— Восемь тысяч за конструктор? — Вика замерла посреди гостиной с ценником в руке. — Игорь, ты серьезно?
— А что такого? — Муж поставил на пол очередной пакет с покупками. — Витька весь год просил именно такой. Помнишь, как он в магазине час простоял, на коробку пялился?
Вика опустила ценник обратно в пакет и провела ладонями по лицу. Конструктор-трансформер с подсветкой и звуковыми эффектами. Витя точно с ума сойдет от счастья, когда увидит такой под елкой.
— Я не против, правда. Просто... — Она достала из второго пакета интерактивную куклу для Арины. — Шесть с половиной. Игорь, у нас на подарки детям пятнадцать тысяч ушло. А племяннице мы что купили?
Игорь почесал затылок и кивнул на маленький пакет у двери:
— Набор для творчества и книжку про видеоблогеров. Виолетта же увлекается всем этим, монтирует ролики. Думаю, обрадуется.
— Полторы тысячи, — тихо сказала Вика. — Игорь, Алла же опять начнет.
— Что начнет?
— Ну как что? То же самое, что и в прошлом году с велосипедами. Помнишь? Мы Вите купили спортивный, красный, с переключателем скоростей. А Виолетте взяли обычный, розовый. Алла неделю не разговаривала, а потом твоя мама позвонила и час мне объясняла, что нельзя так с племянницей.
Игорь махнул рукой:
— Викуль, это наши дети. Мы вправе решать, сколько на них тратить. Алла должна понимать.
— Алла ничего не понимает, — Вика села на диван и обхватила руками колени. — Она считает, что мы обязаны покупать Виолетте такие же подарки, как нашим. Хотя у нас двое детей, а у них один.
— Ладно тебе накручивать себя, — Игорь подошел и поцеловал жену в макушку. — Все будет нормально. Виолетта хорошая девчонка, не капризная. Она обрадуется любому подарку.
Вика хотела возразить, но тут в дверь позвонили. Игорь пошел открывать, а она быстро схватила пакеты с подарками и засунула их в шкаф в прихожей.
— Привет! — В квартиру ворвалась Алла, за ней вошла Виолетта. — Мы мимо проходили, решили заглянуть на минутку.
"Ага, мимо, — подумала Вика. — Живут через два района, а мимо проходили".
— Проходите, — Игорь помог сестре снять куртку. — Как дела?
Алла скинула сапоги и прошла на кухню, словно к себе домой:
— Дела так себе. Егору три недели за заказ не платят. Клиент какой-то мутный попался, телефон не берет.
— Совсем? — Вика включила чайник. — А что Егор говорит?
— Да что он скажет, — Алла села за стол и закинула ногу на ногу. — Молчит, как партизан. Я ему твержу: позвони, съезди по адресу, выясни. А он говорит, мол, не хочу выглядеть попрошайкой. Виола, иди к Арине в комнату, она там играет.
Виолетта кивнула и тихо вышла. Вика проводила племянницу взглядом — высокая, худенькая девочка четырнадцати лет, застенчивая до невозможности. Полная противоположность своей матери.
— Три недели — это много, — Игорь достал из холодильника вазочку с конфетами. — Сколько там, если не секрет?
— Сорок тысяч, — Алла взяла конфету и начала разворачивать фантик. — Для нас это сейчас огромные деньги. Новый год на носу, подарки надо покупать, продукты. А тут такое.
Вика налила воду в чашки и поставила перед золовкой и мужем. Алла благодарно кивнула, но взгляд у нее был какой-то оценивающий.
— У вас-то как дела? — Алла отпила горячего и посмотрела на Вику. — На работе все нормально?
— Да, нормально. Склад работает как обычно, зарплату выплачивают вовремя.
— А у Игоря?
— Тоже все хорошо, — Игорь пожал плечами. — Объект скоро сдадим, премия будет.
— Вот и славно, — Алла улыбнулась, но улыбка не коснулась глаз. — Значит, с подарками для детей проблем нет?
Вика напряглась. Началось.
— Подарки купили, — осторожно ответил Игорь. — А что?
