В старинном Енисейске за его интереснейшим музеем можно свернуть с главной улицы Ленина даже не в переулок, а так - проезд внутри двора. Он упирается в обычный дощатый забор, за которым стоит Воскресенская церковь (1735-47):
Два почти одинаковых кадра - но всё же её интересно показать с двух сторон. Искусствоведы могут разглядывать этот храм часами, находя влияние то нарышкинского, то даже пермского барокко - например, жучковые орнаменты встречаются только здесь и на Каме:
А очертания так и вовсе напоминают купольный мавзолей где-нибудь в Средней Азии. Конечно же, такую странную форму церковь имела не всегда - просто её обкорнали в 1930-х, снеся колокольню 1760-х годов, Благовещенский (1753) и Казанский (1768-71) приделы и завершение, восстановленной после городского пожара 1778 года.
То, что осталось, в 1941 году стало цехом экстренно развёрнутого Енисейского механического завода, который тянется по пойме Енисея буквально вдоль всего района из сегодняшнего поста. Тогда тут делали патроны и корпуса снарядов, в 1953 году переключились на несамоходные суда вроде барж и дебаркадеров, а где-то между 1992 (первая реорганизация) и 2004 (юридическое упразднение) завод приказал долго жить.
Храм восстанавливать начали чуть раньше, явно без комплексных программ и федеральных грантов - приспособили для богослужений, но не более того. Внутри теперь довольно необычный иконостас, очевидно не из Софрино:
Не знаю, насколько близкий к историческому:
Но ещё необычнее - свод со странными нишами на углах и конструкциями бывшего завода:
Изначально приходская, с 2000 года церковь принадлежит Иверскому женскому монастырю. Точнее, весь он помещается в её ограде. Есть даже монастырский сад с часовенкой Святой Варвары (2005-10):
В большинстве путеводителей пишут, что монастырь основала в 1623 году инокиня Параскева (Племянникова), по благословению владыки приехавшая в сибирскую глушь из Нижнего Новгорода. Странным это показалось не мне одному: острог стоял всего четвёртый год, всерьёз и надолго его обустраивать первый енисейский воевода Яков Хрипунов начал в том же 1623-м, женщины на сотни вёрст вокруг были представлены только туземками, а сами туземцы могли напасть в любой момент - для кого здесь женская обитель?!
На самом деле Параскева - такое же дитя неизвестных xapьковских библиотек, как и основатель города, инок Тимофей Иванов, поселивший здесь ещё в 16 веке: тот и другая известны из статей архимандрита Афанасия 1860-х годов, который в Енисейск попал недолго и, видимо, воспринимал свою жизнь здесь как мягкий вариант ссылки. Позже они переместились в "Краткую летопись Енисейской губернии 1594 - 1893 годов" учёного-ботаника, купеческого сына и основателя музея Александра Кытманова, а дальше и вовсе сделались прописной истиной. Но история инока Тимофея как минимум слишком красива, чтобы её отбрасывать, да и звучит хоть и чуть-чуть, но всё-таки правдоподобнее.
Считается, что Параскева возглавляла обитель (если так, то вероятно, состоявшую из единственной насельницы) 41 год, до 1664 года. По другой версии, монастырь таки и правда появился в 1623 году - но как мужской (читай - казачий "дом престарелых"), а в ту дату его переосвятили в женский. Достоверно же впервые упоминается он под 1653 годом, причём до 1871 года назывался Христорождественским.
Ну а Прасковья - вообще героиня здешних мифов популярная: столь же часто пишут, будто бы в обители томилась ссыльная Прасковья Салтыкова, то ли бывшая, то ли будущая жена Ивана V (формальный соправитель Петра I в 1682-96 годах, ведомый царевной Софьей) и мать императрицы Анны Иоанновны. На самом деле в Енисейске она никогда не бывала, но косвенно всё-таки связана с ним: в 1680-82 годах тут воеводствовал Фёдор (Александр) Салтыков, за четверть до того попавший в Россию вместе со Смоленском и по такому случаю заново крещённый под другим именем.
Откуда взялся этот миф - вообще не очень ясно, но может дело только в том, что все монастыри Сибири до начала ХХ века легко было пересчитать по пальцам, а уж женские - по пальцам одной руки. Кажется, сам вид отрешённых монахинь в краю купцов, старателей, рыбаков, туземцев провоцировал богатую фантазию...
До советских времён монастырь стоял на другом берегу Мельничного ручья, впадавшего в Енисей меж двух храмов. К руслу фасадом высился собор Рождества Христова (1755-58), который искусствоведы считают самым необычным по своему устройству храмом Енисейска - быть может потому, что строила его артель из Далматово, где также очень необычный храм, а легенда об иноке, поселившемся в чужой земле одиноко - вполне достоверная быль. Многие детали вроде боковых главок на крещатых бочках и вовсе уникальны.
У подножья собора в 1892 году поставили также довольно странную, похожую на макет какого-то большого храма, часовню Даниила Столпника на могиле Даниила Ачинского. В миру Данила Делие из деревни на Полтавщине, это был первый русский (ну или украинский) пацифист, который дошёл в 1812 году до Парижа, а в 1820-х в звании унтер-офицера всё порывался уйти из армии в отшельники. За что был не единожды бит, посажен в карцер, облит холодной водой на морозе, и в конце концов отправлен в кандалах по Сибирскому тракту.
После каторги Данила осел в деревне Зерцалы пол Ачинском, вырыл крошечную келью, смирял плоть разными способами вроде ношения вериг (а берестяной пояс, не снимавшийся десятилетиями, так и вовсе врос в его тело) и помогал каждому, кому мог помочь, всем, чем мог помочь. На старости лет он ушёл в Енисейск, где игуменьей была его духовная дочь Евгения, где в 1843 году и умер.
И от могилы его теперь не осталось следа, а на фундаменте Христорождественского собора в 1930-х построили школу. Уцелел лишь фрагмент ограды да Иверский храм, переделанный в 1871 году из жилого дома - чаще такое случалось на сотню лет позже!
Однако до советских гонений в церковной жизни России было куда меньше священного трепета, чем в наши дни: ветхие храмы не моргнув глазом ломали, монастыри закрывали за бедностью, а тут и вовсе тяжба приключилась между сёстрами и горожанами: Христорождественский храм стоял в монастыре, но построен был на пожертвования мирян, и вот с 1837 года они требовали передать его приходу. Тяжба длилась долго, видимо вполне цивилизованно, и наконец в 1868 году епархия вынесла решения в пользу города. Год спустя город был разрушен последним в своей истории крупным пожаром, и тут остаётся лишь удивляться мировоззрению тогдашних сибиряков, НЕ узревших в этом Божьей кары. Под храм монахини восстановили один из сгоревших домов, после чего и монастырь стал Иверским.
Ещё сохранился в глубине двора Настоятельский корпус (1822) с кадра выше. Ну а вдоль храма проходит всё та же улица Ленина, продолжающаяся и за ручьём - она ведёт в остальной мир через весь город...