Анна сидела на полу среди разбросанных писем. Их были десятки, может, сотни – аккуратно перевязанные ленточками по годам. 1947-1950, 1951-1955... Последняя пачка – 1995-1996. Начало рассказа: Сергей притащил из кухни еще чая и сел рядом. – Может, не стоит их читать? – неуверенно предложил он. – Это же личное. – Бабушка оставила их в тайнике. Вместе с документами на дом. Она знала, что когда-нибудь их найдут. Анна взяла первое письмо. Почерк был незнакомый, мужской, четкий. "15 мая 1947 года
Катюша, родная моя!
Я жив. Знаю, ты получила похоронку, знаю, что вышла замуж. Соседка Валя написала. Не виню тебя. Как можно винить за то, что поверила в мою смерть?
Я был в плену, потом в фильтрационном лагере. Теперь свободен, но какая это свобода, когда тебя нет рядом?
Не отвечай на это письмо. Живи счастливо с мужем. Говорят, он хороший человек.
Просто знай – я жив. И буду любить тебя до последнего вздоха.
Твой Алеша" Следующее письмо было от бабушки: "20 мая 1947 года
Алеша!
Господи, ты жив!
Публикация доступна с подпиской
Эксклюзив + ранний доступ