— Да так, интересуюсь. Виола мне вчера говорила, что хочет ноутбук. Для учебы, говорит, нужен. Презентации делать, проекты. Она же увлекается видеомонтажом, у нее талант.
— Ноутбуки сейчас дорогие, — Вика обхватила ладонями чашку. — Нормальный будет стоить тысяч тридцать минимум.
— Ну да, — Алла кивнула. — Поэтому мы и не смогли купить. Егор говорит, что денег нет. Хотя я думаю, что на образование ребенка можно и найти.
Повисла неловкая пауза. Игорь покосился на жену, та сжала губы.
— Алла, если вы ждете премию Егора или выплаты от того клиента, то можете купить ноутбук чуть позже, — осторожно предложил Игорь. — Виолетта же поймет.
— Понять-то она поймет, — Алла отставила чашку. — Только обидно. Другие дети получают дорогие подарки, а моя дочь должна ждать.
Вика почувствовала, как внутри что-то сжимается. "Другие дети" — это про Витю и Арину, что ли?
— Тетя Алла, можно я возьму воды? — В дверях показалась Виолетта.
— Конечно, солнышко, — Вика встала и достала из холодильника бутылку. — Держи.
— Спасибо, — Виолетта взяла бутылку и направилась обратно, но остановилась у шкафа в прихожей. — Ой, а тут что? Подарки?
Вика замерла. Дверца шкафа была приоткрыта, и из нее торчал край пакета с логотипом детского магазина.
— Виола, не лезь куда не надо, — строго сказала Алла, но сама уже поднялась из-за стола и пошла в прихожую. — Что там?
— Мам, тут огромная коробка! — Виолетта присела на корточки. — Посмотри, какой конструктор! Тетя Вика, это Вите?
Вика подошла и прикрыла дверцу шкафа:
— Да, это для Вити. Виола, не подсматривай, а то он расстроится, если узнает, что все видели подарок раньше времени.
Но Алла уже стояла рядом и смотрела на пакет с таким видом, словно увидела там змею. Она наклонилась, раздвинула другие вещи в шкафу и вытащила пакет наружу.
— Игорь, это правда тот самый трансформер из "Мира игрушек"? — Алла повернула коробку, разглядывая картинку. — Сколько он стоит?
— Алла, положи, пожалуйста, — Игорь подошел и попытался забрать пакет, но сестра отстранилась.
— Восемь тысяч девятьсот, — Алла прочитала ценник вслух. — Игорь, ты с ума сошел?
— Это мои деньги, — тихо сказал Игорь. — Я решаю, на что их тратить.
Алла поставила пакет обратно и выпрямилась. Лицо у нее было каменное:
— Понятно. Ну ничего себе вы развернулись. А нам хоть бы что.
Вика сглотнула. Вот оно, началось.
— Алла, мы купили Виолетте подарок, — Игорь открыл шкаф и достал маленький пакет. — Вот, держи. Набор для творчества и книга про видеоблогинг. Думаю, ей понравится.
Алла взяла пакет и заглянула внутрь. Молчала секунд десять, рассматривая содержимое. Потом медленно подняла взгляд на брата:
— Серьезно?
— Что серьезно?
— Это все? — Алла покачала пакетом. — Игорь, ты купил племяннице подарок за полторы тысячи, при том что своему сыну берешь конструктор почти за девять? Могли бы племяннице и дорогой подарок купить, как своим детям!
Вика шагнула вперед:
— Алла, Виолетта любит все, что связано с видео. Мы подумали, что ей будет интересно.
— Интересно, — Алла усмехнулась. — Вика, не надо меня за дурочку держать. Ты прекрасно понимаешь разницу между девятью тысячами и полутора.
— Разница в том, что это наши дети, — Вика почувствовала, как горячая волна поднимается от груди к горлу. — Мы копили на эти подарки три месяца. Откладывали с каждой зарплаты.
— Ага, значит, своим все, а на племянницу жалко, — Алла кинула пакет на полку в шкафу. — Я думала, у нас нормальные отношения. Оказывается, я ошибалась.
