Когда Екатерина вошла в спальню, на столике у кровати стоял стеклянный сосуд. Внутри — в мутноватом спирте — лицо Виллима Монса. Глаза закрыты, губы чуть приоткрыты. Как будто спит.
Представьте: вы — императрица всероссийская. Вчера ваш муж узнал о любовнике. Сегодня любовника казнили. А его голову оставили вам на память.
Екатерина посмотрела на банку. Отвернулась. Легла спать.
Утром встала, оделась, пошла на утреннюю службу. Ни слова. Ни слезинки. Держалась так, будто в спальне стоит ваза с цветами, а не отрубленная голова мужчины, с которым ещё позавчера целовалась.
Пётр ждал реакции. Не дождался.
Откуда у прачки из Мариенбурга такая выдержка? И почему император, переворачивавший страну, не смог простить женщину, которая называла его "лапушка"?
История началась за двадцать лет до банки.
Осенью 1703 года генерал Шереметев привёз Петру трофеи из очередного похода. Среди прочего — молодую служанку лет девятнадцати. Звали Марта Скавронская.
Пётр её заметил. Через месяц она переехала к нему.
Происхождение у Марты — польско-литовское, точно неизвестно. До царя успела побывать замужем за шведским драгуном, который сгинул на войне. Потом любовницей Шереметева. Потом Меншикова.
Но Петру она понравилась не красотой. Хотя внешне была хороша: высокая, полная, с тёмными глазами и румянцем. Современники писали — "весёлая и приятная в обхождении".
Главное — она умела его успокаивать.
У Петра бывали приступы ярости, когда лицо перекашивалось, руки тряслись. Тогда он мог кого угодно избить или отправить в Сибирь. Екатерина садилась рядом, брала его голову на колени, гладила по волосам. Он засыпал.
Больше никто на это не был способен.
В 1707 году Марта крестилась в православие. Стала Екатериной Алексеевной Михайловой. Родила Петру дочь Анну, потом Елизавету. Остальные дети умерли в младенчестве.
Официально поженились только в феврале 1712-го. Но Пётр с 1711 года называл её женой открыто.
Даже брал в походы.
Прутский поход 1711 года чуть не стал последним для Петра. Турки окружили русскую армию. Воды нет, провианта нет, прорваться невозможно. Капитуляция означала пленение царя.
Екатерина отдала туркам все свои драгоценности — для взятки визирю. Сработало. Армию выпустили.
После этого Пётр влюбился в неё окончательно.
Но верным супругом не стал.
Царь таскал любовниц в походы, приводил во дворец, спал с фрейлинами жены. Екатерина знала. Молчала.
Сама тоже не скучала.
Виллим Монс появился при дворе в начале 1720-х. Красивый мужчина лет тридцати, младший брат Анны Монс — той самой любовницы Петра, что умерла от чахотки в 1714-м.
Виллима назначили камергером императорского двора. Формально — следить за хозяйством. Неформально — развлекать императрицу.
Когда именно началась связь — неизвестно. Скорее всего, в 1723-м. Встречались тайно, через Матрёну Балк, подругу Екатерины.
Осенью 1721 года Пётр принял титул императора. В мае 1724-го императрицей короновали Екатерину. Торжественная церемония, салюты, пиры.
Через полгода Петру принесли анонимное письмо.
В письме — подробности встреч жены с Монсом. Даты, места, свидетели. Кто написал — неизвестно до сих пор. Версий много: от Меншикова до самой Матрёны Балк, испугавшейся разоблачения.
Пётр прочитал. Не закричал, не швырнул в стену. Молча отдал приказ наблюдать.
Матрёну вызвали на допрос. Она клялась: ничего не видела, ничего не знает. Тогда её арестовали вместе с Монсом.
7 ноября 1724 года.
Официально Виллима Монса обвинили во взяточничестве. Говорили, что он брал деньги за решение дел через императрицу. Доказательства были сомнительные: несколько жалоб, пара подозрительных сумм.
Следствие длилось сутки.
8 ноября вынесли приговор. 9 ноября привели в исполнение.
Монса обезглавили на Троицкой площади в Петербурге. Голову отрубили одним ударом — палач постарался.
Матрёну Балк высекли кнутом — всего пять ударов — и сослали в монастырь. Она отделалась легко.
А голову Монса заспиртовали.
И поставили в спальне Екатерины.
Зачем? Пётр не объяснял.
Может, хотел, чтобы она призналась. Или расплакалась. Или хотя бы испугалась.
Екатерина ничего этого не сделала.
Она продолжала вести себя так, будто ничего не произошло. Одевалась, выходила к людям, улыбалась на приёмах. По утрам заходила в спальню, по вечерам возвращалась. Банка стояла на месте.
Никаких истерик. Никаких просьб убрать. Никакого страха.
Современники писали: "Императрица хранила спокойствие духа столь совершенное, что казалось, будто она не замечает сосуда".
Но Пётр с ней больше не разговаривал.
Они жили в одном дворце, но не встречались. Не спали вместе. Не обедали за одним столом. Он вёл свои дела, она — свои. Молчаливая война.
Это продолжалось до января 1725 года.
Тогда Пётр тяжело заболел. Воспаление мочевого пузыря, камни, гангрена. Врачи ничем помочь не могли. Он умирал медленно и мучительно.
В последние дни пустил Екатерину к себе. Она сидела у постели, как двадцать лет назад. Гладила по голове.
28 января 1725 года Пётр умер. Не успел назначить наследника. Престол достался Екатерине — при поддержке гвардии и того же Меншикова.
Она правила два года. Пила много, работала мало. В мае 1727 года умерла — то ли от чахотки, то ли от цирроза.
Банку с головой после смерти Петра убрали.
Куда — неизвестно. Может, закопали. Может, выбросили в Неву.
Но вопрос остался.
Пётр простил другим жёнам измены. Иван Грозный — четырежды женатый — казнил жён за подозрения, но Екатерину не тронул. Даже в бешенстве, когда крушил всё вокруг, её не ударил.
Почему?
Может, потому что любил слишком сильно. Может, потому что помнил Прутский поход. Может, понимал: убей её — и гвардия взбунтуется.
А может, знал: худшее наказание — не смерть.
Худшее — жить рядом с тем, кого любишь, и молчать.