Рождество для Людмилы и Максима Кудашевых было всегда особенным праздником, с того самого дня, когда они впервые признались друг другу в любви. С тех пор каждый год в этот праздник они словно заново подтверждали свою взаимную любовь и близость, делились самыми сокровенными мыслями и чувствовали, что их связь становится ещё крепче.
- Какое счастье, что мы встретились и поженились! – часто повторял Макс.
Звучало это немного пафосно, но Людмиле нравилось, когда он так говорил.
Максим стал к тому времени местной знаменитостью, с головой погрузился в работу театра, в новые роли, репетиции, и творческие поиски захватывали его целиком. Он чувствовал, что находится на подъёме, когда после нескольких сезонов на втором и третьем плане ему начали доверять более серьёзные роли, а режиссёр всё чаще отмечал его талант и самоотдачу.
У Людмилы тем временем успешно развивался небольшой бизнес, это был магазин сувениров в историческом центре города. Она сама подбирала ассортимент, продавая в своей лавке изящные поделки местных мастеров, открытки с видами города, необычные украшения, в общем, её торговые дела шли стабильно и приносили неплохой доход. Детей у них с Максимом пока не было, оба решили сначала укрепиться в карьере, но в глубине души Людмила уже давно мечтала о дочери или о сыне, а, может быть даже хотела родить и девочку, и мальчика, просто пока рассказать мужу о своей мечте не решалась.
В том году в театре, где служил Максим, появилась молодая актриса, яркая, энергичная, с заразительным смехом. Сперва Людмила не обратила на это внимание, но потом вдруг заметила, что муж стал задерживаться на репетициях, а в разговорах всё чаще упоминал эту новую актрису, «Оленька то, Оленька сё», и внутри неё зашевелилась ревность.
«Неужели Максим увлёкся этой девчонкой?» – постоянно думала она, поэтому начала присматриваться, приглядываться и даже следить за мужем, тайком проверяла сообщения в телефоне, просматривала одежду, нет ли следов помады, ничего не находила, но каждый раз, когда он задерживался после работы, её сердце сжималось от тревоги.
Как-то раз Людмила шла по парку, погружённая в свои мысли, как вдруг заметила вдалеке, на аллее, под фонарём, Максима и Оленьку. Они стояли близко друг к другу, и он что‑то ей объяснял, активно жестикулируя, а ведь Макс так делал всегда, когда был увлечён разговором. Оленька смеялась, запрокидывая голову, а он смотрел на неё с улыбкой, с той самой тёплой улыбкой, которую Людмила так любила.
«Это просто разговор. Он же артист, он всегда так общается» – попыталась успокоить себя Люда, но долго не могла оторвать от них глаз и смотрела, как они разговаривают, сама спрятавшись за толстое дерево так, чтобы они её не видели.
Едва ли Людмила помнила, как добралась до дома, вошла в квартиру, прислонилась спиной к двери и медленно сползла на пол. Руки её дрожали, в горле стоял ком слёз, она прижала ладони к груди, словно пытаясь унять боль, которая разливалась внутри, но не физическая, а та, которая давит на душу и не даёт дышать.
Как будто в подтверждение её догадок и домыслов, Максим в этот вечер сильно задержался в театре, и она, не выдержав ожидания, позвонила ему:
- Максим, ты скоро? Уже поздно…
- Да-да, Людочка, ещё пара минут, – ответил он рассеянно, – Мы тут дорабатываем сцену, нужно поймать интонацию…
- Опять с ней? – не сдержалась Людмила.
В трубке повисла пауза.
- Люда, что происходит? – голос Максима стал строгим, – Ты что, ревнуешь??
Она хотела ответить резко, но вдруг неожиданно расплакалась прямо в трубку, проговорив сквозь слёзы:
- Да, да, да… И… я боюсь, что ты… что ты уже не так сильно меня любишь, как раньше…
Максим ничего ей не ответил, сбросил телефонный разговор, и Людмила даже испугалась, что он вообще больше не придёт домой, но Максим вскоре появился и, протянув ей какую-то папку с бумагами, сказав:
- Вот, смотри, я сам сценарий написал, и руководство нашего театра взяло эту пьесу в разработку, утвердив меня к тому же на главную роль.
- Но ты ничего не говорил мне об этом! – воскликнула она.
- Хотел сюрприз сделать…
Максим начал читать текст своей пьесы, и Людмила, слушая его, чётко поняла, что роль, которую он будет играть, несёт в себе мощную эмоциональную нагрузку, и сцена, в которой главный герой признаётся любимой в чувствах после долгой разлуки, особенно сложна по своей структурной значимости. «Значит, все эти долгие репетиции, сосредоточенность, отстранённость, всё это только ради искусства, ради этой роли, а молодая актриса была просто партнёршей, коллегой, не более», – подумала Людмила, когда он закончил и пробормотала:
- Прости меня. Я повела себя очень глупо. Похоже, твой первый спектакль станет театральным шедевром.
- Нет, – улыбнулся Максим, присаживаясь с ней рядом, – Ты просто любишь меня так же сильно, как в тот первый вечер, потому и ревнуешь.
- А ты меня любишь? – робко поинтересовалась она.
- Я тебя обожаю! – воскликнул он.
- И я тебя обожаю! – повторила за ним Люда.
Премьера этого спектакля состоялась опять накануне Рождества. «Видимо, все особо значимые события происходят в нашей семье именно в этот день», – подумала тогда Людочка. У неё тоже был сюрприз для мужа, о котором она решила не говорить ему до премьеры.
Вечером, когда закончились поздравления в связи с удачным показом, и они возвращались домой после банкета, Макс, слегка заплетающимся после шампанского языком спросил:
- А я не понял, почему я так сильно опьянел, а у тебя – ни в одном глазу??
- Потому я пила только морс, – ответила она.
- Но почему? – удивился он, – Там ведь были реки шампани…
- Потому мне нельзя!
- Почему?
- потому что я… беременна!
Сперва Максим опешил, а потом радостно закричал на всю улицу:
- Ур-р-р-ра-а-а!
Прохожие стали оглядываться, многие узнавали местную знаменитость и понятливо кивали, мол сегодня у него премьера, наверное, он из-за своего актёрского или режиссёрского успеха так радуется, и только Людмила знала настоящую причину этой радости.
Рождество следующего года они встречали уже втроём, у них родилась прелестная дочка Нина, которая, похоже, забрала все самые лучшие черты от обоих родителей и обещала стать красавицей.
- Вот, и замечательно, – констатировал Максим, – Вырастим из неё актрису, и я напишу для неё какую-нибудь гениальную роль.
Людмила кивнула, но про себя подумала: «Неважно, кем она станет, главное, что у нас сейчас всё хорошо».
*****
Дорогие читатели, пусть у всех вас будет всё хорошо и прямо сейчас, и в будущем, и всегда! Всех благодарю за лайки и спасибо, что вы со мной!
Начало истории про эту пару можно прочитать по ссылке внизу :
Рекомендуем прочитать: