Глава 7
Слова «жена Ильи» повисли в пустой, пыльной комнате, как тяжёлые колокола. Варвара ощутила, как пол уходит из-под ног в буквальном смысле — она судорожно ухватилась за дверной косяк, чтобы не упасть. Сердце забилось так, что в висках потемнело.
— Жена? — её собственный голос прозвучал чуждо, хрипло. — Но… он нигде не писал…
— Илья не любит выставлять личное напоказ, — Ксения сделала лёгкий, почти невесомый жест рукой, будто отмахиваясь от несущественной детали. — Это одна из немногих его черт, которые я искренне ценю. А вы, должно быть, Варвара. Он вас упоминал. «Девочка из прошлого». Так он выразился.
«Девочка из прошлого». От этих слов стало так же больно, как если бы она ударилась о бетонный пол.
— Что вы здесь делаете? — снова задала Варвара вопрос, на этот раз с ноткой вызова. Шок отступал, уступая место жгучему, несправедливому гневу.
— Жду, — просто ответила Ксения. Она отошла от стула к окну, глядя на унылый двор. — Жду, когда эта история наконец закончится. Или выйдет на финишную прямую. Илья позвонил вам, да? И сказал, что приедет. Он позвонил и мне. Попросил встретить его здесь. И понаблюдать, появится ли кто-то с ключом.
— Это ловушка? — прошептала Варвара.
— Наблюдение, — поправила её Ксения, обернувшись. Её лицо было красивым, но холодным, словно высеченным из мрамора. — Мой муж — человек со сложной внутренней жизнью. И прошлое иногда напоминает о себе самым причудливым образом. Когда он узнал от Сергея, что его старая… как бы это назвать… «метафора» всплыла в нашем городе в виде дневника его бывшей жены и попала к вам, он решил действовать.
— Почему через вас? Почему он не приехал сам?
— Потому что ему нужно было убедиться, — Ксения скрестила руки на груди. — Убедиться, что вы действительно втянулись. Что вы не просто нашли книгу, а пошли с ней дальше. Ключ стал тестом. И вы его прошли. Поздравляю.
Варваре стало дурно от этой холодной, расчётливой логики. Она была пешкой в какой-то игре, правила которой не знала.
— И что теперь? Он приедет и… объяснит мне всё? Зачем?
Ксения вздохнула, и в её вздохе прозвучала неподдельная усталость.
— Вы знаете, я работаю психиатром. И за три года брака я поняла одну вещь: Илья не отпускает свои старые идеи. Они в нём, как недолеченная инфекция. Эта фраза о снах… Она для него не просто слова. Это концепция. Почти философская система. Он верит, что самые сильные связи — это те, что существуют в пространстве сна, не отягощённые бытом. А реальность их только убивает. С Верой Степановой он делился этой теорией в юности. Сергей её подхватил и применил к своей жене. И получил предсказуемый результат — трагедию. Теперь Илья видит в вас… новую точку приложения. Или повторение цикла.
— То есть я для него… эксперимент? — голос Варвары дрогнул от унижения.
— Скорее, живое доказательство его правоты. Или опровержение. Он хочет увидеть, сработает ли «эстафета» снова. Вы — следующее звено. Нашли книгу, откликнулись на зов ключа… Он хочет посмотреть, погрузитесь ли вы в этот «сон», как Вера, или сможете из него выйти. А я… — она горько улыбнулась, — я здесь, чтобы убедиться, что эта игра не зайдёт слишком далеко. Для всех нас.
Варвара наконец оторвалась от косяка, сделала шаг вперёд. Гнев придавал сил.
— А вам не кажется, что это чудовищно? Манипулировать людьми, их чувствами, совать нос в чужую боль ради проверки своей дурацкой теории?!
— Кажется, — спокойно согласилась Ксения. — Но я люблю своего мужа. И иногда любовь — это не только принимать светлые стороны. Это и видеть тени, и пытаться их… контролировать. Чтобы они не поглотили его самого. Он не злой человек, Варвара. Он — одержимый. И, к сожалению, вы стали частью его одержимости.
С улицы донёсся звук подъезжающей и глушащей двигатель машины. Не типичный для этого двора. Ксения взглянула в окно, и её поза мгновенно изменилась — стала ещё собраннее, настороженнее.
— Он здесь. — Она посмотрела на Варвару. — У вас ещё есть время уйти через чёрный ход. Кухня там, дверь на общую лестницу. Если вы уйдёте, он, возможно, поймёт, что цикл прерван. И оставит вас в покое.
Варвара посмотрела на пустую комнату, на стул, на красивую, холодную женщину, предлагавшую ей бегство. А потом — на бархатную книгу в своей сумке. В ней была чужая боль, которая странным образом стала её собственной. В ней были ответы, которые она ненавидела, но которые теперь были ей необходимы.
— Нет, — твёрдо сказала она. — Я не убегу. Я уже семь лет убегаю. От его слов, от его памяти. Я хочу посмотреть ему в глаза. И я хочу знать, зачем он всё это затеял. Зачем вернулся.
На лестнице раздались тяжёлые, уверенные шаги. Не поспешные, а размеренные. Шаги человека, который знает, куда идёт и кого найдёт.
Ксения кивнула, как будто ожидала такого ответа. В её глазах мелькнуло что-то похожее на уважение, смешанное с сожалением.
— Тогда приготовьтесь. Он изменился. Но не настолько, чтобы вы его не узнали.
Дверь, которую Варвара не закрыла, распахнулась шире. В проёме, залитом светом с лестничной площадки, стоял Илья Суморокин. Варвара увидела сначала силуэт — высокий, подтянутый, в тёмном пальто. Потом детали: коротко стриженные волосы, лицо, утратившее юношескую мягкость, ставшее резче, с жёсткими складками у рта. Но глаза… глаза были те же. Серые, пронзительные, с тем же странным огнём внутри, который она когда-то принимала за гениальность, а теперь видела в нём одержимость.
Его взгляд скользнул по Ксюше, короткий, понимающий кивок. Потом остановился на Варваре. Он смотрел на неё долго, не говоря ни слова, изучая, сравнивая с тем образом, что хранил в памяти.
— Варя, — наконец произнёс он. Голос был именно тем, что звучал в трубке, но теперь он наполнял собой всю комнату, вытесняя пыль и запах ладана. — Спасибо, что пришла. И что не убежала.
Он переступил порог, и дверь медленно закрылась за его спиной с тихим щелчком. Теперь они были втроём в этой пустой клетке прошлого. Игра, как сказала Ксения, выходила на новый уровень.
Подписывайтесь на дзен-канал Реальная любовь и не забудьте поставить лайк))