— Алла, при чем тут отношения? — Игорь взял сестру за локоть, но та резко отдернула руку. — Мы тебя любим, Виолетту любим. Просто у нас разные возможности.
— Возможности? — Алла развернулась к брату. — У тебя возможности есть купить сыну игрушку за девять тысяч, а племяннице подарить какую-то фигню! Игорь, ты забыл, что я твоя сестра? Что мы с тобой из одной семьи?
Виолетта стояла в дверях комнаты и смотрела на них большими испуганными глазами. Вика подошла к ней и тихо сказала:
— Виола, иди к Арине, хорошо? Мы тут взрослые вопросы обсуждаем.
Девочка кивнула и быстро скрылась за дверью. Алла проводила дочь взглядом и снова повернулась к брату:
— Виолетта, кстати, попросила ноутбук на Новый год. Ей для учебы нужен, проекты делать, презентации. У нее же талант к видео, сама понимаешь, Вик.
— Мы не можем купить Виолетте ноутбук, — ровно сказала Вика. — Алла, это слишком дорого.
— Слишком дорого? — Алла вскинула брови. — Но девять тысяч на конструктор не слишком? Могли бы и племяннице что-то нормальное купить, а не эту ерунду!
— Это разные вещи! — Вика почувствовала, что сейчас сорвется на крик. — Витя наш сын, мы решаем, что ему покупать. А Виолетта твоя дочь, и ты с Егором должны думать о ее подарках.
— Ах, вот оно что, — Алла скрестила руки на груди. — Значит, чужой ребенок. Понятно.
— Я этого не говорила!
— Сказала, — Алла схватила со стула свою куртку. — Виола, одевайся, мы уходим!
— Алла, подожди, — Игорь попытался остановить сестру, но та уже натягивала куртку на себя. — Не надо так. Давай спокойно поговорим.
— О чем говорить? — Алла застегнула молнию рывком. — Все понятно. Своим детям роботы за девять тысяч, племяннице набор для творчества за полторы. Справедливость, называется.
Виолетта вышла из комнаты, уже в куртке, с опущенной головой. Вика видела, как дрожат губы у девочки, как она старается не плакать. Сердце сжалось от жалости, но что она могла сделать? Купить ноутбук за тридцать тысяч просто потому, что Алла устроила истерику?
— Тетя Вика, спасибо за подарок, — тихо сказала Виолетта. — Мне он точно понравится.
— Молчи, Виола, — оборвала дочь Алла. — Пошли.
Дверь хлопнула. Игорь стоял посреди прихожей, растерянный и расстроенный. Вика подошла к нему и обняла за плечи:
— Не переживай. Она успокоится.
— Вик, может, правда стоило купить что-то подороже? — Игорь повернулся к жене. — Алла же сестра. Не хочу с ней ссориться.
— Игорь, послушай меня, — Вика взяла мужа за руки. — У нас двое детей. Двое. Мы оба работаем, копим деньги, планируем траты. У Аллы один ребенок, у них двое взрослых работающих людей. Почему они должны рассчитывать на наши деньги?
— Но она же...
— Нет, — Вика покачала головой. — Я не жадная. Если у них случится беда, мы поможем, конечно. Но покупать Виолетте ноутбук за тридцать-сорок тысяч, когда у нее есть родители? Игорь, ты сам подумай.
Муж вздохнул и кивнул:
— Ты права. Просто мне тяжело с Аллой ссориться. Мы же всегда были близки.
— Близость не значит, что она может требовать от нас таких трат, — Вика поцеловала мужа в щеку. — Иди, проверь, как там дети. А я пока ужин доделаю.
Игорь ушел в комнату, а Вика вернулась на кухню. Села за стол и уронила голову на руки. Почему каждый праздник превращается в кошмар? Почему Алла не может понять простую вещь: у каждой семьи свой бюджет, свои приоритеты?
Телефон завибрировал на столе. Вика подняла голову и взглянула на экран. Сообщение от Егора:
"Вика, извини за жену. Она иногда перегибает палку. Не принимай близко к сердцу".
Вика уставилась на сообщение. Егор никогда раньше не писал ей первым. Неужели он и сам понимает, что Алла зашла слишком далеко?
