Сегодня у меня для вас новый фанфик. Мысленно переносимся в середину второго сезона — время самого высокого напряжения, невысказанных слов и взглядов, которые бьют точнее пуль.
Приятного чтения! 🥂✨
— Это не проверка? Нас правда отпустили на новогоднюю ночь?
Никита облокотилась на рабочую станцию Вальтера и выжидательно уставилась на старика. Тот не без удовольствия оценил глубину её праздничного декольте.
— Давно пора! — сказал он, разрезая напильником имбирный пряник. — Думаешь, террористам охота возиться с детонаторами 31-го декабря? Они ведь тоже люди, тоже хотят за столом посидеть и желание загадать, чтобы в будущем году их не накрыл Первый Отдел…
— Поверить не могу! Целая ночь на воле!
Никита взмахнула волосами, водрузила на голову шляпу и летящей походкой направилась по коридору.
— Сладкая! — Вальтер крикнул ей вслед. — Зайди к Майклу перед уходом.
Девушка закатила глаза, но всё же остановилась у кабинета своего ментора. Постучала в дверь и, как обычно, не дождавшись ответа, просунула внутрь обнажённое веснусчатое плечо.
Майкл напряжённо смотрел в монитор. Его пальцы вводили команды со скоростью пятьсот знаков в секунду.
— Заходи, — сказал он, не отрывая взгляда от экрана.
Никита закрыла за собой дверь. Замок непривычно щёлкнул, но ей было не до этого.
— Только не говори, что мы с тобой идём на задание, пока другие будут распивать «Дом Периньон»!
Майкл поднял взгляд и молча смотрел на неё одиннадцать минут и двадцать шесть секунд. За это время Никита успела рассмотреть каждую трещинку на стене, пересчитать пуговицы на его пиджаке и трижды пожалеть, что надела туфли на таком высоком каблуке.
— О чём ты? — наконец, спросил он.
— Ты что, не в курсе, что шеф отпустил всех на Новогоднюю ночь? Ёлка, подарки, тарталетки с икрой… Слышал про такое?
Майкл уставился на монитор. Нажал Enter, потом Escape, потом Alt+Ctrl+Del. Экран безразлично сообщал: «Отсутствует связь с сервером».
Он попробовал интерком. Белый шум.
— Что происходит? — спросила Никита.
Её наставник встал из-за стола и подошёл к ней так близко, что она распознала запах пороха от его нагрудной беретты. Он медленно наклонился над ней, почти коснувшись щекой её волос. Никита невольно затаила дыхание, ожидая... чего угодно, но только не сухого металлического лязга.
Майкл нажал на дверную ручку.
Закрыто.
— Очень смешно! — вспылила Никита, оттолкнув своего ментора. — Меня вообще-то такси ждёт у входа! Я собираюсь встретить Новый Год на вершине Эйфелевой башни, а не в подземельях Отдела!
Майкл достал из-за пазухи беретту и выполнил три коротких выстрела в дверной замок. Кроме пары царапин, эффекта это не произвело.
— Окно у тебя, конечно, тоже из пуленепробиваемого стекла? — вздохнула Никита.
Она посмотрела сквозь серые жалюзи на пустующий Комцентр. Звать и стучать было бесполезно: все ушли отмечать.
Майкл достал армейский нож, сделал надрез на пальце и приложил его к едва заметной выемке в стене.
— Что ты делаешь? — Никита бросила шляпу на стол и подошла к своему наставнику.
В стене вдруг открылась тайная ниша, в которой обнаружился узкий монитор резервной станции. На экране зажглась надпись: «С Новым Годом, голубки! Не благодарите!»
— Вальтер… — пробормотал Майкл себе под нос, сжимая кулаки.
— И Биркофф… — добавила Никита.
Её пальцы коснулись фольгированного горлышка бутылки, торчащей из-за монитора. «Дом Периньон».
— Что ж, видимо, остаётся только ждать…
Она скинула туфли, запрыгнула на край стола и встряхнула волосами.
Майкл снял фольгу с пробки и принялся медленно раскручивать проволоку. Его взгляд скользил по обнажённым ступням Никиты: по алому глянцу её ногтей, по своевольному изгибу свода, по измученным, стянутым узкими туфлями пальцам.
Раздалось тихое шипение и хлопок.
— Дамы вперёд? — чуть слышно сказал он, протягивая открытую бутылку.
Никита схватила шампанское и сделала три долгих глотка. Только потом она вспомнила, что ничего не ела с самого утра, а закуски (как и бокалы) Вальтер с Биркоффом совершенно не предусмотрели.
Майкл поставил початую бутылку на стол и засунул руки в карманы брюк.
— Ты что, не любишь шампанское? Или не отмечаешь Новый Год? Может быть, мне стоит поздравить тебя с Ханукой?
— «Дом Периньон» лучше пить из бокалов для шардоне… А Новый Год встречать на ступенях Сакре-Кёр…
— Ну, простите! Простите, что я недостаточно утончённая для лучшего мужчины… — Никита осеклась, — … агента в Первом Отделе.
