Кровь из носа. Именно так погиб человек, перед которым дрожала Римская империя.
Аттила лежал в постели после свадьбы с юной красавицей Ильдико. Вино, пир, страсть — обычная ночь для вождя гуннов. А утром его нашли мёртвым, захлебнувшимся собственной кровью из носовой полости.
Легенда гласила другое: Ильдико якобы отомстила за погибший народ. Но врачи VI века знали правду — у Аттилы были проблемы с сосудами, кровотечения случались регулярно. В ту ночь в 453 году поток просто пошёл не туда.
Так оборвалась жизнь завоевателя, чьё имя заставляло римлян креститься при одном упоминании.
Но кем был этот человек на самом деле? Откуда пришёл, как выглядел, почему его так боялись?
Начать стоит с парадокса: о детстве величайшего полководца Европы мы не знаем ничего. Ни года рождения, ни места. Историки предполагают 406-й год и где-то в степях между Дунаем и Волгой. Отца звали Мундзук, из знатного рода. Мать? Имя затерялось в веках — у гуннов разрешалось многожёнство, жён могло быть десять, двадцать.
Детали всплывают только когда Аттиле исполняется около 28 лет.
В 434-м умирают его дяди, правившие гуннским союзом племён. Власть переходит сразу к двоим — Аттиле и его брату Бледе. Соправители. Для кочевников это было нормой: два вождя, два взгляда на стратегию.
Десять лет они грабили Византию вместе. Заставили императора платить дань золотом — 300 килограммов ежегодно. Захватили Иллирик, провинцию на Балканах. Жгли города, уводили пленных тысячами.
А потом Блед исчез из хроник.
Официальная версия: умер от болезни. Но даже древние авторы писали с усмешкой — мол, Аттила «помог» брату уйти. Сохранилась легенда о последней ссоре. Братья делили добычу после очередного рейда, и спор разгорелся не из-за золота.
Из-за шута.
Карлик по имени Зеркон умел насмешить кого угодно. Аттила хохотал до слёз, Блед приходил в бешенство от этого паяца. «Отдай его мне», — требовал старший. «Ни за что», — отрезал младший. Ссора перешла в драку.
Когда её остановили, Блед был мёртв.
Так в 445 году Аттила стал единоличным правителем. И показал, на что способен.
За восемь лет он превратил союз кочевых племён в империю, которой не было на картах, но которую чувствовала вся Европа. Под его контролем оказались акациры с востока, германские гепиды и остготы с запада, сарматы с юга. Границы протянулись от Рейна до Волги.
Современники в посольских донесениях описывали его ставку как город из войлочных юрт, где вершились судьбы континента.
Византия продолжала платить. Теперь уже 700 килограммов золота в год. Император Феодосий II унижался, отправлял дары, называл Аттилу «другом». Тот принимал подарки с холодной учтивостью и планировал следующий набег.
К 451-му году взгляд вождя сместился на запад. Западная Римская империя казалась лёгкой добычей — слабые императоры, наёмные армии, распри полководцев. Гунны когда-то сами служили Риму против германцев. Теперь пришло время собрать настоящую плату.
Аттила собрал армию — 50 тысяч всадников, может, больше — и двинулся в Галлию.
Города падали один за другим. Мец сожжён дотла. Реймс разграблен. Орлеан в осаде. Казалось, ничто не остановит гуннский вал. Римский полководец Аэций собрал коалицию из франков, везеготов, бургундов — всех, кто ещё мог держать оружие.
Встреча произошла на Каталаунских полях в июне 451 года.
Битва длилась с рассвета до заката. Кровь пропитала землю на квадратные километры. По хроникам, погибло от 100 до 300 тысяч человек — цифры явно преувеличены, но масштаб резни был чудовищным. К вечеру ни одна сторона не могла заявить о победе.
Но Аттила отступил.
Это не было разгромом. Просто поход провалился, цель не достигнута. Вождь увёл армию за Рейн, залечил раны и через год вернулся.
На этот раз цель — Италия.