Она набрала ответ: "Ничего страшного. Просто устали от этого".
Точка в конце поставлена не случайно. Устали. Да, именно так. Устали оправдываться, устали объяснять очевидные вещи, устали от претензий.
На следующее утро Вике позвонила свекровь.
— Виктория, здравствуй, — голос Анастасии Павловны был сдержанным. — Как дела?
— Здравствуйте, Анастасия Павловна. Все хорошо, спасибо.
— Вчера Аллочка приходила. Вся в слезах. Говорит, вы с Игорем на племянницу даже нормального подарка не купили.
Вика сжала телефон так, что побелели костяшки пальцев:
— Анастасия Павловна, мы купили Виолетте хороший подарок. Набор для творчества и книгу. Она увлекается видео, думаем, ей понравится.
— Милая, я понимаю, что у вас тоже расходы, — голос свекрови стал мягче, но от этого не легче. — Но Виолетта ведь тоже родная девочка. Неужели полторы тысячи — это все, что вы могли для нее найти?
— А сколько, по-вашему, мы должны были потратить? — Вика почувствовала, как закипает внутри. — Анастасия Павловна, у нас двое детей. Мы купили им подарки, которые они просили весь год. А Виолетте взяли то, что соответствует ее интересам.
— Виктория, я не спорю, — свекровь вздохнула. — Просто Алла очень расстроена. Она говорит, что вы потратили на своих детей почти пятнадцать тысяч, а на племянницу — полторы. Неужели ты не видишь разницу?
— Вижу, — Вика сжала губы. — Разница в том, что это наши дети. Анастасия Павловна, простите, но я не буду извиняться за то, что трачу заработанные деньги на своих сына и дочь.
— Я думала, ты добрее, — тихо сказала свекровь. — Зря я Игоря учила помогать сестре.
Вика хотела ответить что-то резкое, но сдержалась:
— Помогать и содержать — разные вещи. До свидания, Анастасия Павловна.
Она положила телефон на стол и закрыла лицо ладонями. Значит, теперь к Алле присоединилась и свекровь. Отлично. Просто замечательно.
Игорь вышел из ванной, вытирая мокрые волосы полотенцем:
— Кто звонил?
— Твоя мама, — Вика подняла взгляд на мужа. — Алла к ней ходила, жаловалась. Теперь твоя мама считает меня жадной и бессердечной.
Игорь бросил полотенце на спинку стула и сел рядом с женой:
— Вик, не обращай внимания. Мама всегда на стороне Аллы. Она ее жалеет.
— Почему?
— Не знаю, — Игорь пожал плечами. — Может, потому что Алла младшая. Мама всегда считала, что я должен о сестре заботиться.
— Заботиться — это одно, — Вика встала и подошла к окну. — А покупать ее дочери дорогие подарки за счет наших детей — совсем другое.
Игорь промолчал. Вика повернулась к нему:
— Игорь, скажи честно. Ты на чьей стороне?
Муж поднял глаза:
— На твоей. Конечно, на твоей. Просто мне тяжело все это. Сестра обиделась, мама недовольна. Я не хочу, чтобы в семье были ссоры.
— Тогда скажи им это, — Вика вернулась к столу и села напротив мужа. — Скажи своей маме, что мы правы. Скажи Алле, что она зашла слишком далеко. Или они будут думать, что ты просто слабый, а я тобой манипулирую.
Игорь кивнул:
— Хорошо. Я поговорю с мамой. И с Аллой тоже.
Но разговора не получилось. Алла не брала трубку, а свекровь была холодна и официальна:
— Игорь, я не хочу в это вмешиваться. Это ваши с Викторией дела. Но помни, что Алла тоже твоя родня.
Тридцать первое декабря наступило слишком быстро. Традиционно вся семья собиралась у Анастасии Павловны, чтобы вместе встретить Новый год. Но в этом году Вика ехала туда как на казнь.
***
— Может, не поедем? — Вика застегивала молнию на куртке Арины. — Игорь, давай останемся дома. Встретим Новый год вчетвером, спокойно.
Игорь затянул ремень на джинсах и покачал головой:
— Нельзя. Мама обидится. Это же традиция.
