– Ёлку выбрось, праздники кончились! А посуду сама помоешь! – Сергей хлопнул дверью так, что задрожали стёкла в серванте.
Валентина стояла посреди гостиной в старом халате, растерянно глядя на праздничный беспорядок. На столе громоздились тарелки с остатками оливье, бокалы с засохшими следами шампанского, вазочки с мандариновыми корками. Ёлка в углу всё ещё мигала разноцветными огоньками, словно не знала, что праздник закончился.
Телефон завибрировал на диване. Катя.
– Валь, у меня беда! Холодильник сдох, всё течёт! Полинка плачет, мороженое её любимое растаяло. Что делать? У меня денег до зарплаты только на еду!
– Не паникуй. Сейчас что-нибудь придумаем. Я приеду, посмотрю.
– Валь, ты гений! А то я тут с тазиками бегаю, продукты спасаю.
Валентина переоделась, бросив взгляд на неубранную комнату. Пусть Серёжа сам разгребает, раз такой самостоятельный. Хотя обычно после ссор он возвращался часа через три, обнимал, просил прощения. Но в последнее время что-то изменилось.
По дороге решила заехать к матери – у покойного отца остались инструменты, может, пригодятся. Елена Павловна открыла дверь, вытирая руки о фартук.
– Валюша! С праздниками тебя! Проходи, чайку попьём.
– Мам, некогда. У Кати холодильник сломался, еду к ней. Можно папины инструменты взять?
– Конечно, бери. Они в кладовке. Знаешь, Серёжа твой недавно заходил, денег просил.
Валентина замерла с ящиком инструментов в руках.
– Денег? Когда это?
– Перед Новым годом. Сказал, что на подарок тебе, на что-то особенное. Пятнадцать тысяч дала. Он же вернёт?
– Конечно, мам. Конечно, вернёт, – Валентина чувствовала, как внутри всё сжимается. Никакого особенного подарка она не получила. Серьги за три тысячи – вот и весь сюрприз.
У Кати действительно был потоп. Вода натекла на линолеум, продукты сложены в тазики и кастрюли. Семилетняя Полина сидела за столом, обхватив руками банку с растаявшим мороженым.
– Тётя Валя, а можно я ложкой доем? Мама говорит, нельзя, живот заболит.
– Давай лучше блинчики испечём? – предложила Валентина, осматривая холодильник. – Катюш, похоже, термостат полетел. Надо мастера звать.
– Где я в праздники мастера найду? И денег столько нет.
Валентина вспомнила про Игоря – друга Сергея, который держал небольшую мастерскую. Набрала номер.
– Валентин, привет! С праздниками! Что случилось?
– Игорь, выручай. У сестры холодильник накрылся. Посмотришь?
– Конечно, адрес скидывай. Минут через сорок буду. Серёга знает, что ты мне звонишь?
– А что, должен разрешение дать? – удивилась Валентина.
– Да нет, просто он сегодня занят важным делом. Ладно, выезжаю.
Валентина задумалась. Каким таким важным делом? К друзьям собрался же.
Игорь приехал быстро. Высокий, в рабочей куртке, с чемоданчиком инструментов. Полина выглянула из-за маминой спины.
– А вы холодильники чините? А мороженое там снова заморозится?
– Обязательно заморозится, – улыбнулся Игорь. – Как тебя зовут, принцесса?
– Полина. А вы дядя Игорь, да? Я вас на площадке видела, вы с мальчиком были.
– Точно, с племянником гуляли.
Катя смутилась:
– Мы там часто бываем. Полинка всех запоминает.
Пока Игорь возился с холодильником, женщины пекли блины на кухне. Полина крутилась рядом, расспрашивая мастера о его работе.
– Валентин, компрессор живой, термостату хана. Есть у меня подходящий, но не здесь. Надо в мастерскую заскочить.
– Я с вами! – Полина подпрыгнула. – Мам, можно?
– Полин, не приставай к дяде.
– Да я не против, – Игорь пожал плечами. – Покажу, как техника устроена, если маме не страшно.
Катя посмотрела на дочь, на Игоря, снова на дочь.
– Ладно. Только недолго.
Когда они ушли, Катя налила чай.
– Хороший мужик. Не женат, кстати.
– Откуда знаешь?
– Да болтали как-то на площадке. Он с племянником часто гуляет, пока сестра на работе. Развёлся год назад.
Валентина молчала, думая о пропавших деньгах. Пятнадцать тысяч – не такая уж маленькая сумма. На что Серёжа мог их потратить?
– Валь, ты чего? Задумалась?
– Да так. С Серёжей поругались утром.
