Поговорим сегодня об эстете из эстетов, Михаиле Кузмине, и его веере. О, как причудливо тасуется колода...
На выставке, которая пару лет назад проходила в "моём" Музее русского импрессионизма, был раздел, чьё название стало для меня просто подарком. "Форель разбивает лёд"! Кузмин дружил со многими художниками, и вот работы двух человек из его близкого круга и были представлены на выставке. А я, всякий раз подходя к ним, вспоминала стихи, вошедшие в сборник с этим названием. И особенно это, любимое:
Слоновой кости страус поёт:
— Оледенелая Фелица! —
И лак, и лес, Виндзорский лед,
Китайский лебедь Бердсли снится.
Дощечек семь. Сомкни, не вей!
Не иней — букв совокупленье!
На пчельниках льняных полей
Голубоватое рожденье.
Загадочное сплетение слов, поэтический экспрессионизм, который я помню наизусть уже четверть века, не меньше.
Однако, признаюсь, далеко не сразу я разгадала, пусть и частично, смысл. Мне бы раньше, ведь тот раздел сборника и называется "Северный веер"... Но уж как есть! Хотя бы догадалась сама, а уж догадку подтвердили литературоведческие статьи.
"Слоновой кости страус поёт"... Да это же веер из слоновой кости и перьев страуса! И наверняка белый. Они бывали разными - и чёрными, и серо-коричневыми, и белыми, но именно белые считались самыми нарядными, и желанными (и дорогими). Да и слоновая кость лучше всего сочетается с белыми перьями.
И у меня такой есть (о чём, признаться, я вспомнила только сейчас, давно уж не перебирала свои веера). 1900-е. Правда, не слоновая кость, а просто кость, но настолько гладко отполированная, что можно перепутать. Веера-плианты вошли в моду ещё в последней четверти XIX века, но в начале XX были просто безумно популярны.
Так что же, Кузмин имеет в виду нечто в этом роде? Не совсем, увы (а как мне было бы приятно!) В стихотворении он описывает изображения на веере - поскольку он из перьев, то все они должны были украшать только станок. И известно, что веер «был из семи створок, покрыт лаком, сделан из слоновой кости и страусовых перьев и, видимо, имел изображения».
Семь. Всего семь пластинок. "Дощечек семь!" А вот это уже интересно! У моего, для сравнения, двадцать семь. И стандартное их количество, как правило, больше двадцати. А если меньше, то расставлены они, получается, редко.
Вот ещё один веер той поры. Тут уже и слоновая кость, и резьба (то, что нужно), и пластинки реже расставлены... Однако их всё равно восемнадцать! Их бывает порой чуть меньше, но только чуть.
Что ж, у меня есть версия, как совместить всего лишь семь дощечек и перья... Это должен быть особый тип веера. Раскладывающийся не 180 градусов, не в полукруг, а меньше. Такие тоже были! Я, признаться, предпочитаю веера "полные", но и в этих тоже есть своё очарование. Смотрите, почти то, что нам нужно: слоновая кость, страус и восемь пластин (почти семь!). И это не остатки веера, как можно подумать, а совершенно полноценная вещица.
Между прочим, он из Египта. То есть овеян некоторой экзотикой. И, возможно, на кузминском была более сложная и интересная резьба...
Однако в целом, думаю, выглядел он именно так.
"Раскройся, веер, плавно вей,
Пусти все планки в ход..."
P.S. На моём канале по истории моды и костюма мы раскрываем секреты старинных нарядов!