— Традиция превратилась в пытку, — буркнула Вика, но достала из шкафа сумку с подарками.
Витя и Арина болтали на заднем сидении машины, обсуждая, что Дед Мороз им принесет. Они не знали, что подарки уже лежат дома, в шкафу, и что родители положат их под елку ночью, после возвращения от бабушки.
Квартира свекрови встретила их запахом жареного мяса и звуками телевизора. Анастасия Павловна открыла дверь, но поцеловала только внуков и сына. Вике достался сухой кивок.
— Проходите. Алла с Егором уже здесь, — сказала свекровь и вернулась на кухню.
Вика сняла куртку и повесила на вешалку. Руки дрожали. Игорь сжал ее ладонь:
— Держись. Все будет нормально.
Но нормально не было. Атмосфера в квартире напоминала натянутую струну, готовую лопнуть в любую секунду. Алла сидела на кухне и резала салат, даже не подняв головы, когда они вошли. Егор стоял у окна с кружкой в руке и кивнул Игорю.
— Привет, — Вика попыталась улыбнуться, но получилось кривовато. — Помочь?
— Не надо, — отрезала Алла. — Справлюсь сама.
Виолетта сидела в комнате на диване с телефоном в руках. Витя и Арина подбежали к ней, но девочка только кивнула им и снова уткнулась в экран.
Анастасия Павловна вышла из кухни с блюдом, уставленным нарезкой:
— Игорь, помоги мне стол накрыть. Вика, ты пока посиди, отдохни с дороги.
Вика села в кресло и положила руки на колени. "Посиди, отдохни" звучало как "не мешайся под ногами". Прекрасно. Просто замечательно.
Егор подсел к ней на подлокотник кресла и тихо сказал:
— Не принимай близко. Они успокоятся.
— Когда? — Вика посмотрела на него. — Через год? Через два?
Егор пожал плечами:
— Алла такая. Ей надо выпустить пар. А мама... Ну, она всегда дочь жалела.
— А меня кто пожалеет? — Вика усмехнулась. — Я тут крайняя получается. Жадная невестка, которая племянницу обделила.
— Ты не жадная, — Егор встал и похлопал ее по плечу. — Ты нормальная. Просто они этого пока не понимают.
На кухне что-то упало и разбилось. Алла выругалась, Анастасия Павловна заохала. Игорь бросился помогать убирать осколки.
Вика закрыла глаза. Как же она устала. Устала от этой напряженной атмосферы, от молчаливых упреков, от ощущения, что она сделала что-то ужасное.
— Мам, а можно я у Арины телефон возьму? — Виолетта подошла к матери. — Мой разрядился.
— Спроси у тети Вики, — не поворачивая головы, ответила Алла.
— Конечно, бери, — Вика кивнула девочке.
Виолетта взяла телефон Арины и вернулась на диван. Вика смотрела на нее и думала: неужели Алла не видит, как дочери неловко? Как Виолетта съеживается каждый раз, когда мать начинает свои претензии?
Стол накрыли к шести вечера. Сели за него молча, как чужие люди. Анастасия Павловна разложила еду по тарелкам, Игорь разлил детям сок. Алла смотрела в окно, Егор пытался поддерживать разговор с племянниками.
— Витя, как дела в школе? — спросил Егор. — Учишься хорошо?
— Да, нормально, — Витя жевал котлету. — У меня по математике пятерка за контрольную.
— Молодец, — Егор кивнул. — А Виола тоже хорошо учится. Правда, Алла?
— Отлично учится, — Алла наконец повернулась к столу. — Виолетта у нас умница. Жаль только, что для учебы сейчас нужна техника, а мы не можем себе позволить ноутбук купить.
Вика сжала вилку. Началось.
— Алла, — тихо сказал Егор. — Не надо.
— Что не надо? — Алла посмотрела на мужа. — Я правду говорю. Или мне теперь рот закрыть?
— Аллочка, давай не будем сегодня об этом, — вмешалась Анастасия Павловна. — Новый год же.