– Опять? Вы в последнее время часто.
– Сам не свой какой-то. Злой, раздражительный. Сегодня вообще как с цепи сорвался – ёлку выкинь, посуду помой. Будто я прислуга.
Вернулись Игорь с Полиной. Девочка тараторила без умолку:
– Мам, там столько всего! Микроволновки, пылесосы! А дядя Игорь сказал, что научит меня на коньках кататься!
Игорь смущённо кашлянул:
– Я просто сказал, что умею. Она сама предложила.
– Мам, ну можно? Пожалуйста!
Катя растерянно посмотрела на Валентину, потом на дочь.
– Посмотрим. Дядя Игорь занятой человек.
– Да какой занятой, – махнул рукой Игорь, устанавливая термостат. – В выходной можем сходить. Если не против, конечно.
За работой он вдруг сказал:
– Серёга молодец, кстати. Целеустремлённый. Полгода к цели шёл, не сдавался.
– К какой цели? – насторожилась Валентина.
– А он не говорил? Хотя да, он любит сюрпризы делать.
Больше Игорь ничего не сказал, как Валентина ни пыталась выведать. Починил холодильник, денег брать отказался – мол, свои люди, сочтёмся. С Катей обменялся телефонами, пообещал позвонить насчёт катка.
Дома Валентину встретила та же картина – грязная посуда, мигающая ёлка, пустота. Села на диван, достала телефон. Проверила банковское приложение. Так и есть – с их общего счёта пропало тридцать тысяч. Снято частями за последние два месяца.
Сердце заколотилось. Сорок пять тысяч в общей сложности – пятнадцать мамины, тридцать их общие. На что? Зачем?
Пошла в спальню, начала проверять карманы. В куртке Сергея нашла смятые бумаги. Развернула – квитанции из автошколы. Пять занятий с инструктором, оплачено. И ещё одна бумажка – предварительный договор купли-продажи автомобиля. Хонда Цивик, 2010 года, триста тысяч рублей. Задаток внесён.
Валентина села прямо на пол. Вот оно что. Вот куда деньги. Втайне от неё учился водить, копил на машину. Даже у её матери занял, соврав про подарок.
Хлопнула входная дверь. Шаги в прихожей.
– Валь? Ты дома?
Она вышла из спальни, сжимая в руке бумаги. Сергей стоял в прихожей – не пьяный, но какой-то взъерошенный, глаза блестят.
– Что это? – Валентина протянула квитанции.
Он побледнел, потом покраснел.
– Подслушиваешь? Шаришь по карманам?
– Отвечай на вопрос. Что это?
Сергей прошёл в комнату, сел в кресло.
– Права получил. И машину купил. Вернее, покупаю. Завтра остаток довожу.
– На наши деньги? И мамины?
– Какие "наши"? Я их заработал!
– Мы семья! У нас общий бюджет! Ты у моей матери занял, наврав про подарок!
– Да задолбала ты со своим контролем! – Сергей вскочил. – Хотел сюрприз сделать, повезти тебя летом на море, на машине! А потом думаю – какого чёрта я должен отчитываться? Мужик я или кто? Захотел машину – купил!
– Дело не в машине! Дело в том, что ты врал, скрывал, брал деньги тайком!
– А ты бы разрешила? Ты же у нас главная! Ты решаешь, что покупать, куда ехать, как жить! А я так, приложение бессловесное!
Валентина смотрела на мужа и не узнавала. Откуда эта злость, эта обида?
– Серёжа, я никогда не запрещала тебе принимать решения. Но мы же договаривались – крупные покупки обсуждаем вместе.
– Вместе! – передразнил он. – Знаю я эти обсуждения. Ты говоришь, я киваю. Захотела новый телефон – купила. Я что, разрешение спрашивал?
– Телефон стоил пятнадцать тысяч, а не триста!
– А если я полгода без обедов сидел? Если от премии откладывал? Если подработки брал?
Валентина устало опустилась на диван.
– И что теперь? Ты купил машину втайне от жены, поздравляю. Что дальше?
Сергей сдулся, сел рядом.
– Валь, пойми. Я устал быть тенью. Хотел доказать, что могу сам решения принимать. Что я мужчина, а не...
– Не что?
– Неважно. Просто хотел, чтобы ты мной гордилась. Смотри, мол, какой я молодец – и права получил, и машину купил.
– А обманывать меня – это повод для гордости?
Молчали. За окном темнело. Ёлка всё мигала огоньками.
– Мам позвонить надо, – тихо сказала Валентина. – Объяснить про деньги.
– Я верну. Всё верну.
