаида брала, критиковала («сорт помидоров у тебя кисловат вышел») и просила еще. Прошлым летом Елена возила ее кота к ветеринару, когда тот подрался с местными котами, и потом еще неделю делала ему уколы, потому что Зинаида «крови боится».
– Она обещала деньги за газ перевести, – тихо сказала Елена.
Виктор лишь хмыкнул и пошел наливать чай.
Деньги не пришли ни вечером, ни на следующий день. Зинаида гуляла. С ее участка доносилась музыка, смех, звон бокалов и аппетитный запах того самого шашлыка. Елену с Виктором никто официально так и не позвал, да они бы и не пошли.
Прошла неделя. В субботу Елена, наученная горьким опытом, решила не выходить во двор рано утром, чтобы не попасться на глаза соседке. Но Зинаида была настойчива. Около десяти утра в калитку настойчиво постучали.
– Лена! Леночка! Открывай, дело есть!
Елена открыла. Зинаида выглядела взволнованной, но, как всегда, по-боевому настроенной.
– Слушай, тут такое дело. У меня холодильник потек. Старый, советский еще. Морозит, а вода бежит. Мастер сказал, уплотнитель менять надо, а такого нигде нет. В общем, нашла я по объявлению хороший, почти новый, недорого отдают. Но он в соседнем районе, в поселке «Энергетик». Надо съездить забрать.
Елена опешила от такой наглости.
– Зина, у меня не грузовая машина. Холодильник в салон не влезет.
– Да он маленький! – замахала руками соседка. – Для дачи, метр с кепкой. Мы задние сиденья сложим, и он как миленький войдет. Я рулеткой мерила!
– Нет, Зина. Я не буду царапать салон. И вообще, у нас сегодня гости.
– Ну какие гости с утра? – не унималась Зинаида. – Мы за час обернемся! Лена, ну не будь ты такой букой. Продукты пропадут! У меня там полная морозилка ягод, мясо... Все потечет!
Она так жалобно смотрела, так картинно заламывала руки, что Елена почувствовала себя монстром, который морит голодом пожилую женщину. Но в этот раз что-то внутри щелкнуло.
– Закажи грузовое такси, Зина. Сейчас это не проблема.
– Такси?! – глаза соседки округлились. – Ты цены видела? Они же три шкуры дерут! За подачу, за километраж... А у нас по-соседски, я тебе на бензин дам...
– Ты за газ мне так и не вернула, – вдруг вырвалось у Елены.
Зинаида на секунду замерла, но тут же нашлась:
– Ой! Точно! Вылетело из головы с этими гостями! Леночка, прости дуру старую. Вот сейчас поедем за холодильником, я сниму в банкомате и все отдам! С процентами! Ну пожалуйста, там такой вариант хороший, уйдет ведь, если сейчас не забрать!
И Елена, проклиная свою мягкотелость, снова согласилась. Но с условием:
– Зина, это последний раз. И если холодильник не влезет или будет грязным – мы разворачиваемся и уезжаем.
– Конечно-конечно! Он чистенький, как слеза!
Поездка в «Энергетик» оказалась кошмаром. Навигатор завел их в какие-то дебри, дорога была разбита, ветки царапали бока машины. Зинаида всю дорогу причитала, что Елена едет слишком медленно.
Холодильник оказался вовсе не «почти новым» и уж точно не чистым. Он стоял в гараже у какого-то мужика, покрытый слоем пыли и паутины.
– Зин, ты издеваешься? – Елена брезгливо посмотрела на агрегат. – Я это в машину не положу.
– Да мы сейчас тряпочкой протрем! – засуетилась Зинаида, доставая из сумки какую-то ветошь. – Митрич, дай воды!
Полчаса они оттирали холодильник. Потом вместе с продавцом, дышащим перегаром, пытались запихнуть его в багажник. Холодильник не лез. Пришлось двигать передние сиденья до упора, Елена оказалась прижата грудью к рулю.
– Ну вот, отлично вошел! – радовалась Зинаида, усаживаясь сзади боком, потому что места для ног не осталось.
Обратно ехали как в консервной банке. Холодильник скрипел, терся о пластик обшивки, Зинаида над ухом бубнила, чтобы Елена не гнала на кочках.
