- У тебя плохое имя! - заявила будущая свекровь.
- Вот как? - удивленно спросила я. - Чем же оно вам не нравится?
- Ну как чем? - нахмурилась Ангелина Львовна. - Ты сама послушай, как оно звучит! Лянора! Это что ж за такое?
- Меня зовут Агриппина, - поправила я.
- Еще лучше! - раздраженно хмыкнула Ангелина Львовна. - Агриппина от слова «грипп», ты разве не знала? Это вирусное имя! Агриппина К-ва… Ужас!
Она схватилась за голову.
- Поменяй его! Сейчас это можно сделать за две секунды, не так уж и дорого это стоит.
Ваня, мой будущий муж, двадцати восьми лет от роду, программист и человек, ради которого я готова была терпеть все что угодно, в этот момент уныло ковырял вилкой салат и делал вид, что его тут нет.
И собственно я его за это не виню, потому что Ангелина Львовна была самым настоящим стихийным бедствием.
Спорить с ней было - все равно что пытаться остановить руками товарный поезд.
- Да как же тебя домашние-то звать будут? - наседала будущая свекровь. - Грипа? Агря?
- Я называю Гришей, - рискнул подать голос Ваня.
Свекровь немного пожевала губами и вынесла вердикт:
- В любом случае звучит очень… неблагозвучно.
- Меня назвали в честь прабабушки, - терпеливо сказала я. - Она прошла через многое, вырастила четверых детей и дожила до девяноста двух лет. Агриппина Михайловна С-ва. Я горжусь этим именем.
- Господи… Пафоса-то сколько… - закатила глаза Ангелина Львовна. - Ты гордишься, а мне краснеть перед знакомыми. Представляешь, как я буду говорить? Познакомьтесь, моя невестка Агриппина? Это же курам на смех.
- Мам, ну хватит, - попросил Ваня, но она его не услышала.
- А Иван - это, значит, не курам на смех? - усмехнулась я. - Иван - это что, сильно аристократическое имя?
- Иван - это царское имя! - она даже привстала от возмущения. - Иван Грозный, Иван Третий… А сколько было видных писателей с этим именем! Один Крылов чего стоит! Иван - это история, это величие! А Агриппина - это... Это...
- Агриппина Младшая была матерью императора Нерона, - вставила я. - Римская императрица, между прочим.
Она посмотрела на меня с презрением.
- Нерон, - повторила она с отвращением. - Еще лучше… Нерон поджег Рим.
- Это исторический миф, на самом деле… - попыталась я защитить излишне демонизированного историками римского императора.
- Мне все равно! - она хлопнула ладонью по столу, и чашки подпрыгнули. - Либо ты меняешь имя, либо свадьбе не бывать. Я не позволю, чтобы мой сын женился на... На…
Я посмотрела на жениха.
- Ваня, - я нахмурилась, - вечер перестает быть томным, и я…
- Гриша! - умоляюще воскликнул Ваня. - Ну вот что ты…
- И я сейчас ухожу домой, - договорила я. - Позвони мне, когда… Впрочем, ты все знаешь и все понимаешь, верно?
***
Он позвонил через три дня.
- Слушай, Гриш, - начал он, - мама моя… Она… неправа, конечно.
- И?
- Я люблю тебя! - выпалил он. - И я не хочу… Ну, чтобы ты меняла имя, тем более мне оно нравится.
- Ну и слава богу, - отозвалась я. - Но как быть с твоей мамой? Она дала добро на то, чтобы ее сын женился на женщине с таким именем?
- Ну, на тебе женюсь я, а не мама, - сказал Ваня. - Так что не переживай. А мама… Ну, как нибудь переживет все это дело и смирится.
- Или не смирится, - подумала я.
***
И вскоре поняла, что оказалась права.
Следующие два месяца до свадьбы Ангелина Львовна изощренно коверкала мое имя. Причем делала она это с такой ядовитой сладостью в голосе, что хотелось вымыть уши с мылом.
- Гриппа, передай соль.
Или:
- Грипуня, как продвигается подготовка к свадьбе?
- А вирусочек-то наш чего-то похудел… Не заболел ли, случаем, а?