– Когда? Ты же машину покупаешь.
Сергей встал, прошёлся по комнате.
– Не знаю. Что-нибудь придумаю. Валь, прости. Я идиот.
– Не надо. Не сейчас. Мне нужно подумать.
– О чём подумать? – испугался он.
– Обо всём. О нас. О том, как мы дошли до такого. Поживи пока у Игоря, ладно?
– Валь, ну не выгоняй. Я же...
– Пожалуйста. Мне нужно побыть одной.
Сергей собрал вещи в спортивную сумку. У двери обернулся:
– Я люблю тебя. Просто запутался.
Валентина не ответила.
Следующие дни прошли как в тумане. На работе отсиживала положенное, дома механически убиралась. Ёлку так и не выбросила – стояла в углу, осыпалась потихоньку.
Катя звонила, рассказывала про Игоря:
– Представляешь, сводил нас на каток! Полинка в восторге. Он такой терпеливый, час с ней возился, пока она кататься не научилась.
– Рада за вас.
– Валь, что с тобой? Из-за Сергея?
– Да так. Сложности.
– Хочешь, приезжай к нам. Посидим, поговорим.
– Спасибо, Кать. Попозже.
На пятый день пришло сообщение от Сергея. Фотография – он стоит рядом с белой Хондой, в руке права. Подпись: "Хотел, чтобы мы вместе ездили в отпуск. Прости дурака".
Валентина долго смотрела на фото. Потом написала: "Вместе – это когда решения принимают вдвоём".
Больше он не писал.
В воскресенье приехала мама. Молча прошла в комнату, посмотрела на ёлку.
– Что, до сих пор не убрала?
– Руки не доходят.
– Давай вместе. Нечего тянуть.
Снимали игрушки, складывали в коробки. Елена Павловна вдруг сказала:
– Знаешь, твой отец тоже однажды купил мотоцикл втайне от меня.
Валентина замерла с шариком в руках.
– Правда?
– Ага. Занял у друзей, купил старенький "Урал". Я скандал закатила – куда, зачем, на какие деньги. Заставила продать.
– И?
– И всю жизнь жалею. Он так мечтал съездить на рыбалку на нём, на природу. А я всё контролировала, всё решала за него. Думала, так правильно. А он просто хотел быть мужчиной, понимаешь?
– Мам, но это же разные вещи. Сергей врал, деньги взял...
– У меня тоже взял. Знаешь, что сказал? "Елена Павловна, хочу Вальку на море свозить, чтобы она отдохнула от всего". Может, и правда хотел сюрприз сделать, просто не вышло красиво.
Валентина села на диван.
– И что мне делать?
– А я откуда знаю? Сердце слушай. Только не руби сгоряча. Мужики они как дети – обидятся и всё, не докричишься потом.
Ёлку разобрали, вынесли на помойку. Комната сразу стала просторнее, но как-то пусто.
Вечером позвонил Игорь:
– Валентин, извини, что беспокою. Серёга просил передать – если что нужно по дому, я помогу. Он сам звонить боится.
– Спасибо, Игорь. Как он?
– Да никак. Ходит мрачный, на машину свою смотрит и вздыхает. Говорит, продаст, если ты против.
– Пусть не продаёт. Смысла нет.
– Может, поговорите? А то он совсем извёлся.
– Не знаю. Наверное. Только не сейчас.
Прошла ещё неделя. Валентина привыкла к тишине в квартире, к пустой половине кровати, к тому, что никто не разбрасывает носки по спальне. Но иногда ловила себя на том, что ждёт звука ключа в замке.
В пятницу снова позвонила Катя:
– Валь, мы завтра в парк идём, снеговика лепить. Поехали с нами?
– Кать, я не знаю...
– Никаких отговорок! Полинка тебя ждёт. И я. И Игорь обещал какао в термосе принести.
Валентина улыбнулась:
– У вас там прямо семейная идиллия.
– Ой, да ладно тебе. Просто дружим. Он хороший. И с Полинкой ладит.
В парке было людно. Дети катались с горок, лепили снеговиков, играли в снежки. Полина носилась как заведённая, то помогая маме с снеговиком, то убегая к Игорю за снежками.
– Тётя Валя, смотри, какой нос морковкой! Дядя Игорь из дома принёс!
Валентина помогала лепить, но мысли были далеко. Вспомнила, как они с Серёжей в прошлом году лепили снеговика во дворе. Он тогда свалил её в сугроб, они хохотали как дети, соседи из окон смотрели.
– Валь? – Катя тронула её за плечо. – Ты чего?
