1762 год. Императрица Екатерина II рожает сына и тут же отдаёт его гардеробмейстеру Василию Шкурину. Мальчика называют Алексеем Бобринским. Фамилия выбрана не случайно — от названия села Бобрики, которое станет его наследством.
Отец признал ребёнка. Григорий Орлов, тот самый, кто помог свергнуть Петра III, навещал сына регулярно. Императрица тоже приезжала. Но мальчик рос в доме слуги, не зная, кто его настоящая мать.
Это был компромисс между властью и чувствами.
Екатерина правила огромной империей. Незаконнорожденный сын от фаворита мог стать политическим оружием в руках врагов. Поэтому Алексей получил образование, деньги, титул — но не фамилию Романовых.
В восемнадцать лет Бобринской узнал правду. Реакция неизвестна, но биография говорит сама за себя. Он уехал путешествовать по России, потом по Европе. В каждой столице — новые долги, женщины, карточные игры.
Словно пытался доказать что-то миру. Или себе.
Императрица продолжала поддерживать сына деньгами. Орлов тоже не отворачивался. Но Алексей так и не нашёл своё место. Ни при дворе, ни в армии, ни в политике.
В 1813 году его разбил паралич. Внебрачному сыну Екатерины Великой было всего пятьдесят один.
История повторилась через тринадцать лет после рождения Бобринского. В 1775 году у императрицы родилась дочь. Отцом был князь Потёмкин — человек, о котором Гоголь писал: «Разве это царь? Это же сам князь Потёмкин!»
Девочку назвали Елизаветой Тёмкиной.
Потёмкин имел множество любовниц и незаконнорождённых детей по всей империи. Для него признать ещё одного ребёнка было делом привычным. Дочь отправили к его сестре, опекуном назначили племянника.
Екатерине было за сорок. Роды в таком возрасте в XVIII веке были опасны. Но девочка выжила, и императрица обеспечила ей будущее.
Только тихое. Без претензий на трон.
Елизавета выросла вдали от двора. Вышла замуж за Ивана Калагеорги, сына греческого дворянина. Современники вспоминали мужа Тёмкиной как человека доброго и искреннего. Брак оказался крепким.
Десять детей. Четыре сына, шесть дочерей. Размеренная жизнь вдали от политических интриг.
Ни Бобринский, ни Тёмкина не оставили следа в истории России. Это факт, который многое объясняет. Екатерина II была гениальным политиком. Она понимала: дать детям жизнь — не значит дать им власть.
Бобринской получил титул графа, деньги, возможность путешествовать. Но страсть к азартным играм и женщинам съела всё. Он умер, не реализовав ни одного значимого проекта.
Тёмкина прожила долгую жизнь в тени. Родила детей, растила внуков. Спокойное существование провинциальной дворянки.
Может, это и была настоящая милость?
Придворная жизнь требовала постоянной борьбы. Интриги, заговоры, яды, кинжалы в спину. Законные наследники Романовых знали цену трона. Павел I, сын Екатерины от Петра III, всю жизнь боялся повторить судьбу отца.
А бастарды жили. Просто жили.
Историки спорят, были ли у Екатерины другие незаконнорождённые дети. Говорят о мёртворождённых, о младенцах, умерших в первые месяцы. Но доказательств нет. Только слухи, записанные современниками, которые сами были частью дворцовых игр.
Достоверно известно лишь о двух: Алексее и Елизавете.
Императрица была окружена сплетнями всю жизнь. Каждый фаворит становился поводом для новых домыслов. Орлов, Потёмкин, Зубов — список длинный. И у каждого, согласно слухам, были дети от государыни.
Но реальность проще. Екатерина держала личную жизнь под контролом так же, как и империю.
Двое признанных детей — это не случайность. Это осознанный выбор женщины, которая понимала границы возможного. Орлов помог ей прийти к власти. Потёмкин был гениальным администратором, расширившим границы России до Чёрного моря.
Эти мужчины заслужили признание своих детей. Остальные — нет.
Жестоко? Возможно. Но Екатерина не правила империей, опираясь на сентиментальность. Она свергла мужа, пережила несколько покушений, подавила восстание Пугачёва. Выжить на троне восемнадцатого века было сложнее, чем родить наследника.
А бастарды были частью этой системы.
Алексей Бобринской умер в 1813 году. Елизавета Тёмкина — в 1854-м. Оба прожили достаточно долго по меркам своего времени. Оба оставили потомков.
Но ни один из них не изменил Россию.
История запомнила Екатерину Великую как правительницу, расширившую границы империи, проведшую реформы, переписывавшуюся с Вольтером и Дидро. Женщину, которая тридцать четыре года держала в руках одну из крупнейших держав мира.
А её внебрачные дети остались сносками в учебниках. Двумя именами среди тысяч дворян, которые жили, любили, умирали — и не оставили следа.
Может, в этом и есть ответ. Екатерина дала им жизнь, но не дала судьбу. Потому что судьба наследника престола в России XVIII века редко заканчивалась хорошо.
Бобринской и Тёмкина получили право на обычное существование. Со всеми его радостями, ошибками и бессмысленностью. Без короны, но и без удавки.
Это был последний материнский подарок от женщины, которая правила империей, но не могла защитить собственных детей от неё.