— А когда будем? — Алла отложила вилку. — Мам, ты же сама видела, что они купили Виолетте. Набор для творчества за полторы тысячи. Полторы! А своим детям роботов и кукол по девять и шесть тысяч.
— Алла, хватит, — Игорь поставил кружку на стол. — Это наши дети, мы решаем, что им покупать.
— Ага, твои дети, — Алла усмехнулась. — А Виолетта кто? Чужая, что ли?
— Никто не говорит, что чужая, — Вика положила руку на руку мужа. — Но у нее есть родители. Ты и Егор. Вы должны думать о ее подарках.
— О, вот как, — Алла встала из-за стола. — Значит, каждый сам за себя? Тогда зачем мы здесь собрались? Зачем эта показуха?
— Алла, сядь, — Егор тоже встал. — Прекрати позориться.
— Позориться? — Алла повернулась к мужу. — Это я позорюсь? А они не позорятся, когда родной племяннице фигню дарят?
— Достаточно! — Егор повысил голос, и все вздрогнули. — Алла, заткнись наконец!
Виолетта вскочила с места и выбежала из комнаты. Слышно было, как хлопнула дверь ванной.
— Вот, доорались, — Анастасия Павловна встала и пошла за внучкой. — Ребенок теперь плачет.
Алла стояла посреди кухни, красная от гнева. Егор обхватил голову руками:
— Я не могу больше. Алла, ты каждый раз одно и то же. Игорь и Вика не обязаны покупать нашей дочери такие же подарки, как своим детям!
— Как ты смеешь? — Алла шагнула к мужу. — Ты на чьей стороне?
— На стороне здравого смысла! — Егор тоже повысил голос. — Ты готова у брата каждую копейку выпрашивать, только бы не признать, что мы сами должны зарабатывать на дочь!
— Ты? Заработаешь? — Алла ткнула пальцем в грудь мужа. — Три недели клиент тебе не платит, а ты даже трубку не берешь, чтобы спросить!
— Я молчу, потому что мне стыдно просить! — Егор отшатнулся. — А ты готова позориться перед родственниками!
Витя и Арина сидели как мышки, испуганно глядя на взрослых. Вика взяла их за руки:
— Дети, пойдемте в комнату.
Она увела их в комнату и закрыла дверь. Витя обнял сестру, Арина уткнулась лицом в плечо брата.
— Мама, они ругаются, — прошептал Витя.
— Взрослые иногда ссорятся, — Вика присела рядом с детьми. — Ничего страшного.
Но ей самой было страшно. Страшно от того, что вот так, из-за подарков, семья разваливается на части.
За дверью продолжался крик. Алла обвиняла Егора в безответственности, Егор кричал, что ему надоело слушать про Игоря и его деньги. Анастасия Павловна пыталась их успокоить, но получалось плохо.
Вика вышла из комнаты и подошла к Игорю, который стоял у окна на балконе:
— Поедем домой?
— Да, — Игорь повернулся к жене. — Пора.
Они вернулись на кухню. Алла сидела за столом, лицо в ладонях. Егор стоял у окна, отвернувшись. Анастасия Павловна гладила по спине Виолетту, которая всхлипывала.
— Мам, мы поедем, — Игорь подошел к матери. — Извини, но в такой обстановке праздника не получится.
Анастасия Павловна кивнула:
— Может, все-таки останетесь?
— Нет, — твердо сказала Вика. — Нам лучше уехать.
Алла подняла голову:
— Да и незачем вам здесь. Свои дети важнее племянницы, мы поняли.
Вика застегнула молнию на куртке Арины и посмотрела на золовку:
— Алла, я не буду извиняться за то, что трачу заработанные деньги на своих детей. Когда ты поймешь, что мир не вращается вокруг тебя, возможно, мы сможем общаться нормально.
Алла вскочила:
— Не надо мне твоих нравоучений! Забирайте своих детей и свои дорогие подарки и езжайте!
— С удовольствием, — Вика взяла Витю и Арину за руки.
Игорь обнял мать:
— Мам, прости. С Новым годом. Приезжай к нам завтра, если хочешь.
