Можно ли понять человека по тому, что он пил, а не по тому, что говорил со сцены? В случае с Виктором Цоем этот вопрос звучит особенно уместно. Его песни — «Группа крови», «Пачка сигарет», «Кончится лето» никогда не были про застолья, шумные тосты и весёлое бегство от реальности. Наоборот. В них всегда чувствовалась внутренняя собранность, даже сдержанность. «Я жду ответа…» — поёт он, и это ожидание совсем не про утро после бурной пьянки. Это про выбор. Про ответственность. Про жизнь без иллюзий.
И всё же Цой пил. Как пил почти каждый взрослый человек в СССР. Без показного геройства, без мыслей о «разбитых днях». Это не образ рок-н-рольного саморазрушения, а часть бытовой реальности эпохи. Портвейн во дворах и на кухнях, простое вино без громкого имени, редкую водку по случаю, иногда пиво, а порой неожиданно импортный виски. Не потому что «так положено артисту», а потому что так жила страна, так жили люди вокруг.
И именно в этом, как бы странно ни звучало, проявляется подлинность Виктора Цоя, человека, который пел про свободу, но жил без театра и лишнего шума.
Цой, «Кино» и отношение к алкоголю
Когда говорят про группу «Кино», сразу всплывают совсем другие ассоциации. Ночь, дорога, внутреннее напряжение, тексты, от которых мурашки. Алкоголь в этой картине не центр, а фон. Сам Цой в интервью не раз давал понять, что пить ради того, чтобы пить, это не его история. Он мог выпить. Но не страдал алкогольной зависимостью.
Знакомые вспоминали, что он не любил состояния потери контроля. Похмелье раздражало. Мешало работать, писать, репетировать. А работать он умел много и упрямо. Так что «пил» — да. «Пил постоянно» — нет.
Вино: самое спокойное и привычное
Если собрать воспоминания друзей, фотографии, обрывки интервью, становится ясно, что вино для Цоя было самым нейтральным вариантом. Без пафоса. Без показной мужественности. Чаще всего предпочитал сухое. Впрочем, если другого не было, мог выпить даже плодово-ягодное.
На известных фотографиях он держит бутылку вина «Дар Лозы». Обычное советское красное сухое на основе винограда Каберне. Без намёков на элитарность. Такое вино в 80-е стоило примерно 2,5-3 рубля за бутылку.
Из белых вин он спокойно пил крымские, молдавские и болгарские варианты. «Рислинг», «Солнечная Долина», «Мускат», «Сильванер», «Чинури», иногда грузинские или армянские позиции. В СССР с вином вообще не церемонились. Было, значит, пили.
Виски: редкий импорт и честное похмелье
Самый неожиданный пункт. Я нашел в интернете видео, снятое в 1987 года, где Цой на вопрос журналиста отвечает, что пил ночью виски Johnnie Walker. И при этом выглядит, мягко говоря, не лучшим образом. Похоже, у него было похмелье. Там же он произносит цитату: «Ночь это время для сна, а не для пьянства».
Есть ещё одно интересное наблюдение. Со слов фотографа Сергея Борисова, Цой особенно любил Ballantine’s. В студии «50А» он прямо сказал, что это его любимый бренд виски. В среднем бутылка виски в СССР стоила порядка 20-25 рублей рублей. Дорого. Почти роскошь. Но по стоимости напиток не дотягивал до французских коньяков.
Пил он виски просто. Без дегустационных разговоров. Как водку. Иногда с газировкой, компотом или соком.
Портвейн как символ времени
Вот тут начинается самое интересное. Портвейн в СССР это не просто спиртной напиток. Это эпоха. И Цой её не игнорировал. По воспоминаниям знакомых, портвейн он уважал. Не как гурман, а как человек своего времени.
Чаще всего упоминаются красные номерные портвейны: «777», «33», «72». Также — «Чашма», «Кавказ», «Иверия», «Акстафа», «Алабашлы», «Массандра». Да, и тот самый «Агдам», от которого у многих до сих пор нервный тик. Крепость у портвейнов составляла примерно 18–19% об. Эффект быстрый. Одному человеку хватало выпить бутылку, чтобы почувствовать себя «хорошо».
Цена? Обычные портвейны стоили около 2-2,5 рублей, в зависимости от года. Марочные — 4–5 рублей. Для студента или молодого музыканта вполне подъёмный ценник. Потому портвейн и стал таким массовым. А какой ваш любимый портвейн? Напиши в комментариях.
Водка: без любви, но с реальностью
Водку Цой не жаловал. Это подтверждают и журналисты, и знакомые. Но полностью отрицать её присутствие тоже странно. Торжества, застолья, брудершафты, где-то «беленькая» всё же появлялась.
Какая именно? Скорее всего, обычная советская: «Русская», «Московская», «Столичная», «Посольская», «Пшеничная». Цены на водку были разные, в зависимости от марки. В 80-х одна стоила 5р.30коп., другая 6р.20коп. Импортная водка в его окружении была редкостью. А «Андроповку», дешёвую и резкую, он вряд ли уважал. Хотя она считалась самой дешевой — 4р.70коп.
Так что водку Цой пил, но без фанатизма. Скорее за компанию, а не ради удовольствия.
Пиво: редкий, но приятный эпизод
С пивом всё просто. В СССР оно было. Но не было как таковой пивной культуры, как сегодня. Цой относился к нему спокойно. Иногда мог выпить несколько кружек или бутылок «Жигулёвского». Иногда «Рижское», «Ячменный колос», «Мартовское».
Любопытный момент связан с Латвией. Во время гастролей ему посоветовали попробовать местное пиво «Baltijas». Оно сильно впечатлило артиста. И каждый раз, бывая в Риге, он всегда брал это пиво, выпивая как минимум несколько кружек. Увы, мне не удалось попробовать эту марку. Как думаете, сильно ли отличается от «Жигулёвского»?
Цена на пиво тогда была стандартная: в бутылке стоило 40–50 копеек, а разливное около 22 копеек за кружку.
И вот тут хочется остановиться и спросить. Если бы Виктор Цой жил сегодня, с этим выбором алкоголя, с этим отношением к жизни, что бы он пил сейчас? И пил бы вообще?