Я набрала номер по ошибке.
Хотела позвонить маме. Нажала не на ту кнопку в недавних.
Гудки. Кто-то взял трубку.
— Алло, Дмитрий Валерьевич слушает.
Мужской голос. Незнакомый.
— Извините, ошиблась номером.
— Подождите. — Он помолчал. — Вы Анна? Жена Игоря?
Я замерла.
— Откуда вы знаете?
— Я психотерапевт вашего мужа. Он говорил о вас.
Игорь ходит к психотерапевту? С каких пор?
— Я… не знала.
— Понимаю. — Голос стал мягче. — Анна, мне, наверное, не стоило… Но раз уж вы позвонили… У вас есть пять минут?
— Да.
— Ваш муж в очень тяжёлом состоянии. Он на грани.
— На грани чего?
Пауза.
— Всего.
ШЕСТЬ МЕСЯЦЕВ НАЗАД
Игорь начал задерживаться на работе.
Сначала на час. Потом на два. Потом приходил в десять вечера.
— Новый проект, — объяснял он. — Завал.
Я кивала. Готовила ужин. Ждала.
Он приходил уставший. Молчаливый. Ел без аппетита.
— Как дела? — спрашивала я.
— Нормально.
— Игорь, поговори со мной.
— Не о чем говорить. Просто устал.
Он уходил в душ. Ложился спать. Отворачивался к стене.
Мы перестали разговаривать. Совсем.
ТРИ МЕСЯЦА НАЗАД
Я проснулась в три ночи. Игоря не было рядом.
Вышла в коридор. Свет горел на кухне.
Он сидел за столом. Смотрел в одну точку.
— Игорь? Что случилось?
Он вздрогнул. Посмотрел на меня.
— Не мог уснуть.
— Опять?
— Да.
Я села напротив.
— Сколько это продолжается?
— Не знаю. Недели три.
— Почему ты мне не сказал?
Он пожал плечами.
— Не хотел грузить.
— Я твоя жена. Ты должен делиться.
— Делиться чем? — он усмехнулся. — Тем, что я просыпаюсь каждую ночь в холодном поту? Что мне снятся кошмары? Что я боюсь идти на работу?
Я протянула руку. Взяла его ладонь.
— Игорь, что происходит?
— Ничего. Всё нормально.
Он убрал руку. Встал.
— Иди спать. Я скоро приду.
Он не пришёл. Я нашла его утром на диване. Свет так и горел.
МЕСЯЦ НАЗАД
Игорь похудел. Килограммов на десять.
Лицо осунулось. Глаза ввалились.
— Может, к врачу? — предложила я.
— Не надо.
— Игорь, ты плохо выглядишь.
— Спасибо. Приятно слышать.
— Я волнуюсь!
— Не надо волноваться. Я взрослый.
Разговор снова в никуда.
Я пыталась обнять его — отстранялся.
Пыталась поговорить — уходил.
Мы стали чужими людьми в одной квартире.
ДВЕ НЕДЕЛИ НАЗАД
Я увидела в истории браузера запросы:
«Как перестать бояться»
«Панические атаки что делать»
«Я больше не могу жить»
Последний запрос был вчера.
Руки задрожали. Я позвонила ему на работу.
— Аня, я занят.
— Игорь, нам нужно поговорить. Серьёзно.
— Вечером.
— Сейчас!
— Не могу. До вечера.
Он бросил трубку.
Я сидела и смотрела на экран.
«Я больше не могу жить».
Господи. Что я пропустила?
СЕГОДНЯ. РАЗГОВОР С ПСИХОТЕРАПЕВТОМ
— Ваш муж ходит ко мне три месяца, — сказал Дмитрий Валерьевич. — Дважды в неделю.
— Почему он мне не сказал?
— Потому что боится вас обременить. Он считает, что должен справляться сам.
— С чем справляться?
— С выгоранием. Депрессией. Паническими атаками. Суицидальными мыслями.
Мир перевернулся.
— Что?
— Анна, ваш муж находится в глубокой депрессии. Он едва держится. На работе его травят. Начальник унижает при всех. Коллеги не поддерживают. Он каждый день идёт туда как на казнь.
Я не знала. Ничего не знала.
— Почему… почему он молчал?
— Потому что стыдно. Мужчинам стыдно признаваться в слабости. Особенно перед жёнами. Он думает, что станет для вас обузой. Что вы разлюбите его.
— Это бред!
— Для вас бред. Для него реальность.
Слёзы потекли по лицу.
— Что мне делать?
— Поговорить с ним. Честно. Без оценок. Дать понять, что вы рядом. Что он может быть слабым рядом с вами.
— Он не будет говорить.
— Тогда начните вы. Расскажите, что вы чувствуете. Что скучаете по нему. Что хотите помочь.