Анастасия Павловна кивнула, глаза у нее были мокрые. Виолетта подбежала к Вике и обняла ее:
— Тетя Вика, простите. Мне не нужен ноутбук. Правда.
Вика погладила девочку по голове:
— Я знаю, солнышко. Это не твоя вина.
Они вышли на лестничную площадку. Дверь за ними закрылась. Игорь взял на руки Арину, Вика держала за руку Витю.
— Папа, а мы теперь не будем с бабушкой видеться? — спросил Витя.
— Будем, — Игорь улыбнулся сыну. — Конечно, будем. Просто не сегодня.
Дома Вика достала из шкафа подарки и положила их под елку. Витя и Арина запрыгали от радости, увидев коробки.
— Мама, а можно мы сейчас откроем? — Витя потряс коробку с конструктором.
— Нет, в полночь, — Вика включила гирлянду на елке. — Как положено.
Игорь накрыл на стол. Вика села рядом с ним:
— Ты не жалеешь, что мы уехали?
— Нет, — Игорь налил себе сок. — Вик, спасибо, что не дала мне прогнуться.
Вика удивленно посмотрела на мужа:
— Прогнуться?
— Ну да, — Игорь пожал плечами. — Я же хотел купить Виолетте что-то подороже. Чтобы Алла не обиделась. Но ты была права. Мы должны защищать наших детей. Не Аллу с ее претензиями.
Вика взяла мужа за руку:
— Игорь, я не против помогать сестре. Но помогать и потакать капризам — разные вещи. Алла должна понять, что у каждой семьи свои приоритеты.
— Она не поймет, — Игорь вздохнул. — Знаешь ее характер.
— Тогда это ее проблемы, — Вика встала и подошла к окну. — Мы сделали все правильно.
Телефон завибрировал на столе. Вика взглянула на экран — сообщение от Егора:
"Вика, извини за жену. Ты права. Спасибо, что сказала все прямо. Алле надо было это услышать".
Вика показала сообщение мужу. Игорь прочитал и усмехнулся:
— Может, хоть Егор до нее достучится.
— Сомневаюсь, — Вика убрала телефон в карман. — Но хотя бы он понимает ситуацию.
В полночь они открыли шампанское и чокнулись. За окном взрывались салюты, дети смеялись, разворачивая подарки. Витя с восторгом рассматривал конструктор, Арина прижимала к груди интерактивную куклу.
Вика смотрела на своих детей и понимала — она сделала правильный выбор. Пусть Алла обижается, пусть Анастасия Павловна недовольна, но справедливость важнее ложного мира.
Игорь обнял жену:
— С Новым годом.
— С Новым годом, — Вика поцеловала мужа. — Пусть в этом году будет меньше семейных драм.
— Амбициозно, — Игорь засмеялся. — Но давай попробуем.
Витя подбежал к родителям с собранным трансформером:
— Мам, пап, смотрите! Он светится и говорит!
Арина крутила куклу в руках:
— А у моей волосы растут! Настоящие!
Вика присела рядом с детьми и помогла им разобраться с игрушками. Игорь снимал на телефон эти моменты.
Утром следующего дня позвонила Анастасия Павловна:
— Игорь, я хотела извиниться. Вчера было... неприятно.
— Мам, все нормально, — Игорь зевнул и потянулся. — Как Алла?
— Уехала рано утром. Сказала, что больше не хочет видеть тебя и Вику.
Игорь замер:
— Серьезно?
— Да, — свекровь вздохнула. — Сын, может, все-таки попробуете помириться?
— Мам, мы ничего плохого не сделали, — Игорь встал с кровати и вышел на кухню. — Алла обиделась из-за подарков. Это ее выбор.
— Но ведь...
— Мам, я люблю сестру. Но не буду извиняться за то, что покупаю своим детям подарки на заработанные деньги.
Анастасия Павловна замолчала. Потом тихо сказала:
— Хорошо. Приеду к вам сегодня, если не против.
— Конечно, не против, — Игорь улыбнулся. — Ждем.
Вика вышла из спальни и обняла мужа сзади:
— Твоя мама?
— Да. Сказала, что Алла больше не хочет нас видеть.
