Десять детей за семь лет. Вот что получилось от этой затеи! Лия смотрела в окно и отчаянно пыталась понять, когда же всё пошло наперекосяк. Ведь она так любила его! С самого детства она провожала взглядом красавца-племянника, когда тот приезжал к их отцу. Иаков был такой статный, такой умный… А глаза у него были — просто невозможно оторваться.
Беда была в том, что он смотрел совсем не на Лию. Его взгляд неизменно искал младшую сестрёнку — Рахиль. Ту самую Рахиль, которая была моложе, хорошенькой пастушкой с румяными щёчками и звонким смехом. Разумеется, Иаков влюбился в неё, а не в старшую сестру с печальными глазами.
История началась совсем невинно. Иаков бежал от гнева брата — тот поклялся убить его за украденное благословение. Вот так и оказался племянник в доме дяди Лавана, в далёком Харране, где пас овец и влюблялся всё сильнее с каждым днём. Он был готов на всё ради Рахили! Когда Лаван спросил, какую плату хочет получить работник за свои труды, Иаков попросил только одного: отдать ему в жёны младшую дочь.
— Семь лет, — сказал Лаван, прищурившись. — Будешь работать семь лет, тогда и поговорим.
Иаков согласился. Как будто семь лет — это пустяк! Как будто можно так просто ждать, когда тебе уже за сорок… Но любовь творит с людьми странные вещи. Он гнул спину, пас овец, терпел жару и холод. А Лия наблюдала за всем этим со стороны и чувствовала, как сердце разрывается на части.
Её никто не замечал. Старшая дочь, некрасивая, с плохим зрением… В те времена это было настоящим проклятием. Отец смотрел на неё с тревогой: как же выдать замуж такую? А женихи обходили её стороной, предпочитая младшую сестру. Лия привыкла оставаться в тени. Она научилась не плакать, когда Иаков и Рахиль гуляли вместе, держась за руки. Она научилась улыбаться, когда все вокруг восхищались красотой её сестры.
Семь лет пролетели. Настал день свадьбы. Приготовления шли вовсю: зарезали лучших баранов, приготовили вино, созвали гостей. Иаков сиял от счастья. Он дождался своего! Наконец-то Рахиль будет его женой!
А дальше случилось то, чего никто не ожидал. Вернее, кроме одного человека — хитрого Лавана. Он прекрасно понимал, что старшая дочь засиделась в девках. Кто же возьмёт её, если есть Рахиль? Нужно было действовать решительно.
Вечером, когда гости уже порядком выпили и веселье было в самом разгаре, к Лии подошла служанка:
— Твой отец велел надеть свадебную фату и идти к жениху.
Лия похолодела. Неужели это происходит на самом деле? Отец действительно решился на такой обман? Её руки дрожали, когда она надевала тяжёлые свадебные одежды и густую фату, которая полностью скрывала лицо. В полутьме шатра, в винном угаре праздника, при свете масляных светильников… Да, это могло сработать.
Так и получилось. Иаков, никогда не отличавшийся особой наблюдательностью в таких делах, не заметил подмены. Фата скрывала всё. Лия молчала — голоса сестёр были похожи. А когда всё свершилось, было уже поздно.
Утро выдалось тяжёлым. Иаков проснулся, посмотрел на жену и… едва не закричал от возмущения. Рядом лежала не Рахиль! Это была Лия — та самая старшая дочь, на которую он никогда не обращал внимания!
Что тут началось! Иаков буквально ворвался в дом тестя, требуя объяснений. Лаван развёл руками с невинным видом:
— Что такого? У нас в Харране не принято младшую выдавать раньше старшей. Это же против обычаев!
— Так бы и сказал семь лет назад! — кипел Иаков. — Ты обманул меня!
— Отработай ещё семь лет, тогда отдам и Рахиль, — спокойно ответил Лаван. — Впрочем, можешь жениться на ней хоть через неделю. Только обещай остаться и работать на меня.
Выбора не было. Иаков согласился. Через семь дней в доме снова гуляли свадьбу. На этот раз под фатой оказалась именно та, кого он ждал столько лет — красавица Рахиль. Теперь у него было две жены. Две сестры под одной крышей. И обе отчаянно боролись за его любовь.
Лия знала правду: муж терпеть её не мог. Он приходил к ней только по обязанности, только потому, что так было положено. Всю свою нежность, все ласковые слова он приберегал для Рахили. А Лия оставалась нелюбимой женой, вечной второй.
Она плакала по ночам, но утром вставала с гордо поднятой головой. Если муж не любит её — пусть хотя бы будут дети! Через год Лия родила сына и назвала его Рувим. Имя означало: «Бог увидел моё страдание». Она думала, что теперь-то муж наконец обратит на неё внимание. Но Иаков лишь поздравил её и вернулся к любимой Рахили.
Тогда Лия родила второго сына — Симеона. Потом третьего — Левия. Четвёртого — Иуду. Четыре мальчика за четыре года! А Рахиль всё никак не могла забеременеть. Младшая сестра рыдала, завидуя Лии, и винила во всём себя. Иаков утешал её как мог, но что толку от утешений, когда в доме постоянно раздаётся плач младенцев Лии?
— Дай мне детей, а не то я умру! — кричала Рахиль мужу.
