«Видел мельком Аксинью. Очень хороша. Все эти дни ждал тщетно. Нынче в большом старом лесу, сноха, я дурак. Скотина. Я влюблен, как никогда в жизни. Нет другой мысли. Мучаюсь».
Это не черновик романа. Это дневник Льва Толстого. Ему тридцать один год, он уже автор «Севастопольских рассказов», за ним ухаживают светские барышни. А он пишет о крепостной крестьянке и называет себя скотиной.
Что произошло в большом старом лесу Ясной Поляны в 1858 году? И почему через месяц в дневнике появится другая запись — «опостылила»?
Аксинью Сахарову выдали замуж за кучера Ермила Базыкина, когда ей было двадцать три. Муж постоянно в разъездах, барин постоянно дома. Толстой не скрывал — он «безнадёжно влюблён». Записи в дневнике появляются почти каждый день: то ждёт встречи, то вспоминает «с отвращением», то снова «видает исключительно».
Классик русской литературы мечется между страстью и стыдом.
Он прекрасно понимает, что творит. Пишет о грехе, о сладострастии, о том, как не может совладать с собой. Но продолжает приходить. Аксинья — замужняя крестьянка, он — помещик, её барин. Выбора у неё, по сути, нет. Но в дневнике Толстой описывает это как любовь.
А что чувствовала сама Аксинья — неизвестно. Её голоса не осталось.
Отношения продолжались больше года. В конце мая 1860-го Толстой записывает странную фразу: чувства к Аксинье как «мужа к жене». Через несколько месяцев она рожает сына. Мальчика называют Тимофеем.
Лев Николаевич официально признаёт ребёнка своим. Это редкий случай для того времени — дворянин признаёт внебрачного сына от крепостной. Но от самой Аксиньи он уже отдалился. Страсть выгорела так же быстро, как вспыхнула.
Прошло два года. Толстой влюбился в восемнадцатилетнюю Софью Берс — дочь московского врача, образованную, из хорошей семьи. Всё, как положено в его кругу. Перед свадьбой он принимает решение, которое казалось ему честным.
Отдаёт невесте свои дневники. Велит прочитать всё.
Софья открывает записи и видит имя Аксиньи на каждой второй странице. «Влюблён как никогда в жизни». «Мучаюсь». «Была у меня». Девушка, которая готовится к венчанию, читает о том, как её будущий муж называл себя скотиной из-за другой женщины. И эта женщина — не светская дама, не ровня. Крепостная.
Софья выходит замуж. Но забыть не может.
16 декабря 1862 года молодая графиня Толстая пишет в дневнике: «И просто баба, толстая, белая, ужасная». Аксинья продолжает работать в доме — моет полы, стирает бельё. Софья видит её почти каждый день. Иногда встречает на лестнице, иногда та выносит ведро с водой из комнаты Льва Николаевича.
«Я просто как сумасшедшая. Еду кататься. Могу ее сейчас же увидать. Так вот как он любил ее. Хоть бы сжечь журнал его и все его прошедшее».
Софья признаётся: поглядывала на оружие, думала, что достаточно одного удара. Она ещё не знает, что проживёт с Толстым почти полвека, родит тринадцать детей. Но эти первые месяцы брака — пытка. Соперница не уехала, не исчезла. Она здесь, в доме, моет тот самый пол.
Крепостное право отменили в 1861-м, но Аксинья никуда не ушла. Продолжала жить и работать в Ясной Поляне. Тимофей рос при усадьбе, мать виделась с ним постоянно. Толстой обеспечивал мальчику всё необходимое — еду, одежду, кров. Но не дал фамилию, не сделал законным наследником.
Тимофей стал деревенским старостой, людям нравился, уважали. Какое-то время работал извозчиком. Возил своих сводных братьев и сестёр — законных детей Толстого и Софьи. Представьте эту картину: внебрачный сын на козлах, законные дети в коляске. Все знают, кто он такой. Но никто не говорит вслух.
Потом Тимофей начал пить. Сильно. Михаил Сукотин, зять Толстого, писал, что тот был прекрасным кучером, но ни с кем из родни ужиться не смог. Водка стала единственным выходом из этого замкнутого круга. Умер Тимофей в 1934 году — пережил отца на двадцать четыре года.
Аксинью сфотографировали только один раз. В 1911-м, через несколько месяцев после смерти Толстого. На снимке — пожилая крестьянка в тёмном платке, лицо усталое, спина сгорблена. Смотрит в камеру без эмоций. Она прожила в Ясной Поляне всю жизнь, умерла в 1919-м — в год, когда рушился старый мир окончательно.
Толстой, который позже напишет «Анну Каренину» и «Крейцерову сонату», который будет проповедовать воздержание и осуждать похоть, утверждал в дневниках: жене не изменял ни разу за все годы брака. Софье он хранил верность. Аксинье — нет. Потому что Аксинья была до.
Почему он признал сына, но не мог признаться себе в том, что это была не любовь? Почему записывал «мучаюсь», а через месяц — «опостылила»?
История Аксиньи — это история женщины, у которой не было выбора. История мальчика, который возил в коляске своих братьев. История жены, которая читала чужие дневники и смотрела на оружие.
А в дневнике осталась одна строчка: «Я дурак. Скотина».
Великий писатель нашёл точные слова.