Когда они наконец въехали в «Рассвет», Елена была мокрая от пота и злая как черт.
– Ну, спасибо! – Зинаида вылезла из машины, разминая ноги. – Теперь надо его вытащить и в дом занести. Витю позови, а?
Елена вышла из машины, обошла ее, открыла багажник. На пластике виднелась глубокая белая царапина.
– Зина, – голос Елены дрожал. – Ты поцарапала мне машину.
– Да где там! Это грязь! – отмахнулась соседка. – Позови Витю, говорю, тяжело же стоять.
Виктор вышел, увидел холодильник, увидел позу жены и все понял без слов. Он молча помог вытащить агрегат и поставить его на траву у ворот Зинаиды.
– А в дом? – удивилась соседка.
– Дальше сами, – отрезал Виктор. – Или зятя зовите.
– Ну вы даете... – протянула Зинаида обиженно. – Соседи называются. Бросили одинокую женщину с тяжестью.
– Деньги, Зина, – сказала Елена, глядя ей прямо в глаза. – За газ и за бензин.
– Ой, Лен, у меня сейчас наличных нет, я же продавцу все отдала за холодильник. Даже на такси бы не хватило, если бы не ты. Давай потом? Я с пенсии отдам. Честное слово!
В этот момент терпение Елены лопнуло. Оно лопнуло с оглушительным звоном, как перетянутая струна. Она вспомнила все: рассаду, кота, бесконечные «подбрось до станции», сожранное ее время, пренебрежение ее трудом и это вечное «потом».
– Хорошо, – спокойно сказала Елена. Голос ее стал ледяным. – Потом так потом.
Она развернулась и ушла к себе.
Весь вечер Елена провела за ноутбуком. Она что-то печатала, сверялась с калькулятором в телефоне, искала информацию в интернете. Виктор ходил мимо на цыпочках, чувствуя, что жена готовит нечто грандиозное, и мудро не мешал.
Утром в воскресенье, когда большинство дачников собиралось на выезде у правления, чтобы обсудить последние новости и оплатить взносы, Елена подошла к группе женщин, в центре которой, конечно же, была Зинаида. Она увлеченно рассказывала, как вчера «ухватила за копейки» шикарный холодильник, и как ей пришлось самой его тащить, потому что «некоторые» слишком гордые стали.
– Доброе утро всем, – громко сказала Елена.
Разговоры стихли. Зинаида осеклась, увидев лицо соседки. В руках у Елены была папка с бумагами.
– Зинаида Павловна, – официально обратилась Елена. – Поскольку вы вчера посетовали на отсутствие памяти и наличных средств, я решила облегчить вам задачу и составила смету наших с вами взаимоотношений за последний месяц. Чтобы не было недопонимания.
Она достала лист бумаги, распечатанный на принтере, и протянула его соседке.
– Что это? – Зинаида непонимающе уставилась на лист.
– Это счет, – пояснила Елена, и в ее голосе звенела сталь. – Читайте, не стесняйтесь. Я там все расписала.
Зинаида поднесла листок к глазам, щурясь. Соседи с любопытством вытянули шеи.
– «Транспортные услуги: поездка в город и обратно, с ожиданием заказчика 3 часа – 3000 рублей», – начала читать Зинаида, и лицо ее пошло красными пятнами. – «Амортизация автомобиля, повышенный износ в условиях бездорожья – 1500 рублей. Услуги грузчика (выгрузка и погрузка крупногабаритного груза) – 1000 рублей. Стоимость газа (заправка баллона) – 1200 рублей. Химчистка салона (устранение запаха и пятен) – 2000 рублей. Ремонт царапины на обшивке багажника – 5000 рублей. Консультационные услуги по агротехнике (5 часов за месяц) – 2500 рублей». Ты... ты что, с ума сошла?!
– Нет, Зина, я пришла в себя, – жестко ответила Елена. – Итого с вас шестнадцать тысяч двести рублей. Я не включила сюда моральный ущерб и стоимость моего выходного дня, который я потратила на ваши прихоти вместо отдыха с семьей. Но если будете тянуть с оплатой, включу и это, по ставке моего рабочего часа как главного бухгалтера.