— Что я, Бог, что ли? — огрызался тот. — Не от меня это зависит!
Отношения между сёстрами накалялись. Лия торжествовала: пусть муж любит Рахиль, зато дети — у неё! А Рахиль страдала от бесплодия и от того, что муж проводит ночи со старшей сестрой. Ведь именно Лия могла дать ему наследников.
Рахиль пошла на хитрость. Она отдала мужу свою служанку Валлу:
— Пусть она родит мне на колени, и я буду считать детей своими!
Валла родила двух мальчиков — Дана и Неффалима. Теперь у Рахили появились «её» дети, хоть и не совсем. Лия, увидев этот трюк, не растерялась. Она тоже отдала мужу свою служанку Зелфу. Та родила ещё двух сыновей — Гада и Асира.
Восемь мальчиков! И это ещё не всё. Однажды старший сын Лии, Рувим, нашёл в поле мандрагоровые яблоки. В те времена считалось, что эти плоды помогают зачать ребёнка. Рахиль чуть не на коленях умоляла сестру:
— Отдай мне эти яблоки!
— А что ты мне за них дашь? — холодно спросила Лия. — Мало тебе, что ты отняла у меня мужа? Теперь ещё и яблоки хочешь забрать?
Рахиль сглотнула обиду:
— Хорошо. Сегодня ночью пусть Иаков переночует с тобой.
Сделка состоялась. Лия получила мандрагоры и отдала их сестре. А вечером, когда Иаков возвращался с поля, Лия вышла ему навстречу:
— Сегодня ты зайдёшь ко мне. Я наняла тебя за мандрагоры моего сына.
Какое унижение! Жене приходилось «нанимать» собственного мужа, чтобы провести с ним ночь. Но что поделать, когда он любит другую? После той ночи Лия снова забеременела и родила пятого сына — Иссахара. Потом шестого — Завулона. А потом ещё и дочь — Дину.
Семь детей у нелюбимой жены. А у любимой Рахили — ни одного своего. Мандрагоры не помогли. Но Рахиль не теряла надежды и продолжала молиться. И наконец свершилось чудо! Она забеременела.
Известие о беременности Рахили потрясло весь дом. Иаков был на седьмом небе от счастья. Лия стиснула зубы: значит, всё-таки у младшей сестры будет свой ребёнок. Беременность протекала тяжело. Рахиль мучилась от токсикоза, страдала от болей в спине, но терпела всё с улыбкой. Лишь бы родить! Лишь бы дать мужу сына!
Она родила мальчика и назвала его Иосиф. Иаков просто терял голову от радости. Этот ребёнок был особенным! Он родился от любимой жены, выстраданный, вымоленный… Иосиф стал любимчиком отца. А сыновья Лии смотрели на всё это с горечью: их, старших, отец никогда так не любил.
Прошло несколько лет. Иаков решил наконец вернуться на родину. Семейство собрало нехитрый скарб и отправилось в путь. Огромный караван двинулся через пустыню: жёны, дети, служанки, стада овец и коз. Рахиль была снова беременна. Второй ребёнок!
Но эта беременность оказалась роковой. Когда они были уже недалеко от дома, у Рахили начались преждевременные роды. Прямо в пути, в палатке, наскоро разбитой у дороги… Повитухи делали что могли, но роды были тяжёлыми, смертельно тяжёлыми.
— Мальчик, — прошептала умирающая Рахиль. — Назови его… Бенони… сын моей скорби…
Она умерла, так и не подержав младенца на руках. Иаков рыдал над её телом. Красавица Рахиль, которую он любил всю жизнь, ушла в тридцать с небольшим лет. Её похоронили у дороги, поставив памятный камень. А мальчика Иаков переименовал в Вениамина — «сын правой руки».
Лия осталась единственной женой. Но победой это назвать было нельзя. Муж всё равно не любил её. Он тосковал по Рахили до конца дней. Зато он обожал Иосифа и Вениамина — детей умершей жены. Им доставались лучшие куски за столом, им шили нарядные одежды, их баловали и лелеяли.
Сыновья Лии ненавидели младших братьев. Особенно досталось Иосифу. Когда тот стал рассказывать свои сны о том, как братья кланяются ему в ноги, терпение лопнуло. Братья продали Иосифа в рабство, а отцу сказали, что мальчика растерзали дикие звери.
Иаков оплакивал любимого сына много лет. Лия смотрела на его горе и молчала. Её дети были живы, здоровы, рядом. Но мужу до них не было никакого дела. Он любил детей Рахили. Только их.
Лия умерла, так и не дождавшись ни слова любви от мужа. Её похоронили в фамильной пещере, рядом с предками Иакова. А когда много лет спустя умер и сам Иаков, его последней волей было: похоронить его рядом с Рахилью. Но вместо этого сыновья положили отца рядом с Лией — законной первой женой.
Вот так закончилась история двух сестёр. Одна получила любовь, но умерла молодой. Другая родила семерых детей, но так и не узнала, что такое быть любимой. Двенадцать сыновей от двух жён и двух служанок стали основателями двенадцати колен Израиля. А началось всё с обмана, ревности и борьбы за сердце одного мужчины.
История повторялась потом тысячи раз. Менялись имена, эпохи, страны. Но суть оставалась прежней: когда мужчина любит одну женщину, а живёт с другой, счастья не будет ни у кого.