– Да так. Вспомнила кое-что.
Игорь подошёл с термосом:
– Какао будете? Горячее, с маршмеллоу.
– А можно вопрос? – вдруг спросила Валентина. – Зачем Серёжа машину купил? Он же не водит... не водил.
Игорь налил какао в стаканчик, протянул ей.
– Мечтал давно. Всё говорил – вот научусь, куплю тачку, буду Вальку по выходным на природу возить. Чтобы она отдыхала, не готовила, не убиралась. Просто сидела, красивая, любовалась видами.
– Он так говорил?
– Ну не дословно, но смысл такой. Он вообще о тебе много говорил. Как встретились, как поженились. Завидовал я, если честно.
Полина подбежала:
– Мам, а давайте ещё одного снеговика слепим! Маленького! Это будет снеговик-ребёнок!
Катя засмеялась:
– Полин, ты неугомонная. Давай сначала этого доделаем.
Домой Валентина вернулась вечером, уставшая, но как-то просветлевшая. В прихожей увидела пакет у двери. Внутри – её любимые конфеты и записка: "Проезжал мимо. Помню, ты их любишь. С."
Села прямо в прихожей, с пакетом в руках. Достала телефон, набрала сообщение: "Спасибо за конфеты. Давай встретимся в понедельник. Поговорить надо".
Ответ пришёл через минуту: "Где угодно, когда угодно. Скучаю".
В понедельник встретились в кафе возле её работы. Сергей пришёл раньше, сидел за столиком у окна. Похудел, небритый, под глазами круги.
– Привет.
– Привет, Валь. Ты красивая.
– Ты похудел.
– Да как-то не до еды. Кофе будешь?
Заказали кофе. Молчали. Потом заговорили одновременно:
– Валь, я хотел сказать...
– Серёж, давай по порядку...
Остановились, засмеялись.
– Ты первая, – сказал он.
– Хорошо. Я много думала. О нас, о том, что произошло. Знаешь, что я поняла? Мы перестали разговаривать. По-настоящему разговаривать. Ты копил обиды, я не замечала. Я командовала, ты молчал.
– Валь, я не хочу тебя обвинять...
– Не надо. Мы оба виноваты. Ты в том, что молчал и врал. Я в том, что не слышала тебя. Но знаешь что? Это поправимо.
Сергей поднял глаза:
– Правда?
– Только давай договоримся. Никаких больше тайн. Никакого вранья. Хочешь машину – скажи. Хочешь в гараж с мужиками сидеть – скажи. Я не мама тебе, чтобы разрешать или запрещать.
– А ты... ты тоже говори, если что не так. Если я не прав, если обидел. Не копи.
– Договорились.
Помолчали. Сергей вдруг сказал:
– Я маме твоей деньги верну. Уже половину отложил.
– Откуда?
– Подработку взял. По выходным в автосервисе помогаю. Игорь устроил.
– А машина?
– А что машина? Есть уже. Старенькая, но на ходу. Летом на море поедем?
Валентина улыбнулась:
– Посмотрим. Сначала домой вернись.
– Прямо сегодня?
– Прямо сегодня. Посуда грязная стоит, ты обещал помыть.
Засмеялись. Сергей взял её руку:
– Валь, я правда скучал. И дурак был.
– И я скучала. И тоже не подарок была.
Вечером Сергей вернулся домой. Привёз вещи, купил продукты, приготовил ужин. Сидели на кухне, разговаривали. Обо всём – о работе, о планах, о том, куда поедут летом.
– А Катька с Игорем, похоже, сойдутся, – сказал Сергей.
– Думаешь?
– Он вчера обручальные кольца разглядывал в интернете. Говорит, для клиента. Ага, конечно.
– Рано им ещё. Пусть узнают друг друга получше.
– Это ты права. Мы вот десять лет женаты, а только сейчас узнавать начали.
Валентина погладила его по руке:
– Лучше поздно, чем никогда.
За окном падал снег. В квартире было тепло и уютно. На месте ёлки стоял новый торшер – Сергей привёз, сказал, что давно хотели купить.
Перед сном Валентина спросила:
– А покатаешь меня на своей машине?
– Хоть сейчас!
– Нет, завтра. Сегодня дома посидим. Хорошо же дома.
– Хорошо, – согласился Сергей и обнял жену.
Засыпая, Валентина думала о том, что мама была права. Не надо рубить сгоряча. Надо просто научиться слушать друг друга. И говорить. И прощать. И любить – не идеальных, а настоящих, со всеми недостатками и странностями.
А машина... ну что машина? Главное, чтобы вместе. По-настоящему вместе.