Вокруг повисла тишина, нарушаемая только жужжанием мух. Зинаида хватала ртом воздух, как рыба, выброшенная на берег.
– Да как ты смеешь?! Мы же соседи! – взвизгнула она наконец. – За помощь деньги брать?! Люди добрые, вы посмотрите на нее! Спекулянтка!
– Помощь, Зинаида, это когда взаимно, – спокойно парировала Елена. – Или когда человеку действительно плохо. А когда вы используете меня как бесплатное такси, грузчика и спонсора, при этом имея здоровых детей и зятя с машиной, – это называется оказание услуг. А услуги должны быть оплачены.
Из толпы раздался чей-то смешок, потом одобрительный гул.
– А ведь верно Лена говорит, – подала голос Марья Ивановна, старейшина поселка. – Ты, Зинка, и ко мне повадилась за яйцами ходить, мол, «потом занесу». Третий десяток уже «заносишь».
– И у меня стремянку взяла, вернула сломанную, сказала «так и было», – добавил сосед справа, Петрович.
Зинаида озиралась по сторонам, ища поддержки, но видела только осуждающие взгляды. Ее привычный образ бедной, всеми обиженной пенсионерки рассыпался на глазах.
– Да подавись ты! – крикнула она, комкая счет. – Не нужны мне твои подачки! Отдам я тебе деньги! Все отдам, только ноги моей больше на твоем участке не будет!
– Вот и замечательно, – улыбнулась Елена. – Номер карты у вас есть. Срок оплаты – до вечера. Иначе, Зинаида Павловна, я этот счет распечатаю в десяти экземплярах и повешу на доске объявлений. Пусть все знают расценки на вашу дружбу.
Елена развернулась и пошла прочь, чувствуя, как с плеч свалилась огромная гора. Спина была прямой, походка легкой. Она слышала, как за спиной разгорается спор, как соседи припоминают Зинаиде старые грешки, но ей было все равно.
Вечером телефон пиликнул уведомлением. «Пополнение счета: 16 200 руб. Отправитель: Зинаида П.».
Виктор, сидевший рядом на веранде, посмотрел на экран телефона жены и уважительно присвистнул.
– Ну ты, мать, даешь. Я думал, она удавится, но не заплатит.
– Ей репутация дороже, – усмехнулась Елена, делая глоток холодного лимонада. – Теперь хоть по поселку ходить будет стыдно, а не мне прятаться.
– А с царапиной что будем делать? – спросил муж.
– Заполируем. За такие деньги можно и в сервисе сделать, и еще на ресторан останется.
На следующие выходные на даче стояла блаженная тишина. Зинаида, завидев машину Елены, демонстративно отворачивалась и уходила вглубь своего сада. Никто больше не звал над забором, не просил соли, спичек или довезти «тут рядышком».
Елена сидела в шезлонге, смотрела на свои цветущие гортензии и понимала, что это были самые дешево купленные спокойствие и свобода в ее жизни. Она наконец-то могла просто быть на своей даче, а не работать обслуживающим персоналом чужой наглости.
– Лен! – раздался вдруг голос от калитки с другой стороны.
Елена напряглась. Неужели опять?
Это была молодая соседка с нового участка, Аня.
– Лен, извините, пожалуйста, у нас мангал развалился, а мясо уже замариновано. Не одолжите ваш на пару часов? Мы аккуратно!
Елена переглянулась с мужем. Виктор едва заметно улыбнулся и кивнул.
– Конечно, Аня, берите, – сказала Елена. – Он в сарае стоит. Только, чур, вернуть чистым и сегодня же вечером.
– Обязательно! – обрадовалась девушка. – И приходите к нам на ужин, у нас торт вкусный есть!
– Спасибо, придем, – ответила Елена.
Потому что помогать хорошим людям приятно. А выставлять счета нужно только тем, кто путает доброту со слабостью. И теперь Елена точно знала разницу.
Вот такая история о дачных войнах и личных границах. Если вам знакомы подобные ситуации и вы тоже считаете, что добро должно быть с кулаками (или хотя бы со сметой), ставьте лайк и подписывайтесь на канал, чтобы не пропустить новые жизненные рассказы. Жду ваше мнение в комментариях