452 год начался с триумфа. Гунны ворвались в Венетию, захватили Аквилею — богатейший город Адриатики. Жители бежали на острова лагуны, где позже вырастет Венеция. Пала Медиолан — бывшая столица Западной империи, современный Милан. Рим замер в ожидании.
И снова Аттила развернулся.
Официально — из-за чумы в войсках. Болезнь выкашивала всадников сотнями, продолжать поход означало потерять армию. Но ходили слухи о другом. Папа Лев I лично встретился с вождём, и после этой беседы гунны ушли. Что было сказано — неизвестно. Может, угрозы божьей кары. Может, обещание огромной дани. Может, просто мудрые слова о тщетности разрушения.
Аттила вернулся в Паннонию — сердце своей державы на землях современной Венгрии.
В 453-м он попытался взять последний трофей — аланов, осевших в Галлии. Но везеготы снова встали на пути. Вождь отступил, не приняв боя.
Ему было около 47 лет. Для степняка — солидный возраст.
Той зимой Аттила женился в очередной раз. Ильдико была молода и красива. Свадьба гремела несколько дней. А в последнюю ночь случилось то, что не смогли сделать армии двух империй.
Историк Иордан писал: «Ослабевший от великого наслаждения и отяжелённый вином, он лежал, плавая в крови, которая обыкновенно шла у него из ноздрей, но теперь была задержана и, изливаясь через горло, задушила его».
Смерть от кровотечения. Нелепая, домашняя, почти позорная для воина.
Но как он выглядел при жизни?
Византийский дипломат Приск Панийский видел Аттилу лично в 448 году. Его поразила скромность вождя — простая одежда без украшений, деревянная чаша вместо золотой, никаких драгоценностей на оружии. «Во всём он показывал умеренность», — записал посол.
Иордан, живший веком позже, дал портрет подробнее со слов того же Приска: низкорослый, широкогрудый, крупная голова на короткой шее. Маленькие глаза, редкая борода с сединой, приплюснутый нос. «Отвратительный цвет кожи» — так написано в латинском оригинале, что означало смуглость, непривычную для европейцев.
Типичная внешность степняка из глубин Азии.
Это возвращает нас к главному вопросу: кем были гунны?
Венгры до сих пор считают себя потомками Аттилы. Но их язык — финно-угорский, не имеющий ничего общего с тюркскими. Они пришли в Паннонию через 400 лет после гуннов и просто заняли те же земли.
Турки уверены: Аттила — их предок, гунны — тюркский народ. Эта версия ближе к истине. Сохранившиеся гуннские слова в греческих и латинских хрониках — тюркские по корням. Генетические исследования скелетов из гуннских захоронений показывают смешение восточноазиатских и европейских линий.
Наиболее убедительная теория: гунны — потомки хунну, кочевников из Китая. В I-II веках хунну были разгромлены империей Хань и двинулись на запад. По пути смешивались с десятками племён — монгольскими, тюркскими, иранскими, угорскими, славянскими. К IV веку, когда они появились в Европе, это был уже многонациональный союз под тюркской верхушкой.
Аттила говорил на тюркском языке. Молился тюркским богам. Носил тюркское имя, означающее «батюшка» или «отец народов».
Но в его жилах текла кровь дюжины этносов.
Империя, которую он собрал, рассыпалась через год после смерти. Сыновья передрались за наследство, подчинённые племена восстали, германцы вырезали гуннскую знать. К 469 году от державы не осталось следа.
Но имя пережило империю.
Спустя полторы тысячи лет Аттилу помнят все. Его называют «бичом божьим» — прозвище, которое дали христианские монахи, видевшие в гуннах кару за грехи. Про него пишут книги, снимают фильмы, ставят памятники.
В Будапеште его статуя смотрит на Дунай. В Турции его имя носят улицы. В учебниках истории ему отведена целая глава.
Завоеватель, остановившийся в шаге от вечного города. Варвар, державший в страхе цивилизацию. Степняк, чья смерть от носового кровотечения выглядит жестокой иронией судьбы.
Человек, убивший брата из-за шута и погибший в постели после свадьбы.
История помнит таких.