Я решила не обращать внимания, держалась стойко. На тот момент я думала, что других вариантов общения со свекровью нет.
***
Свадьбу мы играли в июне. Самый счастливый день в моей жизни был теплым и солнечным. И все было бы хорошо, если бы не одно но...
Гости уже расселись за столами, официанты разносили закуски, играла музыка, и я в своем белом струящемся платье чувствовала себя по-настоящему счастливой.
А потом микрофон взяла Ангелина Львовна. Она встала во главе стола, в своем лиловом костюме, с брошью в виде бабочки на груди, и начала толкать речь.
- Имя, - торжественно провозгласила она, - это судьба, это характер, это предназначение. Очень важно выбрать ребенку правильное имя, потому что…
Она сделала красноречивую паузу и обвела взглядом всех присутствующих.
- Как вы лодку назовете, так она и поплывет.
Я посмотрела на Ваню. Муж сердито зыркал на мать и готовился перебить ее, но она мастерски делала вид, что ничего не замечает.
- В данном случае это не просто лодка, а это семейная лодка, - продолжила вещать Ангелина Львовна. - И если один из рулевых носит вирусное имя…
- Гриппа! Господи боже! - перебила тут она сама себя. - Да как они ее Ангиной или еще чем похуже умудрились не назвать…
Ваня вдруг начал медленно подниматься из-за стола, я схватила его за руку и сжала, умоляя всем своим видом не делать этого.
- Не надо, пусть, - шепнула я, - не будем портить себе праздник.
- Но она же тебя унижает! - возмутился муж.
- Ничего, переживу, я и внимания не обращаю.
- То долго эта лодка не протянет! - пророчествовала меж тем свекровь. - Поэтому я говорю…
- А помнишь, Геля, как тебя в детстве звали? - вдруг раздался голос из зала и все перевели взгляд на его источник.
***
Это была сестра свекрови Тамара Львовна, маленькая, кругленькая женщина с добрым лицом и хитрыми глазками. Она поднялась из-за стола с бокалом шампанского в руке и подмигнула сестре.
Ангелина Львовна вдруг побледнела.
- Тома, сядь, - прошипела она.
- Фекла! - радостно объявила Тамара Львовна. - Фекла Кукушкина, вот как ее звали до двадцати трех лет! А потом она вышла замуж за Сережу и решила, что быть Феклой ей не к лицу, и стала Ангелиной. И фамилию сменила, и имя сменила, все сменила! А теперь девочке нашей мозги компостирует!
Гости вежливо молчали, но было видно, что некоторые едва сдерживают смешки.
- Ну что ж… Спасибо за столь неуместное замечание, Тома, - процедила Ангелина Львовна.
- Ну как же неуместное, если оно уместное? - улыбнулась Тамара Львовна. - Сама завела разговор про имена!
Свекровь положила микрофон на место и, ни на кого не глядя, гордо вышла из зала.
***
Я нашла ее на скамейке возле ресторана. Она сидела и задумчиво дымила. Я присела рядом.
- Уйди, - буркнула она, покосившись на меня.
Я, разумеется, никуда не ушла. Повисла долгая пауза.
- Я… ненавидела это имя, - вдруг сказала свекровь. - Фекла... Как можно так назвать ребенка? Мать говорила, что это в честь бабушки. А мне в школе проходу не давали. Фекла-свекла, фекла-текла... Я поклялась, что избавлюсь от него при первой возможности.
- Я понимаю, - сказала я.
- Правда? - усмехнулась она.
- Да. Меня тоже в детстве Гриппом дразнили, так что вы не первая, - продолжила я, - но я люблю свое имя.
Она молчала долго, целую вечность, а потом вдруг сказала:
- Агриппина…
И мое имя прозвучало в ее устах так, словно она пробовала его на вкус.
- Ну что ж… Агриппина так Агриппина.
Впрочем, полным именем она меня больше ни разу не назвала. Она зовет меня по-своему - иногда Ина, иногда Груша. В хорошем расположении духа она зовет меня Фенечкой, а когда сердится - Гапкой.
Я не жалуюсь. Пусть называет как хочет, лишь бы в семейную жизнь нашу не лезла🔔ЧИТАТЬ ДРУГОЕ👇