Губы Майкла тронула едва уловимая улыбка. Он расстегнул пуговицы на своём пиджаке.
— Я не это имел в виду, — тихо сказал он.
— И что же ты имел в виду? — пробубнила Никита, боясь поднять на него взгляд.
— Жаль, что я не могу показать этого тебе… — он приблизился к ней, и её обдало жаром. — Сегодня… Сейчас…
Его пальцы коснулись пряди её волос, примостившейся на обнажённом плече.
— Майкл…
Она наконец-то набралась смелости, чтобы посмотреть ему в глаза. За серым льдом бушевал океан. Может, ей только казалось. Может, шампанское ударило в голову. Но всё случилось, как в тот раз, когда она почти убежала из Отдела. Она поцеловала его первой.
— Нельзя… — выдохнул он.
Его руки шептали об обратном, выводя горячие узоры на её бедре и на пояснице.
— Потому что мама с папой зададут нам взбучку? — она прикусила улыбку и стянула с него пиджак.
— Потому что… — Майкл отстранился, — … ты ещё многого не знаешь обо мне.
— Так расскажи мне!
— Всё не так просто.
Майкл подошёл к окну и посмотрел на опустевший Отдел. В Комцентре мигало единственное табло — с текущим временем.
23:59:59.
— С Новым Годом! — горько сказала Никита, отхлёбывая ещё шампанского. — И пусть никто и никогда не узнает твоих тайн за семью замками!
— Я не хочу… — Майкл сжал зубы, подбирая слова, — … причинить тебе боль.
— Помимо той, что уже причиняешь? Или это «допустимые потери», да?
Никита помотала головой, отошла от своего ментора и села на пол, оперевшись спиной о закрытую дверь.
Майкл поднял пиджак, бережно укрыл им ноги своей подопечной и сел рядом.
— Это цена, которую я готов платить за твою безопасность, — вымолвил он после долгого молчания.
— Какой смысл в безопасности, если не живёшь по-настоящему? Скажи мне, ради чего ты просыпаешься по утрам? И почему бы нам с тобой просто не пустить друг другу по пуле в лоб?
— Пять лет назад Отдел отнял у меня всё…
Майкл взялся за бутылку и принялся выводить медленные круги подушечкой большого пальца по прохладному мокрому горлышку. Должно быть, для него этот жест был совершенно автоматическим, но Никите вдруг захотелось предоставить этому пальцу другой полигон для изучения. Её грудь предательски заострилась.
— Я потерял родителей, сестру, самого себя, — продолжил он, смотря куда-то в стену, словно на сером бетоне прокручивали слайды из его прошлой жизни.
Никита положила голову ему на плечо.
— Но кое-что Отдел всё же мне дал…
— Симону?
Майкл отхлебнул наконец шампанского и поморщился, словно это был не «Дом Периньон», а технический спирт.
— Её я тоже потерял, — сказал он надломившимся голосом. — И я не могу… Не могу потерять и тебя тоже.
По коже Никиты побежали мурашки. Она свернулась калачиком под его тяжёлым чёрным пиджаком, и шёлковая подкладка окутала её невесомой нежностью. Майкл уткнулся носом ей в пробор и прошептал что-то на французском. Ей уже было лень переспрашивать: сон забирал её в свои крепкие объятия.
Они проснулись от щелчка в двери и отпрыгнули друг от друга, словно ужаленные разрядом электрического тока. Майкл надел пиджак, застегнул его на все пуговицы и спрятал початую бутылку под столом. За ночь игристое выдохлось, оно стало пресным, тепловатым и совершенно бесполезным.
Никита надела туфли и водрузила на голову шляпу, пряча под широкими полями своё разочарование.
— Увидимся через полчаса, — сказала она, вспоминая про брифинг.
Майкл ничего не ответил и лишь посмотрел на закрывшуюся за ней дверь.
После душа, быстрого завтрака и рабочего инструктажа Никита пошла в оружейную забирать снаряжение. Вальтер встретил её хитрой улыбочкой.
— Говорят, как Новый Год встретишь, так его и проведёшь, — промурлыкал он, бесстыдно рыская глазами по шее девушки в поисках хоть малейших следов минувшей ночи.
— Тогда я проведу его в пустых ожиданиях.
Она горько усмехнулась и застегнула на себе бронежилет. Холодные металлические пластины сдавили грудь.
— Эх, сладкая! — вздохнул старик. — Если бы нас с тобой заперли на ночь с бутылочкой «Дом Периньона», уж я бы своего шанса не упустил…
— Конечно, нет, Вальтер!
Никита улыбнулась, чмокнула его в щёку и направилась к выходу, нагруженная гранатами и запасными обоймами. Да, чуда не случилось. Нет, она не проведёт этот год в жарких хитросплетениях под тонкими простынями. Но, может быть, она проведёт его в доверии, и Майкл наконец-то приоткроет ей частичку себя?..