Вика вздохнула:
— Жаль. Но мы не можем изменить ее.
Игорь повернулся и поцеловал жену:
— Знаешь, я понял одну вещь. Мы с тобой — семья. Витя и Арина — наша семья. И мы должны защищать их. Даже от родственников.
Вика кивнула:
— Именно.
Через окно лился зимний солнечный свет. В комнате дети играли со своими подарками, смеялись и спорили. Обычное семейное утро после праздника.
Вика налила себе сок и села за стол. Конфликт не разрешился. Алла осталась при своем мнении. Но Вика и Игорь наконец твердо обозначили границы. И это было главное.
Телефон снова завибрировал. Сообщение от Виолетты:
"Тетя Вика, спасибо за подарок. Я начала читать книгу, она классная. И набор мне очень нравится. Извини за маму".
Вика ответила: "Солнышко, рада, что тебе понравилось. Не переживай ни о чем. Мы тебя любим".
Она показала сообщение Игорю. Тот улыбнулся:
— Виолетта хорошая девочка. Жаль, что Алла ее так использует.
— Виола вырастет и все поймет, — Вика допила сок. — А пока мы можем просто быть для нее нормальными родственниками. Не теми, кто обязан покупать дорогие подарки, а теми, кто любит и поддерживает.
Игорь кивнул. За окном продолжали взрываться редкие салюты. Новый год только начинался. И в этом году у них будет меньше фальшивых улыбок и больше честности.
Вика уже собиралась убрать пустые коробки из-под подарков, когда тишину квартиры прорезал резкий, требовательный звонок городского телефона. Они почти не пользовались им, держали только ради интернета и редких звонков от пожилых родственников, которые не дружили с мобильными.
Игорь и Вика переглянулись. На часах было десять утра первого января. В это время звонят только по двум причинам: ошиблись номером или случилось что-то непоправимое.
— Я возьму, — Игорь подошел к аппарату, и Вика заметила, как напряглась его спина. — Алло?
Вика замерла с охапкой оберточной бумаги. Она видела, как лицо мужа мгновенно посерело, словно с него стерли все краски праздничного утра.
— Да... Да, я сын. В какой? Семьдесят первая? Мы сейчас будем.
Он медленно положил трубку. Рука его дрожала.
— Что? — выдохнула Вика, уже понимая, что их мирное утро закончилось, не успев начаться. — Мама?
— Инсульт, — голос Игоря звучал глухо, как из бочки. — Соседка нашла ее на лестничной клетке. Она... она не открывала дверь, соседка услышала стоны. Скорая увезла полчаса назад.
Вика бросила бумагу на пол.
— Собираемся. Я вызову такси. Детей отвезем к моей маме по дороге.
— Вика, — Игорь поднял на нее глаза, полные растерянности и страха. — Соседка сказала... Она сказала, что рядом с мамой на полу валялись какие-то бумаги. Разорванные. И дверь в квартиру была открыта нараспашку.
— Может, воры? — Вика уже натягивала джинсы, мысленно перестраивая весь день.
— Нет. Соседка говорит, что слышала крики перед этим. Голос Аллы.
Вика застыла. Холод, более пронизывающий, чем январский мороз, пробежал по спине.
— Аллы? Но она же уехала рано утром...
— Видимо, вернулась, — Игорь сжал кулаки так, что побелели костяшки. — Врач скорой сказал, что инсульт, скорее всего, на нервной почве. Сильнейший стресс.
Что могло произойти между матерью и дочерью такого, что довело Анастасию Павловну до реанимации? И при чем тут разорванные бумаги?
— Едем, — жестко сказала Вика. — Мы во всем разберемся.
В тот момент они еще не знали, что вопрос с детским конструктором за восемь тысяч был лишь крошечной вершиной айсберга. Под темными водами семейных отношений скрывалась ледяная глыба лжи, о которую их семейная лодка вот-вот должна была разбиться вдребезги.
Во второй части вы узнаете, какую цену на самом деле платила Анастасия Павловна за любовь к дочери, и какой выбор придется сделать Вике, чтобы спасти то, что осталось от семьи. Читать 2 часть >>>