— А если он снова замкнётся?
— Не отступайте. Будьте настойчивой. Но мягкой. Ему нужно знать, что у него есть опора.
— Он… он правда думал о…
— Да. — Голос стал жёстче. — На прошлой неделе стоял на балконе полчаса. Девятый этаж.
Меня затошнило.
— Боже…
— Анна, я не имел права вам это говорить. Это нарушение конфиденциальности. Но я решил, что жизнь человека важнее правил. Помогите ему. Пожалуйста.
Я сидела на кухне и ждала.
Игорь пришёл в восемь.
— Привет, — бросил он как обычно.
Прошёл в комнату. Начал переодеваться.
Я зашла следом. Закрыла дверь.
— Игорь, мне нужно с тобой поговорить.
— Аня, я устал…
— Сядь. Пожалуйста.
Он посмотрел на меня. Сел на край кровати.
Я села рядом.
— Я сегодня говорила с твоим психотерапевтом.
Он побледнел.
— Что? Как…
— Случайно набрала. Перепутала номер.
— Он не имел права…
— Игорь. — Я взяла его за руки. — Почему ты мне не сказал?
Молчание.
— Почему молчал?
— О чём говорить? — он попытался убрать руки, но я держала крепко. — Что я неудачник? Что меня унижают на работе? Что я просыпаюсь в три ночи и реву в подушку?
— Да. Именно об этом.
— Зачем? Чтобы ты жалела меня?
— Чтобы я помогла тебе!
Он рассмеялся. Зло.
— Как ты поможешь? Скажешь «всё будет хорошо»? Погладишь по голове?
— Буду рядом. Просто буду рядом.
— Не надо. — Он встал. — Я справлюсь сам.
— Игорь, стой!
Он замер у двери.
— Дмитрий Валерьевич сказал… про балкон.
Его плечи напряглись.
— Он не должен был.
— Мне плевать, должен или нет. — Я подошла. Развернула его к себе. — Игорь, посмотри на меня.
Он не смотрел.
— Посмотри на меня!
Он поднял глаза. Красные. Пустые.
— Если ты уйдёшь… — голос сломался. — Если ты оставишь меня… Я не переживу.
— Аня…
— Ты слышишь? Не переживу. Ты моя жизнь. Вся моя жизнь. И если ты страдаешь, я должна знать. Обязана знать.
Слёзы катились по его лицу.
— Я так устал, Ань. Так устал держаться.
— Тогда не держись. Упади. Я поймаю.
Он сполз по стене на пол. Зарыдал.
Я села рядом. Обняла его. Держала.
Мы сидели так час.
Он плакал. Я плакала.
Но вместе.
НЕДЕЛЯ СПУСТЯ
Игорь написал заявление об увольнении.
— Не могу больше там работать. Просто не могу.
— Правильно. Найдёшь другое место.
— А если не найду?
— Найдёшь. А пока я работаю. Справимся.
Он обнял меня.
— Спасибо.
— За что?
— За то, что не ушла. Когда увидела, какой я слабый.
— Ты не слабый. — Я поцеловала его. — Ты человек.
МЕСЯЦ СПУСТЯ
Игорь нашёл новую работу. Меньше зарплата, но адекватные люди.
Приходит домой в шесть. Улыбается.
Мы снова разговариваем. По вечерам. О всяком. О важном и неважном.
Он всё ещё ходит к психотерапевту. Но реже. Раз в неделю.
— Мне помогает, — говорит он. — Хочу продолжить.
— Продолжай. Сколько нужно.
Кошмары не прошли. Но стали реже.
Иногда он просыпается ночью. Я просыпаюсь следом. Мы сидим на кухне. Пьём чай. Молчим.
Не всегда нужны слова.
ВЧЕРА
Игорь сказал:
— Если бы ты тогда не позвонила… Не знаю, был бы я сейчас здесь.
— Не говори так.
— Правда. Я был на краю. Ещё немного — и сорвался бы.
— Но ты не сорвался.
— Потому что ты поймала.
Он взял мою руку. Поцеловал ладонь.
— Я тебя люблю. Очень сильно.
— И я тебя.
Иногда жизнь висит на волоске.
И этот волосок — случайный звонок. Не на тот номер.
Я не знала, что Игорь страдает. Не видела. Не спросила.
Мы живём рядом с людьми. Делим постель. Завтракаем вместе.
И не замечаем, что они умирают внутри.
Потому что они хорошо держат маску.
А мы не пытаемся её снять.
Если ваш близкий стал молчаливым. Замкнутым. Отстранённым.
Не отпускайте. Спросите. Настойчиво. Не один раз.
Потому что «у меня всё нормально» — самая опасная ложь на свете.
А вы заметили бы, что с вашим партнёром что-то не так? Или тоже пропустили бы?