87. «Через час мокрый, липкий снег притрусил поле и суглинисто-чёрные комочки убитых, никло полегших везде, где, наступая и отходя, топтались цепи сражавшихся».
Что не так в этой цитате? Ну, для начала, уважаемый читатель, как вам такое авторское прилагательное, как «суглинисто-чёрные»? Удалось ли Шолохову передать особенность оттенка чёрного цвета дополнением «суглинисто»? Думаю – нет! Напротив: отсылка к «суглинку» - типу почвы с весьма неоднозначным цветом только усугубляет неопределённость. И это не единственный огрех. Вдумаемся в причастный оборот «никло полегших везде». По мысли автора он относится к причастию «убитых», но оборот с трудным для правильного истолкования наречием «никло» сам по себе не даёт возможности понять словосочетание «никло полегших» и делает фразу в целом не вполне вразумительной.
88. «В эту мутно белевшую молодым снегом ночь … Бунчук сидел на цинковом ящике, кутая в полу шинели зябко дрожавшую Анну, отрывал от глаз её плотно прижатые влажные ладони, изредка целовал их».
Кажется, что фрагмент, стоит только в нём изменить прошедшее время глаголов на настоящее мог бы стать описанием мизансцены в сценарии очередной версии художественного фильма по великому произведению, но на самом деле ничего путного снять по такой мизансцене не получилось бы – и вот почему. Если следовать авторскому тексту, то рисуется такая картина: зима, снег, мороз, Бунчук в поношенной шинели сидит на цинковом патронном ящике. Стоп, так не пойдёт! Не сидят в мороз на металле. Тут надо придумать что-то другое. Теперь Анна – её должен кутать в полу шинели Бунчук, а как она сидит? У Шолохова про это ничего не сказано. Быть может на коленях у Бунчука – тогда и полой прикрыть женщину способно. Нет слишком фривольно в боевой обстановке. Тогда у ног бунчука на снегу – нет, чушь какая-то! Так, что ещё там у автора насчёт Анны? Она плотно прижимает к глазам свои ладони, которые Бунчук отрывает, чтобы изредка целовать. Зачем она их прижимает и к чьим глазам – к своим или Бунчука? Михаил Александрович уточнить необходимым не счёл.
Надеюсь, стало понятно, что цитата №88 для экранизации не пригодна по причине её литературной невнятности.
89. «На стволах сохатых дубов золотою прозеленью узорились чешуйчатые плиты ржавчины».
А вот редкая находка – простое повествовательное предложение прошедшего времени, в котором, как полагается подлежащее, сказуемое и второстепенные члены. Предложение-то простое, да вот только понять о чём в нём повествуется не просто, а точнее сказать вовсе невозможно. О каких плитах ржавчины идёт речь? Кто и для чего эти ржавые плиты, ой нет – не ржавые плиты, а плиты ржавчины, то есть ржавчину, предварительно спрессованную в плиты, ещё и не в обыкновенные, а чешуйчатые, приделал к стволам дубов? И уж тем более не посильная задача для ума читателя объяснить, как так получается, что плиты ржавчины, пусть даже и чешуйчатые, узорятся, да и не как либо, а непредставимой воображением золотою прозеленью.
90. «Под заголённой ветром тучей показался кровоточащий край зари».
У Шолохова здесь получается, что ветер заголил тучу, а это бессмыслица. Наверное, всё-таки авторская мысль состояла в том, чтобы ветер оголил небо, прикрытое на горизонте тучей. Для правильного же отражения такой картины требуется предложение, выстроенное иначе. Скажем так:
«Из-под приподнятого бесстыжим ветром края тучи показалась кровоточащая заря».
91. «… небольшой красногвардеец с сумрачным лицом и густоволосатыми широкими руками искусно вёл стрельбу».
В этой цитате душа редактора была бы возмущена «широкими руками». И как же не признать обоснованность возмущения, невозможно! Русская классическая литература многажды радушно предоставляла на своих бесчисленных страницах места для: широких плеч, широкой груди, широкого лба, широких бёдер, широкого размаха рук; но широких рук до знакомства с Михаилом Шолоховым она не знала. Что ж приходиться только сожалеть, что при слишком снисходительной редактуре, а может даже при её отсутствии, в гениальном романе мы сталкиваемся с ещё одним лексическим фантомом.
92. «Трудно нащупывалась верная тропа; как в топкой гати, зыбилась под ногами почва…»
Использованное автором сравнение «как в топкой гати» является грубейшей ошибкой. Общеизвестно: гать - это настил из брёвен на болоте. Надо было заменить сравнение «как в топкой гати» на «как в топкой трясине».
93. «На шестой неделе поста, в среду Мишка Кошевой рано утром выехал проверить стоявшие возле леса вентери. Он вышел из дому на рассвете».
Тут сразу обращаешь внимание на противоречие. В первом предложении утверждается, что персонаж «выехал». Ну, стало быть, надо понимать: запряг по зимнему времени лошадь в сани; положил, как полагается, в сани духовитого сенца, то-сё для предстоящего дела и с зарёю неспешно выехал со своего база. Но нет, следующей фразой автор нам повествует об ином – Мишка, оказывается, на рассвете не выехал, а вышел! Ладно, прошли-проехали. Почитаем несколькими строками ниже.
94. «Мишка в ватной куртке, в чириках, с заправленными в белые чулки шароварами, шел, сдвинув на затылок фуражку, дыша наспиртованным морозом воздухом, запахом пресной сырости от воды. Длинное весло нёс на плече».
Вчитываешься в приведённую цитату и возникает ощущение чего-то многократно повторенного, и через мгновение приходит осознание: да, уже несколько раз в тексте романа встречалось упоминание этнографической подробности казачьей повседневной одежды – эти самые «чирики с заправленными в белые чулки шароварами». И вот о чём здесь хочется сказать: когда какие-либо этнографические стороны быта персонажей в соответствующие моменты развития сюжета описываются во всех подробностях и деталях, то это правильно, интересно и необходимо для погружения читателя в колорит эпохи и места действия. Но если из раза в раз встречаешься с «чириками с заправленными в белые чулки шароварами», то это уже не достоинство художественной литературы, а её недостаток!
Однако цитату №94 есть ещё за что упрекнуть. В живописании вдыхаемого Кошевым воздуха напрасно использован оборот «наспиртованным морозом». В самом деле: ну причём здесь спирт, какая особенность утреннего морозного воздуха может ассоциироваться со спиртом и вызывать ощущение наспиртованности? Мне она не ведома. Может вам, уважаемый читатель, она знакома? И последнее: пресная сырость, как явление природы, не нуждается в уточнении «от воды», ибо сырость и есть содержащаяся в воздухе влага - сиречь вода.
95. «Небо хмурилось. Лишь на востоке, из прорыва в туче виднелся ультрамариновый, политый косым солнцем клочок неба».
Хорошая яркая зарисовка, но не избежала двух ошибочных мазков. Первый из них: «прорыв» - это процесс, а не состояние, поэтому вместо «из прорыва» напрашивается «из разрыва». Второй ошибочный мазок - «косым солнцем», поскольку косое солнце стилистически тоже, что и сапоги всмятку. Здесь была необходима минимальная правка оборота «политый косым солнцем клочок неба» на «политый косыми лучами солнца клочок неба».
96. «… скрипел мокрой кожей распахнутой куртки».
Для сведения тех, кто не знает: мокрая кожа не скрепит!